Страница 145 из 153
Я заставила себя просто посмотреть на него.
Ревик выглядел худым. Может быть, худее, чем я когда-либо видела его без морения голодом, которое он перенёс, когда впервые сбежал от Териана с Джоном и Касс. Он выглядел так, словно проводил больше времени на ринге и бегал, чем занимался поднятием тяжестей; я не видела на нём ни грамма лишнего жира. Он выглядел так, словно вернулся к своему гиперпрактичному режиму, в том числе и с пищевыми привычками.
Ничто из этого не удивило меня, но я была шокирована, заметив, что он так сильно изменился с тех пор, когда я видела его в последний раз.
Ревик не кричал на меня, но почему-то это было ещё хуже.
Я продолжала наблюдать за ним, периодически посматривая на Лилай через прозрачное окно только для того, чтобы снова перевести взгляд на него. Мы просто стояли так, не разговаривая, как мне показалось, очень долго.
Когда Ревик наконец выпрямился, я подпрыгнула.
Я наблюдала, как он нажимает на клавиши, расположенные на краю окна. Он делал это беззвучно, почти наизусть и практически не обращая внимания на то, что делает.
Медленно, как будто краска стекала с верхней и боковых сторон экрана, изображение нашей дочери в этой тускло освещённой зеленоватой комнате исчезло. Я вздрогнула, борясь с тошнотой в своём свете, когда больше не смогла видеть её.
Я знала, что она всё ещё там. Я должна была помнить об этом и не психовать.
Она находилась прямо там, по другую сторону этой стены.
Я почувствовала, как нечто похожее коснулось света Ревика, но он быстро скрыл это от меня — так быстро, что я задалась вопросом, почувствовала ли я это вообще.
Во всяком случае, сейчас я его не ощущала, а Лилай скрылась.
Теперь остались только мы.
Ревик повернулся ко мне. Однако я не могла не заметить, что он по-прежнему не смотрит на меня.
— Ты не хочешь объяснить? — сказал он.
Он сделал неопределённое движение одной рукой, другой вцепившись в перила под обзорным окном, которое теперь выглядело как обычная стена. По-прежнему избегая моего лица и глаз, он снова сделал деликатный жест.
Я поймала себя на том, что слежу взглядом за его рукой и пальцами.
Боль пронзила мой свет, даже от такой простой вещи.
— Элли? — позвал он. — Ты собираешься всё объяснить? Или нет?
Я судорожно сглотнула. Мне вдруг показалось, что в горле застряло что-то твёрдое.
Покачав головой, я тихонько щёлкнула, едва осознавая, что делаю то или другое. Я не была уверена, что имею в виду, кроме, может быть, подсознательной части меня, которая вообще не желала объяснять, а хотела просто пропустить эту часть. И я подозревала, какой может быть его реакция.
Вместо этого мне захотелось обнять его.
Я смотрела на него, одетого в тёмные брюки и белую рубашку, и мне просто хотелось прикоснуться к нему. Мне пришлось приложить усилия, чтобы не дать этому желанию проникнуть в моё сознание, чтобы оно не возникло там, где он мог бы его почувствовать и, возможно, неправильно понять.
Или, может быть, понять это лучше, чем я хотела себе признаться.
— Элли? — повторил Ревик.
Я кивнула, едва заметив и этот жест.
Прочистив горло, я снова кивнула.
— Тут не так уж много нужно объяснять, Ревик, — начала я, делая ещё один вдох. — Я имею в виду… ты уже знаешь, что они со мной сделали.
Ревик кивнул, но выражение его глаз не дрогнуло.
— Тарси? — спросил он.
Больше он ничего не сказал. Вопрос был вполне очевиден.
— Да, — ответила я. — Я связалась с ней.
— Когда?
Комок в горле усилился.
— В первый раз?
Когда он продолжал смотреть в сторону с пустым выражением на лице, я вздохнула.
— Даже не знаю. Думаю, после того, как Джон разбудил меня. Тарси сказала, что я начала говорить с ней в тот же день, — помолчав немного, я добавила: — Это я тоже помню. Я связалась с ней… и с Вэшем через неё, думаю.
Ревик снова кивнул.
— Почему? — сказал он, по-прежнему глядя в сторону.
Я знала, о чём он меня спрашивает.
