Страница 1 из 17
Краткая предыстория:
…Когда-то первые люди сотворили нечто ужасное, и это привело к катастрофе. Настолько разрушительной, что до сих пор никто не знает всех причин и событий. Хотя мир уже отошел от последствий столь критической ошибки, но спокойнее от этого не стало. Всегда найдутся проблемы и козлы для их отпущения.
Последствия коллапса все еще дают о себе знать. Несмотря на то, что старый мир с его обитателями был похоронен на перипетии времени, выведенный из равновесия энергетический баланс провоцирует появление новых существ.
Никто точно не знает, кто был истинным первочеловеком. Все знают, что асириане и аадвары достаточно древние и как-то связаны с катастрофой. Но доказать это невозможно. Большинство других рас образовались во времена кровавого культа.
Этот культ длился со времен начала жизни и до нового времени. Образовался он не на пустом месте: земля после катастрофы умирала, и только они знали, как изменить это.
Кровью окропилась земля. Кровь животных, кровь людей… Они не сумели вовремя остановиться, так зародилось противоборствующая религия – культ солнца. Сей культ провозгласил солнце единственным благом для живых и призывал отказаться от жертвоприношений. В итоге все вылилось в восстание, что поддержали все разумные существа и расы.
Новый культ истреблял магов и сжигал рукописи лишь бы не допустить нового наплыва кровавых культистов.
Культ солнца, к сожалению или счастью, уничтожил большую часть старой науки и повергнул мир в хаос, откатил развитие на несколько лет. Кроме того, что новый культ оставил руины старой цивилизации, он еще устроил гонения на магов и хранителей знаний…
Но это было лишь частью жизни одной расы. Расы, что основала этот культ – асириан. Когда-то они были единым народом, что жил в густых Горном и Железном лесах, на равнине Сабрека и степях Апон, степи–у–моря… Когда-то они не делились на разновидности… Потом же их часть ушла на дол Марохта, а после к Сероземью… Теперь же асири поделены на марохта и баас…
Глава 1
5–72 год со времен новых летописей
Сквозь лесную чащу тянулась серая тропа. Частично еще сохранившая остатки вымощенной камнем дороги, частично – просто безобразная куча грязи. Очередной дождь размыл землю, изорвал небольшими лужами и если бы не потрескавшийся камень – было бы как болото – едва пройдешь, едва проедешь. По ней двигалась колонна из воинов и нескольких всадников. Впереди всей процессии ехал всадник в полой пластинчатой броне. На его щите был изображен черный лебедь, расправляющий крылья. Сам же он ехал на гнедом мерине. Рядом – черный боевой конь. Всадник был мрачен, словно тучи, что неспешно плыли по небу сегодняшним днем. Даже мрачнее. Единственное черное перо на шлеме неспешно раскачивалось в такт движениям коня.
В этот миг к нему подъехал и второй воин. На щите этого был изображен красный зверь.
– Мрачный денек, не правда ли? – этот всадник на рыжей кобыле выглядел не как человек.
Это был вархад, только в броне, специально под него выполненной. Пусть большая часть его тела скрыта доспехом, но звериные лапы и хвост скрыть было сложно. Хотя если не они, то вархад мало чем отличался от асириана.
Черный всадник даже плечом не повел. Так и молчал, пока его приятель ждал ответа. Вархад с трудом удерживался в седле. Видно, что его лапы не приспособлены к поездке со стремянками. Но природная ловкость, с которой он справлялся с этой напастью, делала свое.
– По жене тоскуешь? Понимаю, – продолжал рыцарь–вархад. – Я бы тоже по такой красавице скучал. Только вряд ли я ей обзаведусь, да и торопиться мне не зачем. Я же из простых людей…
– Но у нас-то все взаимно, – наконец ответил асири с гербом лебедя, точно подозревал, что его собеседник скажет.
– Хех… Это потому, что ты ни в кого и влюблен не был. А это так… Случилось.
– Да, случилось. И весьма удачно. Просто не надо лезть в это. Просто так получилось. Я даже сам не могу точно объяснить, что именно нас так породнило.
