Хмарь

Александр Анатольевич Сахаров приветственно кивнув всем собравшимся, уселся по левую руку от Ксенчука. Тот полистав лежащую перед собой папку, вытащил из нее несколько листов и передал их академику . Тот молча принял их, с минуту почитал и отложив в сторону, оглядел собравшихся.

– Судя по всему все ждали меня?

Ксенчук кивнул и кашлянув, отпил из стоящего рядом стакана воды.

– Мы еще не начинали, я сказал всем, что только вы в состоянии полностью обрисовать всю сложившуюся проблему Александр Анатольевич!

– Президента не будет?

Ларин прищурился. Вот это выпад! Президента ему! Этот высокорослый академик был ох как не прост! Или глуп! Так запросто прийти на заседание практически самых влиятельных людей государства и вести себя словно учитель в классе дошкольников. Тут очевидны были две причины- либо тут синдром самовлюбленного идиота, либо он давно участвует в большой игре серьезных мальчиков. Но, тогда возникает еще один вопрос- почему Ларин – глава разведывательного управления так мало о нем знает. И двое молчаливых людей в штацком тоже были ему совсем не знакомы.

– Президента я осведомлю только после нашего собрания, и то, если удастся выработать хоть какой-то конструктив действий в назревающей проблеме!

– Нда! – от Ларина не ускользнуло, то что Сахаров явно расстроился отсутствием президента, – Прежде чем я начну, можно для меня вкратце представить собравшихся?

Ксенчук молчаливо кивнув, указал рукой на ближайшего к себе человека в форме.

– Министр МВД Орлов, главнокомандующий сухопутными войсками Генерал Ившин, министр МЧС господин Дорохов, начальник ГРУ – генерал Ларин, и ваши коллеги по цеху, господа Маховы из московского НИИ вирусологии при министерстве обороны.

Сахаров удовлетворенно кивнул. Ларин же наоборот нахмурился, странно, что Ксенчук не представил гражданских.

– Этого достаточно! Благодарю. – Снова придвинув к себе листочки из папки Ксенчука, Академик еще раз пробежался по одному из них глазами и неожиданно выпалил.

– В первую очередь мне нужно услышать от вас четкий план, как заключить в карантин территорию, ни выйти, ни войти на которую не сможет ни одна живая душа за исключением наших специалистов! – Сидящие за столом разом зашумели, поразившись не столько сутью, сколько витиеватостью требования.

– Карантин чего, товарищ Сахаров? Вы можете чуть более конкретно говорить о таких глобальных вещах – Седовласый Ившин в недоумении развел руками – Нам сказали, что только вы внесете ясность в цель нашего собрания, а вы сразу начали с загадок и очень пространных требований!

– Мне нужна идея Карантина! Что тут неясного? Неважно чего! Города, поселка, области! Главное сама идея- предлог! Под каким предлогом мы можем полностью закрыть и контролировать область с гражданскими и военными людьми?

– Это все очень поверхностно Александр Анатольевич, – Перекрывая нарастающий гул голосов, Ксенчук даже привстал с кресла. Давайте хотя бы на карте обозначим для собравшихся примерную границу, где вам нужен этот карантин и обрисуем вкратце его причину? Может такой острой необходимости в нем и нет? В телефонном разговоре я честно говоря тоже не уловил суть ваших идей.

– Я хочу услышать вначале внятную стратегию по внедрению карантина Игорь Викторович! Какая разница в чем причина его! Он необходим! А мне хочется понять, как вы это сделаете! Я не военный и не связан с силовыми структурами, поэтому мне хочется понять- возможно ли такое вообще?!

– Разница есть! – министр МЧС тоже привстал со своего места – Карантин понятие растяжимое, это может быть условная изоляция из-за гриппа например, или масштабная эвакуация населения и полная изоляция выбранной зоны силами милиции и военных, как это было в Чернобыле семь лет назад! И это две огромные разницы, как по масштабу, так и по затраченным ресурсам! Для полной изоляции нужны очень веские причины, вам не кажется? И что бы эти причины найти, нам необходима конкретика! Без этого ваши высказывания теряют всякий смысл. Вы требуете выработать план полного карантина! Карантина на ровном месте! И не забывайте, что мы уже не в Советском Союзе, мы в демократической стране у которой теперь несколько другая экономика! И так просто, как раньше, мы не можем беспричинно что-то делать, тем более то, о чем вы просите и тем более в масштабах страны! Тут же появятся волнения! Набегут общественники. Телевидение! Им то что нам говорить? Это тоже прошу учитывать!

