Страница 75 из 163
- Спасибо тебе, дорогая, - сказал он Эпонине. - Спасибо тебе, Николь. Спасибо, Элли.
Макс поблагодарил всех присутствующих в комнате, в том числе и двоих октопауков... потом поблагодарил еще раз и еще. Казалось, он сделался "обнимательной машиной": даже октопауки не сумели избежать его благодарных объятий.
6
Николь тихонько постучала в дверь и просунула голову в комнату.
- Простите. Кто-нибудь бодрствует?
Эпонина и Макс зашевелились, но никто не открыл глаз, чтобы поприветствовать Николь. Спящий Мариус лежал между родителями. Наконец Макс пробормотал.
- Сколько времени?
- _Прошло_ уже пятнадцать минут со времени, назначенного для исследования Мариуса, - проговорила Николь. - Синий Доктор вот-вот вернется.
Макс застонал и обнял Эпонину.
- Ну, давай, - сказал он Николь. Макс выглядел ужасно, глаза его покраснели и распухли, под ними появились двойные мешки. - И почему эти младенцы спят не более двух часов кряду? - спросил он, зевнув.
Николь остановилась в дверях.
- Некоторые спят. Макс... все дети разные. После рождения они обычно следуют тому режиму, к которому привыкли в чреве.
- И почему на это жалуешься ты? - спросила Эпонина, с трудом поднимаясь. - Ты только послушаешь, как он пищит, иногда сменишь пеленку и заваливаешься спать... А мне приходится бодрствовать, пока он ест... Ты хоть раз пытался уснуть, когда кто-то теребит тебя за сосок?
- Так вот оно что! - усмехнулась Николь. - Кажется, наши новые родители за четыре дня растеряли весь прежний пыл.
- Ну, не то чтобы совсем, - с вынужденной улыбкой проговорила Эпонина, одеваясь. - Но, Господи Иисусе, как же я устала!
- Это совершенно нормально, - сказала Николь. - Твоему телу нанесена травма. - Тебе необходим отдых... я же говорила об этом тебе и Максу на следующий день после рождения Мариуса, когда вы намеревались устроить вечеринку. Первые две недели жизни младенца можно выспаться, лишь подстраиваясь под _его_ собственный распорядок дня.
- Вполне верю тебе, - Макс вывалился из двери с одеждой в руках и направился в спальню.
Эпонина поглядела на светло-голубую прямоугольную подушку, которую Николь извлекла из мешка.
- Это одна из новых пеленок? - спросила она.
- Да, - ответила Николь. - Инженеры октопауков внесли некоторые усовершенствования... Кстати, они по-прежнему предлагают использовать мусорщика, но для мочи Мариуса еще ничего не придумали; при мусорщике ребенку останется только пукать...
- Макс абсолютно против всей этой идеи, - прервала ее Эпонина. - Он заявляет, что не разрешит октопаукам экспериментировать на его сынишке.
- Экспериментом я бы это не назвала. Специальный мусорщик, которого они разработали, лишь немногим отличается от тех, что чистят наш" туалеты уже шесть месяцев. Подумай, от скольких хлопот ты избавишься...
- Нет, - твердо возразила Эпонина. - Но тем не менее поблагодари октопауков за заботу.
Возвратился Макс, уже переодетый в дневную одежду, хотя и небритый.
- Я хотела сказать тебе. Макс, прежде чем Синий Доктор вернется, проговорила Николь, - что сумела наконец поговорить с Арчи о нашем возвращении в Новый Эдем... Я стала объяснять Арчи, что мы все хотим уйти, и попыталась обосновать причину... но он ответил, что не вправе разрешить нам оставить Изумрудный город.
- А что это значит? - спросил Макс.
- Арчи утверждает, что этот вопрос должен решить сам Верховный Оптимизатор.
- Ага! Итак, я все же был прав. Мы здесь _узники_, а не гости.
- Нет, если я правильно поняла слова Арчи. Он сказал мне, что "при необходимости исход можно устроить", но лишь Верховный Оптимизатор понимает "все факторы" в достаточной степени, чтобы принять правильное решение.
- Еще один пример проклятых октопаучьих бредней, - буркнул Макс.
- Не думаю, - возразила Николь. - Я, пожалуй, обрадовалась... однако Арчи считает, что мы не сумеем встретиться с Верховным Оптимизатором до завершения матрикуляции... Это тот самый процесс, что занимает все время Джеми. Он происходит лишь раз в два года и затрагивает всю колонию.
- И сколько же эта самая матрикуляция продлится? - спросил Макс.
- Еще неделю. Ричард, Элли и я приглашены участвовать завтра "в каких-то сторонах" процесса... звучит интригующе.
- Мы с Мариусом несколько недель должны будем оставаться здесь, проговорила Эпонина, обращаясь к Максу. - Поэтому неделю можно подождать без всяких проблем.
В этот момент в дверь постучался Синий Доктор. Октопаук вошел в спальню со специализированным оборудованием: с его помощью он собирался обследовать Мариуса. Макс поглядел на пластиковые мешки (в них копошились существа, все вместе напоминавшие черную пасту) и сердито спросил:
- Что это еще за мерзкая грязь?
Николь выложила свои собственные инструменты на стол возле постели.
- Макс, - произнесла она с улыбкой, - почему бы тебе не выйти минут на пятнадцать?
Чело Макса нахмурилось.
- Что вы собираетесь делать с моим мальчонкой? Поджарите на этом масле?
- Нет, - усмехнулась Николь. - Хотя по звукам тебе, быть может, и покажется это.
Элли взяла Никки на руки и обняла ее. Малышка моментально успокоилась.
- Мама уходит с Нонни, Бубой, Арчи и Синим Доктором, - сказала она. Мы вернемся, когда ты ляжешь в постель... тебе здесь будет хорошо с миссис Наи, Кеплером, миссис Эп...
- А я _не хочу_ оставаться здесь, - недовольным тоном проговорила Никки. - Я хочу с мамочкой, - она поцеловала Элли в щеку. На лице девчушки было написано ожидание.
Когда через несколько секунд Элли опустила ребенка на пол, чудесное личико Никки скривилось и она вновь заплакала.
- Я _не хочу_... - закричала она, как только мать вышла за дверь.
Элли покачала головой, когда все пятеро направились к площади.
- Хотелось бы знать, что с ней делать. После того инцидента на стадионе она все время липнет ко мне...
- Это вполне нормально, - сказала Николь. - Дети меняются очень быстро в ее возрасте... Тем более что Никки перестала быть центром всеобщего внимания после рождения Мариуса.
- А по-моему, проблема куда глубже, - произнесла Элли несколько секунд спустя. Она повернулась к Николь. - Извини, мама, но я думаю, чувство беззащитности, которое испытывает Никки, больше связано с отсутствием Роберта, чем с появлением Мариуса.