– Наверное. Так, слушай: я-то что заговорил, помнишь, я предлагал наемников набрать к себе в войска… Может, самое время?
– Я не доверяю подобным типам.
– Оно и видно, оно и понятно, но наши люди страдают. А так… Пусть хоть как мясо. Да и вопросы можно решить… Не совсем легальные.
– Кеос…
– Да, мой сеньор, – последние два слова вархад подчеркнул более веселым тоном. Словно находил в этом что-то смешное. – Если хочешь, можешь винить мою вархадскую природу, но таково мое мнение. Пусть даже это мнение труса и сволочи. Как по–твоему.
– Да, по–моему, так и поступают сволочи.
Вархад тяжело выдохнул и опустил голову.
– Альград уже виднеется… – произнес он, когда увидел очертания частокола. – Мы обязаны дороги тут стеречь. А за что провинность? А провинность за то, что Черный назвал короля дураком. Король, новый который, и есть дурак. Но сказать нельзя. А Черный выразил свое мнение, за что полвойска отдал и в ссылку снова направлен.
– Кеос, ты очень много болтаешь, – прервал монолог своего вассала рыцарь с гербом лебедя.
– Да знаю. Но что делать. Говорить не запретишь, а дорога длинна и утомительна.
– Знаю. Ну, все: молчим. Ворота предместий уже близко.
Вскоре из болотистой местности робко проступили деревянные стены и несколько деревянных башен. В тот миг, когда расступились деревья, стали видны ворота предместий. Люди недоверчиво поглядывали на войска, но видя знамя и гербы подъезжающих, не рисковали что-либо делать.
Вархад выехал вперед и громко, величаво произнес:
– Барон Баэлат дер Кадрэ, также известный как Черный, приехал к вашему графу по поручению короля! Отворите ворота! Гонец должен был вас всех оповестить!
– А ты еще кто такой?! – раздалось в ответ.
– Его верный рыцарь, Кеос! – вархад показал щит – Вот мой герб! На щите Черного его! Должны знать!
На время настало молчание. Вскоре ворота заскрипели и стали отворятся…
Черный спокойно наблюдал за всем, пока его друг то и дело дергал поводья своей кобылы. Ворота отворились, и им на встречу вышел селянин.
– Пройдемте за мной, – произнес он. – Доведу вас до таверны. Тут недалеко. Пока там побудете. Потом, коли ждали, к вам придет герольд. Этот… Глашатай нашего города.
Черный кивнул. Селянин направился вперед. Рыцарь стукнул ногами по бокам своего коня, и тот неспешно направился вперед. Таки справившись с кобылой, Кеос направился следом. Черный боевой конь Баэлата размеренно фырчал, лишь иногда приподнимая свою морду.
– Ты уверен, что у меня красный герб? – спросил рыцарь–вархад. – Просто для меня он серый.
– Он красный, Кеос, – с нотками терпения ответил Черный. – Можешь мне поверить.
Путь и в самом деле оказался недолгим. Пройдя немного по грязи, размокшей дороге, они вышли к двухэтажному домику. Соломенная крыша, деревянные бревна в качестве стен, а из каменной трубы валил серый дым.
– Вот и трактир, – произнес селянин, остановившись. – Тут же вы и переночевать сможете. Ну… В смысле только вы, целая армия там не уместится. Я тогда направлюсь к нашему графу. Располагайтесь, коли гости в нашем городе.
Селянин куда-то направился. Черный слез с коня. Тому же примеру последовали несколько его всадников и Кеос. Вархад осматривал трактир, тогда как барон уделил внимание своим людям. Все были истощены дорогой. Пехота едва держалась на ногах, всадники устали, что уже говорить о лошадях. Черный шумно выдохнул через ноздри. Все же он не ожидал такого исхода при беседе с новым королем. Об его отце он был хорошего мнения, но вот его сыне – нет.
Барон верой и правдой служил его отцу. Столько раз Черный успел пожалеть, что он умер. Его сын явно еще не готов править королевством, хоть и здоровая детина.
Похлопав по шее гнедого мерина, Черный направился по своим делам. Ему еще предстояло раздать указы для привала и за всем проследить. Подсчитать потери, людей, припасы…