Сахаров, насупившись, выслушал гневный спич эмчээсовца, и глядя на всех исподлобья. стукнул ладонью по полированному дереву стола.

– Ваша взяла! Хорошо! Ольга Алексеевна! – Махова встрепенулась, не ожидая, что Сахаров резко переметнет свое внимание с военных на нее, – Скажите мне, ваш последний проект увенчался успехом?

– О каком именно проекте вы спрашиваете Александр Анатольевич? – Махова бросила короткий взгляд на своего супруга. Они работали вместе, но Махов занимал более важную должность в их институте. Тот лишь, едва заметно пожал плечами.

– Ой не юлите Ольга Алексеевна! В вашем НИИ в последние пол года – год главенствовал лишь один проект! Так он увенчался успехом или зашел в очередной тупик?

– Ответьте ему Ольга Алексеевна! – Ксенчук посмотрел прямо в глаза Маховой, – этот проект в моей юрисдикции, я даю добро. По бегающим глазам академика было видно, что она колеблется. Все до единого проекты проходящие через ее институт были под грифом полной секретности и делиться хоть какой-то крупицей информации, тем более при посторонних было крайне рискованно. Но Ксенчук формально был ее боссом или скорее заказчиком. НИИ подчинялось министерству обороны и у Маховой даже имелось звание подполковника. Так, что она обязана была подчиниться требованию генерала.

Сахаров выжидательно смотрел на нее.

– Ну же Ольга Алексеевна? – Ксенчук почти ласковым голосом подбодрил Махову.

– Нет! Ничего не вышло в очередной раз!

Сахаров возбужденно потер руки.

– Вы тоже не можете добиться стабильности антивируса?

Ларин нахмурился. Карантин, антивирус и ничего не вышло. Плохая цепочка вырисовывается если вкратце.

– Вы спросили да или нет- я ответила, углубление в нюансы это уже секретная информация. – Махова насупилась. Она любила доминировать в спорах и диалогах, а тут на нее давили, но она не собиралась сдаваться. Но Сахаров неожиданно снова поменял объект своих странных вопросов.

– Сергей Аркадьевич, если не ошибаюсь? – Ларин вздрогнул, ого, академик весьма неожиданно перешел к нему! И сразу по имени отчеству! А ведь пять минут назад просил всех представить ему, ох не прост, не прост наш Академик.

– Да, вы правы Александр Анатольевич! Чем могу?

– У меня тоже к вам короткий вопрос. – Сахаров задумчиво постучал костяшками пальцев по столу. – Можно ли, развернув на обширной территории массированные действия техники и людей, скрыть это от противника в современных реалиях?

– Только в теории Александр Анатольевич, только в теории. Мы с вами живем в эпоху космических технологий! Если бы вы задали свой вопрос эдак лет тридцать назад я ответил бы вам да! Но сейчас я могу вам гарантировать только наземную и воздушную безопасность и скрытность. Но от спутников шпионов увы! – Ларин картинно развел руками, – Не сбивать же их все?!

– Надо бы по хорошему, – проворчал Сахаров, – Ладно, то что я хотел предварительно услышать, я услышал. Теперь немного деталей от меня.

Встав из-за стола, Академик прошел к огромной карте Подмосковья, висящей на одной из стен кабинета, на других стенах располагались такие же подробные карты России и мира.

– Вот Дубна, – Взяв указку, Сахаров ткнул в небольшой город в ста километрах к северу от Москвы, – Рядом с ней, вот тут, – указка сместилась чуть ближе к Москве, – Когда то находилась ракетная часть. Ее не так давно расформировали не так ли Сергей Назарович?

Ившин пространно мотнул головой.

– Я не ракетчик, но скорее всего она попала под конверсию, там же не оборонный, а наступательный комплекс стоял насколько я помню! Хотя, может и тот и тот стояли! Если вам так это важно, то можно легко это выяснить…