Страница 51 из 73
— Ты моя! — рыкнул Тайрон. Лишь об этом он мог думать сейчас.
— Я твоя! — послушно откликнулась Диана, еще теснее прижимаясь к нему.
Она вздрагивала от каждого жгучего как укус поцелуя, от каждого движения языка на своей коже, терлась об него как безумная. И все равно, все равно ей было этого мало. Хотелось еще больше Тайрона, всего, без остатка, навечно, чтобы слиться с ним в одно целое и больше никогда не расставаться.
Диана громко всхлипнула, когда спиной почувствовала холодный камень бортика. Девушка уже плохо понимала, где она находится. Только близость Тайрона была важна в эту минуту. И когда горячие поцелуи стали спускаться ниже по шее, по груди, она выгнулась и застонала, не в силах иначе выразить тот упоительный восторг, который дарили губы саорга.
Настойчивый язык воспламенял кожу живота, рисуя на нем немыслимые узоры. Диана почти заплакала, когда Тайрон слегка отстранился лишь затем, чтобы развести ее ноги и найти своему рту другое, грешное, постыдное, но такое сладкое применение. «О, Боги! Нет! Нет!» — кричали остатки ее разума, но их уже никто не слышал с того момента, как настойчивые губы мужчины коснулись ее там. Ощущения настолько ошеломили, что на какое-то время девушка забыла, как нужно дышать. Горячая волна, поднималась оттуда, где сейчас целовал ее Тайрон, и растекалась по всему телу, заставляя Диану корчиться и извиваться.
Казалось, что она рассыпается на сотни сладких маленьких кусочков, и нет ощущения лучше. Казалось, пока Тайрон медленно, тягуче медленно не наполнил ее собой.
— Еще! Быстрее! — шептала она в нетерпении.
Лицо саорга осветила победная улыбка, но подчиняться ее просьбе он не спешил. Движения чуть ускорились, но не достаточно, для того, чтобы вспышка удовольствия пронзила девушку. Диана ерзала, обвивала ногами его талию, но никак не могла получить желаемое.
— Тайрон! — возмущенно выкрикнула она.
— Я весь твой, моя Ди! — выдохнул мужчина, сминая ее губы.
Несколько глубоких, быстрых толчков и девушка зашлась в неистовом крике, распахнув глаза и вздрагивая всем телом. Диана слышала, как хрипло застонал Тайрон, как вспышка удовольствия исказила его лицо, сделав еще более прекрасным. Если любовь такая, то ради нее стоит не только жить, но и умереть.
***
— Ситуация выходит из-под контроля. Ты не собираешься сообщить о том, что здесь происходит? — шептала девушка.
— Из-под контроля? — хмыкнул мужчина. — О чем ты говоришь сестричка? Сейчас, когда два хищника в одной клетке готовы перегрызть друг другу глотки, ты предлагаешь мне отдать все лавры Содружеству? А ты не забыла, милая, по чьей вине погибли наши родители?
— По чьей вине? — вскипела его собеседница. Шепот стал отчетливее и злее. — А ты не забыл, братец, кто первым на кого напал? Они просто защищались! Они защищали свои семьи от… от таких, какими были наши родители. Да, их корабль взорвался, и они погибли, но сколько жизней перед этим забрали? А когда нашли нас, то не убили, не надругались и даже не сделали нас рабами! Просто тебе среди них пришлось прожить всего два года, а я жила там десять лет! Десять лет, Ригли! Они заботились обо мне, они заменили мне семью! А ошейник, ненавистный ошейник одел мне лишь император! Тот самый, кто послал на смерть наших родителей! Кто заставил их убивать ни в чем неповинных людей, которых ты сейчас собираешься предать…
— Заткнись, Дара! Ты прекрасно знаешь, что ошейник лишь временная мера! И сейчас ты обязана подыграть мне, ради нашего счастья! — разговор продолжался на повышенных тонах!
— Нашего счастья? Ригли, очнись! Проснись, открой глаза и осмотрись вокруг. Кто здесь счастлив? В Содружестве я была свободна, а здесь всего лишь раба, у которой нет голоса. Но даже если бы вернула свой титул, я все равно не стала бы свободной. Здесь все друг друга бояться. Этот страх сжигает их изнутри, заставляет совершать отвратительные поступки. И больше всех боится, знаешь кто? — девушка впилась взглядом в глаза брата.
— Кто? — на автомате выпалил тот.
