Страница 103 из 112
- Эта дрянь мне скулу сломала! Я убью ее!
- Убьешь, убьешь, угомонись, Ржавый, - отвечала я ему незнакомым мужским голосом. - Пусть сначала очухается и расскажет, что ей известно.
- Хорошо, но потом я ее убью. Сам, лично. Контуры лица Еремея Поликарповича стали расплываться и очень быстро превратились в бесформенное серое пятно, которое затем вдруг взорвалось яркой белой вспышкой, после чего в моей многострадальной голове начало что-то проясняться. Глаза еще были закрыты, но я уже находилась в сознании и понимала, что происходит вокруг, кто и за что собрался меня, молодую и красивую, убивать. Рядом разговаривали двое мужчин. Голос одного принадлежал рыжему, другой, холодный и злой, был мне не знаком.
- Она сказала, что была на той хате. Это мне не нравится, Ржавый. Ты говорил, что там все чисто.
- Так и было, Слон! - раздраженно ответил Ржавый, немного съедая слова, видимо, болела скула. - Наводка была проверенная, без балды. Зуб на отсечение даю, что эта сука блефовала!
- Эта сука тебе уже зубы посекла, идиот! Откуда она знает про шкатулку, если блефовала? И как она нас нашла? Вы ее на хвосте привели?
- Ты говоришь ерунду, Слон! - раздался с другой стороны немного приглушенный голос Клавдии. - Она была здесь еще до нашего приезда - пасла нас.
- Тогда я вообще ничего не понимаю, - сказал Слон. - Вдруг она из ментовки?
- Если бы она была ментом, не пришла бы одна, - здраво рассудил Ржавый. - Мне кажется, она из конкурирующей банды. Может, на Кидалу работает?
- Кстати, где эта шкатулка? - спросил Слон. - Почему она ею так интересовалась?
- Там, на столе валяется. Была закрыта на замок, но я вскрыл, а там ерунда какая-то в пузырьке. Ни камушков, ни бабок.
- Смотри, у нее веки начали дергаться. Сейчас очнется.
Решив, что уже настало время открыто посмотреть в глаза страшной реальности, я застонала и "очнулась". И сразу же поняла, почему все это время испытывала некоторый дискомфорт: я висела вниз головой, привязанная за ноги веревкой к толстому крюку в потолке. Голова моя находилась в метре от пола, руки были стянуты за спиной. Комната, в которой все происходило, была, по-видимому, тренажерным залом. Вокруг стояли спортивные снаряды, гири, штанга и разнокалиберные гантели. В углу валялась боксерская груша, вместо которой эти негодяи подвесили мое бесчувственное тело. Рыжий сидел на стуле, уже одетый в майку, и выжидающе смотрел на меня глазами, полными ненависти. К распухшему подбородку он прижимал целлофановый пакет с кусочками льда. У зашторенного окна стоял и курил второй грабитель, темноволосый гигант под два метра ростом. Клавдии в поле зрения видно не было. Я висела лицом к окну, и голова моя раскалывалась от большого притока крови.
Мне очень хотелось потрогать и почесать шишку, но в моем положении сделать это было затруднительно, и я лишь обвела взглядом своих мучителей и просипела:
- Можно водички?
- На том свете попьешь, - развязно и нагло осклабился Ржавый и тут же сморщился от боли.
Слон приблизился, наклонился и внимательно посмотрел мне в глаза.
- Кто ты такая? - требовательно спросил он. У него был очень неприятный взгляд, холодный и жестокий, взгляд человека, которому не знакомо чувство сострадания к людям, даже привязанным за ноги к потолку. - Ты все равно нам расскажешь, так что не тяни.
- Может, подвесишься рядом, чтобы удобнее общаться было? А то голову свернешь, - я через силу усмехнулась.
По лицу его пробежала легкая тень, скулы напряглись, он разжал прямые тонкие губы и произнес:
- Послушай меня, крутизна доморощенная, твоя жизнь зависит от того, что ты нам расскажешь. Если нам понравится, мы тебя отпустим, если нет - не обессудь.
- Могу рассказать сказку про Иванушку-дурачка - вам нравятся сказки? я наивно похлопала ресницами.
Он поиграл желваками, сжал огромные кулаки, и я подумала, что ударит, но бандит сдержался.
- Ты что, глупая? Не понимаешь, с кем связалась? Мы не расположены шутить, детка. Отсюда тебе одна дорога - на кладбище. Но перед тем, как увезти туда, мы выколотим из тебя все.
- Не успеете - мои друзья знают адрес квартиры и скоро будут здесь, злорадно произнесла я. - Так что отвязывайте меня поскорей и сматывайтесь, пока не поздно.
- Кто твои друзья? - пропустив мимо ушей мое замечание, спросил Слон.
- Самые крутые люди в столице! - хвастливо заявила я, пытаясь строить из себя дурочку. - Выгляньте в окно - наверное, они уже приехали.
- Даже если они и приедут, то все равно тебя не найдут, - самоуверенно усмехнулся он. - Если ты думаешь, что находишься в той квартире, где тебя вырубили, то ошибаешься.
- О чем это вы? - мысли мои заметались в растерянности, душа от дурных предчувствий начала подниматься к пяткам.
- Не важно, - Слон продолжал противно ухмыляться. - Когда поймешь - это уже не будет иметь никакого значения для тебя. Говори, кто ты такая и на кого работаешь?
- Хотите сказать, что перетащили меня в другую квартиру? - хрипло озвучила я свои худшие опасения.
- Да что ты с ней валандаешься, Слон? - сердито встрял Рыжий, поднявшись со стула. - Давай врежу ей пару раз - сразу заговорит.
- Тебе нужно лед держать, - послышался сзади обеспокоенный голос Клавдии, я повернула голову и увидела ее стоящей в дверях. Длинных черных волос у нее теперь не было, вместо них голову прикрывали короткие русые волосы, делавшие ее не такой привлекательной, как в парике.
- Ничего, я ногами, - успокоил ее Ржавый. - Отойди-ка, Слон .
Бросив на меня взгляд, каким мясники на бойне смотрят на корову перед закланием, Слон отошел в сторону. Рыжий, все еще прижимая лед к скуле, подрыгал ногами, разминаясь и присматриваясь к моему телу, а потом резко ударил меня открытой босой ступней по незащищенным ребрам.
Главное, не думать о боли, учил нас Акира. Когда тебя бьют и ты не можешь сопротивляться, нужно представить себя каким-нибудь твердым неодушевленным предметом, например деревом или бетонной стеной, о которую сбивают в кровь руки и ноги твои противники. Тогда им будет больно, а ты останешься невредимой. Сейчас мне легче всего было представить себя в качестве боксерской груши, наполненной гвоздями, что я и сделала.