Почему-то тот факт, что он не сказал этого вслух, вообще не помогал.
Я проследила за его взглядом, осматривая остальную часть его отсека внутри резервуара, и только тогда заметила, что комната была обставлена мебелью, что делало её похожей на однокомнатную квартиру. Там стояла кровать с матрасом кинг-сайз. Я также увидела дверь, вероятно, ведущую в ванную комнату с туалетом и душем.
По другую сторону стены я увидела письменный стол с лампой. На нём лежали гарнитура, наладонник, монитор приличных размеров. Рядом стоял небольшой диванчик. Кто-то повесил книжную полку и заставил её бумажными книгами, большинство из которых выглядели старыми — вероятно, священные писания или какие-то комментарии. Учитывая идеальное состояние переплётов, я предположила, что это сделал Врег. Интересно, Ревик попросил его об этом или Врег сделал это сам?
Ревик и Врег были единственными знакомыми мне людьми, которые читали бумажные книги.
Глядя ему в лицо, я чувствовала, что Ревик ждёт, когда я заговорю.
— Послушай, — сказала я. — Я не уверена, что смогу ответить на те вопросы, которые ты хочешь задать. Я не знаю точно, почему я пошла к ним. Или почему я чувствовала, что идти к тебе небезопасно. Я просто сделала это.
Ревик не двинулся с места. Он даже не кивнул. Когда он так ничего и не сказал несколько секунд спустя, я взмахнула рукой — возможно, копируя его, не знаю.
— Мне очень жаль, — сказала я несколько неуверенно.
На это он тоже ничего не ответил.
Подойдя к кровати, я села, проводя руками по волосам. Снова выдохнув, я выпрямилась, стискивая пальцами свои локти.
— Ревик, — сказала я, услышав напряжение в своём голосе. — Я думала, что Касс меня убьёт. Я считала себя уже трупом, когда она посадила меня на самолёт до Сан-Франциско. Я помню эту часть. Я помню, как приземлилась в парке Золотые Ворота на вертолёте. Я помню, как мы приехали в мамин дом, и Касс сказала мне, что я не заслуживаю быть матерью.
Увидев, как Ревик вздрогнул, я сглотнула и покачала головой.
— Всё, что происходило после этого, довольно расплывчато. Ну, не совсем расплывчато… но это не так ясно, как быть здесь, внизу, и в сознании. Я помню многое из этого, но мне нужно подняться довольно высоко в свои структуры, чтобы думать об этом или даже видеть это. Не могу сказать, что я вообще не была в сознании, не совсем… но мой разум работал совсем по-другому. Я помню это иначе, чем то, что было здесь, внизу. И я не знаю, смогу ли объяснить тебе, о чём я тогда думала.
Ревик кивнул, его лицо оставалось неподвижным.
Казалось, он задумался над моими словами.
Когда он заговорил в следующий раз, я до сих пор не слышала в его голосе никакого обвинения.
— Ты не подумала попросить их, чтобы они сказали мне? — произнёс он. — Я имею в виду, здесь, внизу?
Услышав пустоту в его голосе, я покачала головой и снова щёлкнула на выдохе.
— Это всплывало в разговоре, — призналась я.
Я ощутила, что он ждёт, и сглотнула, говоря правду.
— Не вини Тарси, Ревик, — я почувствовала, что моё лицо потеплело, и прикусила губу, крепче сжимая локти. — Это была не она. И это был не Вэш. Это была я, — не поднимая взгляда от пола, я сглотнула и покачала головой. — Честно говоря, я не могу объяснить, почему сказала «нет». Просто в то время это казалось плохой идеей. Я не помню, чтобы что-то знала о конструкции Менлима, но какая-то часть меня всё равно считала, что это плохая идея — позволить тебе знать.
Я замолчала и снова выдохнула.
Когда Ревик не ответил, я покачала головой.
— Я заставила их пообещать, что они не скажут тебе, — призналась я. — Я взяла с них обещание никому не говорить, Ревик. Я попросила Тарси вытащить тех немногих, кто нам был нужен. Они помогли ей с моим телом, и доставили меня поближе к Касс и Лилай… но даже они не могли знать, что я жива. Пока она не вернула меня обратно.
Увидев, как на его щеке дёрнулся мускул, я поколебалась.