Страница 42 из 79
Ярина долго думала и стояла с недовольным лицом, смотря то на сына, то на Витима.
Глава 14
Ярр
Свинцовые тучи рассеивались по всему небу неясной дымкой, скрывая солнце. Снег всё ещё шёл. Порывы вётра несли волнами его твёрдые и острые частицы, больше похожие на песок. Собираясь по земле кучками, он мгновённо слёживался и порождал плотный настил, издающий при надавливании характерный неприятный скрип. Вода в лужах и лесные ручейки промёрзли насквозь, а вся влага, оставшаяся в воздухе, на траве и на деревьях, теперь застывала причудливыми ледяными иглами.
Так бывало в самые лютые морозы и в те дни, когда его хотели сжечь.
Ярр почти не чувствовал холода, испивающего жизнь из всего живого вокруг. Он шёл дальше, туда, куда его толкала невидимая сила. Только вперёд.
Сопротивление нарастало. Снова плохой участок, в котором вместо воздуха был кисель, в котором он вяз и терял силы. На секунду он замер у дерева, оперившись о плотную старую кору. Впереди показались огни. Чем дальше он шёл, тем больше становилось этих огней вокруг. От темноты и холода люди забились в свои дома, зажгли лучины, лампы и растопили печки.
Лицо Ярра скривилось, он стиснул зубы. Как только его заметят эти «мирные» люди, с расслабленными лицами и спокойными голосами, греющиеся у огня, они снова сойдут с ума, покинут свои дома и будут охотиться на него, чтобы разорвать и сжечь. Снова заберут у него всё, истыкают копьями и вилами, разорвут одежду, сломают такой прекрасный лук. Будто бы он причина их бед.
За всё время только слепец у реки не пытался поднять на него руку. Он единственный нормальный… или наоборот безумец? Куда бы не пошёл Ярр его будут встречать только вилами и факелами?
Вот бы уйти от всего этого далеко в лес, где нет людей. Вот бы убежать на край света, спрятаться, обрести покой. Но он не может. Сила бросает его вперёд, и он не может ей противиться.
Если прислушаться к ощущениям внутри и расфокусировать взгляд, то можно увидеть почти прямую тёмную линию, стелющуюся по земле. Она проходит через окраину деревни и впивается в середину деревянного форта, внутри которого так же горят огни. Ему придётся пройти здесь. А люди постараются остановить его. Но конечно, он попробует сделать это потихоньку, прячась в тени и не привлекая внимания. Но так получается не всегда.
Если бы только окружающее пространство, земля, лес, вода и всё прочее не сопротивлялись ему так сильно. Словно он был чём-то чужеродным, паразитом впившимся в дерево, которое оно старается выдавить или окружить непреодолимой плотной корой. За каждый пройденный метр приходилось бороться, да так, что он порой не может стоять ещё до рассвета и прячется задолго до появления первых лучей.
Пригибаясь Ярр метнулся к колодцу, стоявшему на окраине, перемахнул через борт и упал вниз, лишь у самого дна остановив падение когтями. Тут он просидел с полчаса, вслушиваясь в окружающие звуки, собираясь силами и внедряясь в плотные барьеры, что ему надлежало преодолеть. Когда воздух перестал обволакивать его тяжёлым покрывалом, и двигаться стало легче, он выбрался.
Тучи покинули небо, оставив только холодную россыпь звезд. Стало заметно теплее.
Ярр перепрыгнул через забор, ограждавший очередной домик, приземлился на четвереньки и резко повернул голову, реагируя на движенье. В глубине конуры от страха сжался старый пёс. Из его трясущейся пасти едва слышно доносился тихий скулёж, нарастающий с каждым мгновеньем и вот-вот грозившийся перейти в полный ужаса вой. Ярр раскрыл рот, метнулся к конуре и замер в проходе, недвижимо смотря псу в глаза, пока тот не оборвал звук и не заткнулся совсем, боясь даже вдохнуть.
Не желая убивать пса, Ярр одним прыжком взмыл в воздух и покинул двор. Облизывающийся на поленнице чёрный кот, на секунду остановил язык, скользящий по лапе, стрельнул по нёму желтыми глазами и вернулся к своему занятию, совершенно спокойно.