— Сам император и его условно обожаемая супруга! Те самые хищники, которые так удачно передрались! — Дара топнула ножкой. — Только вот кому это выгодно? Содружеству? Что ты задумал, Ригли? Утвержденный план был другим.
— Милая, не забивай свою хорошенькую головку политикой. — Ригли успокоился и шагнул к сестре. Он прижал ее к себе, и Дара доверчиво склонила голову на грудь брата. — Просто потерпи еще немного и доиграй свои роль до конца. Обещаю, он уже близок.
— Значит, не посвятишь меня в свои планы, брат? — тихо прошептала девушка.
— Порой огромная партия может расстроиться всего из-за одного вскользь брошенного слова. Тайная миссия любит тишину, Дара. Скоро ты будешь не рабыней, а самой могущественной женщиной великой империи!
— Ох, Ригли! Я бы хотела просто вернуться на Патами и наслаждаться обычной жизнью, без всей этой дворцовой мишуры, — вздохнула она.
— Потерпи сестренка. Скоро ты сможешь делать все, что пожелаешь и даже больше. А хочешь, Патами вся будет принадлежать тебе со всеми ее десятью спутниками?
— Вся планета мне одной? — удивилась девушка.
— Что там планета. Тебе будут принадлежать десятки планет! — улыбнулся ей брат. — Но сейчас, мне нужна твоя помощь. Очаруй саорга, отвлеки так, чтобы он забыл про все. Даже про свою седнианку!
— Но… — девушка растерянно захлопала глазами.
— Тс-с-с-с! — Ригли приложил к ее губам палец, заставляя замолчать. — Все вопросы потом. Делай, как я тебе сказал, и очень скоро все твои желания сбудутся! Мне пора, сестренка! — Советник императора поцеловал макушку Дары и, отстранив ее, исчез в одном из боковых коридоров.
— «Делай, как я тебе сказал…» — скривилась девушка, передразнивая брата, и показала вслед ему язык. — Не нужны мне десятки планет, и власть не нужна… Нужен только Шаен, а он станет считать меня предательницей…
Дара тяжело вздохнула и тоже побрела по одному из коридоров. В последнее время Невелус слишком воспылал страстью к ней. Наверняка, уже послал за ней слуг. Боги, когда же все это кончится? Дара не знала, что задумал Ригли, но у нее давно был собственный план, главный пункт которого — обязательно стать счастливой, не смотря ни на что.
***
Намина не находила себе места. Вопреки ее ожиданиям, Невелус не послал за ней ни через час, ни через два после того, как закончил развлекаться с этой несносной девчонкой. Да, Дара бесспорно хороша в постели. Но не настолько, чтобы из-за нее рушить свою устоявшуюся жизнь. Хочет попробовать свои силы с саоргом? Что ж, пусть пробует. В любом случае, это уберет девчонку с императорского пути, а со всем остальным Намина разберется сама. Не впервой.
Ригли ушел давно, и от него до сих пор не было никаких известий. За него императрица переживала. Искренне. Хоть и гнала от себя подобные мысли, ибо любовь делает женщину слабой, а ей сейчас нужно быть сильной. Сильной, как никогда. Единственный человек, ради которого стоило жить, бороться и умереть — Натан, ее сын. И если ради него нужно будет перегрызть Ригли горло, она, не задумываясь, сделает это. Но станет молить всех богов, чтобы ничего подобного не произошло. Слишком тяжелый удар для нее.
Намина металась по гостиной, словно запертая в клетку тигрица. Скудных обрывков информации, приносимых служанками, было явно недостаточно. Она понимала, что пришло время действовать. Понимала, но боялась, и только мысль о сыне подогревала в ней решимость.
С тихим шипением открылся тайный ход, и императрица обернулась, встречая любовника сияющей улыбкой. Женщина расстаралась, надев для него свое лучшее платье и драгоценности. У нее в кои-то веки появилось на это время. За государственными делами Намина порой забывала, что в жизни, кроме долга и борьбы, есть еще и простые удовольствия.
— Ригли, милый! — она протянула к нему руки, и мужчина медленно, с удовольствием облобызал каждый пальчик, лаская кожу языкам. От его действий, горячая волна похоти затопила тело императрицы, сосредоточившись внизу живота. Намина поспешила высвободить ладони. У них еще будет время, предаться плотским радостям, а пока ее, прежде всего, интересовали детали их плана.