Стало намного легче, когда Ярр понял как скрыть свой запах от домашних животных и скота, начинавших сходить с ума, стоило ему только переступить границу деревни. Но попадаться им на глаза всё равно не стоило. Их обмануть куда сложнее, чём людей.
Прижимаясь к заборчикам и стенкам и проползая ужом через открытее участки, Ярр смог преодолеть почти половину деревни, прежде чем воздух снова сплотился вокруг, и давление на него снова стало ощутимым.
Чуть вдалеке он увидел дом, старый и покосившийся, с дырявой крышей и распахнутыми окнами. Дом, в котором люди давно не жили, и вместо них там поселилась энергия пустоты и запустения. Дом, в который он сможет войти и собраться с силами.
Глядя на холодные и далёкие звёзды, спокойно мерцавшие через дыру в потолке, Ярр сидел в центре комнаты, обхватив руками колени и ждал, пока сила окружающей земли ослабнет от его присутствия.
Послышался то ли стон, то ли скрип деревяшки, и он бросился в единственное возможное укрытие — гниющую кучу старой мебели в дальнем углу. Покосившаяся дверь тихонечко открылась, и внутрь прокралась девушка, совсем юная. Подол белого расшитого платья блеснул в свете звезд, она остановилась и тихонько позвала:
— Скигги… это ты, Скигги?
Ярр застыл, уперев свои когти в вечно голодный живот, словно угрожая ему и приказывая не издавать и звука.
— Ты не Скигги, — сказала она почти детским голоском, озорно улыбнувшись, и смотря прямо туда, где спрятался Ярр. — Кто же ты, если не Скигги?
Девушка повернулся к нему спиной, и вдруг пару раз прокружилась вокруг своей оси, так резво, что подол её платья приподнялся.
— Стало быть, это озорник Инглинг? — спросила она, остановившись, по её губа снова скользнула улыбка. — Так Инглингу стало завидно, что он тоже захотел поиграть со мной и делать то, что я позволяю Скигги? Или хотя бы посмотреть?
Она снова прокружилась и остановилась. Ярру удалось упереть глаза в пол и убедить себя и свой желудок в том, что он холодный камень и ему чужды всякие желания и движения.
— Нет? Если ты не Скигги и не Инглинг, то кто же ты? Старые считают, что это дом надо сжечь и сравнять с землей и что он всё ещё несёт болезнь. Они бы сюда не зашли. Только если кто из них устал от своей бабы в доме… но я их всех знаю по глазам и тому как они на меня смотрят. Ты не из их числа. Дети их, которых я нянчу, тоже боятся этого дома, потому что верят, что тут живут призраки, их сюда и калачом не заманишь. Кто же ты?
Девушка ещё раз прокрутилась, задумалась, посмотрела на звёзды и луну и снова улыбнулась.
— Знаю. Ты лихо, — прошептала она и вдруг сказал громче. — То самое лихо, о котором все говорят. Выходи, лихо! Выходи и развлекай меня. Или я закричу.
Ярр не выдержал и дёрнулся.
— И как же тебя зовут, лихо? — снова спросила она тихонько, чуть приподняв голос на последнем слове.
— Яр-р-р, — прорычал он, пытаясь справится с беспокойным языком, который он забрал у купца.
— Ярр? — удивилась девочка и спешно нахмурилась. — Как же так? Всего навсего «Ярр»? Не Велберит и не Валиар, не Мульцибер и не Неберос, не Амбусциасс и не Прозепин… а просто «Ярр»… Что ж ты за бес-то такой мелкий? Ну-ка выходи, посмотрю на тебя. Выходи, Ярр, приказываю тебе!
— Не-е-ет, — прошипел на неё Ярр. — У. У-у-у. У-у-уходи.
— Как это нет? — девушка надула губки и упёрла руки в бока. — Я же назвала тебя по имени. Я теперь владею тобой. Делай, что говорю!
— Нет-т-т.
— Не слушаешься… Значит, ты не бес. Хм-м-м… А что же ты такое? Ну покажись же.
Ярр промолчал.
— Ишь какой. Не нравлюсь тебе что ли? А могли бы дружить. Ну… сам виноват тогда.
Девушка закричала. Ярр уже успел услышать много криков, но этот конкретный резанул его по ушам. И не только его. Он услышал вокруг множество звуков: встревоженные голоса, шаги по скрипучему деревянному полу, звон металла, и потрескивание загорающихся факелов.