Страница 11 из 24
Я старательно кивала, стараясь не показывать своего офигения на лице. Не, лекция была очень своевременная. И понятная, я бы сказала, проще некуда. Никаких безумств, всюду камеры, и вести себя как монашка. На словах вроде вполне преодолимо. Эмм... Вот бы я в шортиках и топлес приехала!
- Спасибо, генерал, я всё... учту. Мама сказала, что Вы нашли девушку, которая поможет мне освоиться с тонкостями культуры в первое время.
Даниэлла ещё раз слегка улыбнулась. Почему-то на её лице эта слабенькая улыбка смотрелась почти безумной радостью. Мне всё больше и больше нравилась эта суровая почти-женщина:
- Да. Эта девушка-нэрми, моя ученица по военной линии, и сейчас у неё вынужденный отпуск. Думаю, вы будете полезны друг другу. Для неё это первый бизнес, но зато в части публичности она мастер. Она известная спортсменка, и через месяц у неё свадьба с сыном очень известного сенатора Фриды. Публичное, хорошо узнаваемое лицо. Не стесняйся использовать это лицо в рекламной компании. Кроме того, по причине своей известности, она вхожа практически в любой круг, а значит, легко представит тебя там, где тебе необходимо.
Переход разговора на дела, наконец, заставил окончательно включиться мой мозг. Известная спортсменка, как лицо компании, это очень хороший трюк. Иноземное, рядом с хорошо знакомым местным, намного быстрее будет принято. Мой инвестор не переставала меня поражать. Чётко, всё по полочкам, всё предусмотрела!
- Я правильно понимаю, генерал, что... своё участие в этом... проекте вы не хотите афишировать?
Даниэлла откинулась на спинку дивана, слегка задумавшись:
- Мы не будем скрывать моё участие в этой компании, но и громко кричать моё имя тоже не станем. САП это государство нэрми, неолетанки - принятая, но все-таки чужеродная раса. Да и моё имя трудно связать с эстетикой. Так что я бы предпочла, чтобы через несколько дней, разобравшись, ты начала действовать полностью сама, не оглядываясь на меня. Я инвестор этого предприятия и не более. Ты, единственный директор этого проекта. Хотя, конечно, я всегда к твоим услугам, если нужен совет или коммерческое решение.
Это было... это было просто охренительно круто! Я - единственный директор проекта. Это... На Кингстоне и Визионе я тоже, по сути, действовала сама, но так, как формально директором компании всё равно была маман, мне приходилось, как минимум, объяснять ей свои решения. Тут... Лили соучредитель, но не директор. Даниэлла только что выдала мне карт-бланш не оглядываться на неё. А значит... ну, раз в году я, конечно, должна буду отчитаться перед учредителями, может, первое время и чаще, но в остальном... Директор Джессика! Это сугубо местное обращение вдруг заиграло в моей голове совсем другими красками. Чёрт! А мне всё больше и больше нравится этот проект!
Даниэлла мне тоже уже бесконечно нравилась. У меня сложился образ решительного и серьёзного человека. Такие обычно умеют непредвзято судить о твоих результатах, потому как в первую очередь хорошо считают деньги. Мы сработаемся!
Маркус:
Тварь! Мало того, что она меня избила, так ещё и про кормёжку забыла. Даже у лупоглазки, как минимум, три раза в день кормили. А тут я полночи не спал, потому что собственный живот урчал на меня голодным зверем.
И заняться ведь нечем! Комната: кровать, два кресла и стол, в углу дверь в ванную и сортир. Даже окна нет. Всё белое, ни цвета, ни рисунка. Смотреть не на что. Единственный предмет в комнате, который хоть немного занял моё внимание, это штука, от которой тянулась верёвка к моему ошейнику. Я попробовал отходить быстро, медленно, подходить: верёвка легко раскручивалась и закручивалась. До ванной ей хватало без напряга, а до двери из комнаты нет. Причём расстояние до двери вроде как было даже меньше. Но стоило мне пойти в ту сторону, эта гадкая верёвка начинала закручиваться уже с хорошей такой силой. Ещё час у меня ушёл на то, чтобы попробовать порвать или перепилить верёвку, или разобрать эту умную катушку. Через час я на это дело плюнул и просто ходил по комнате на верёвочке, как собачонка.
Белобрысая явилась утром, наконец, вкатывая за собой столик с едой:
- Доброе утро, Маркус. Как спалось?
Ещё и издевается!
- Чёрт! Какого хрена! Кто-то тут обещал обо мне заботиться, а сама на сутки оставила голодным сидеть.
Белобрысая замерла в дверях:
- Я рано пришла? Ты не рад меня видеть? - и тут же двинулась обратно из комнаты вместе с моей жрачкой.
- Эй! Жратву оставь!
- Маркус, у нас двусторонние обязательства. Я забочусь о твоих потребностях, если ты заботишься о моём удовлетворении.
Вот сука!
- Типа, мне, чтобы поесть, нужно сначала тебя трахнуть?
Она покрутила головой:
- Я не хочу сейчас секса.
- А чего ты хочешь?
- Покормить тебя. - Она ехидно улыбнулась. - Сама!
Вот бабы! Я развёл руками, показывая, что готов к экзекуции. Хоть чучелом, хоть тушкой, но пожрать. Хочет кормить меня с ложки, пусть наслаждается, лишь бы в желудок что-то попало.
Белобрысая задумалась и почти тут же кивнула:
- Ну, если ты всё же готов со мной общаться, то тебе стоит быстренько метнуться в душ, привести себя в порядок, нацепить на лицо улыбку и перестать ругаться. Я подожду.
Понятия не имею, каким образом желание меня покормить связано с желанием загнать меня в душ, но спорить я не стал. Ну её, дуру! Вот поем, тогда можно поспорить.
Я завернулся в простыню (ходить при ней с голой задницей как-то не пёрло) и поплёлся мыться.
Темай:
Как я и ожидала, пятнадцать легких ударов по мягкому месту и сутки строгой диеты сделали мою покупку более сговорчивой. Стыдливо прикрыв от меня попу простынкой, он утопал в ванную.
Признаться, я увлеклась. Всё-таки моя будущая свекровь непередаваемо мудрая женщина: периодическое подглядывание на монитор камер, установленных в этой комнате, меня очень завело. Мир Цуе как бы раскрасился дополнительными красками ожидания, когда парень сдастся в своих попытках разодрать крепление ошейника или докричаться хоть до кого-нибудь. Во мне много Мевы, и этот мальчик, спрятанный за стенами с активной звукоизоляцией, эту Меву питал и занимал, не давая хаосу прорываться в другие сферы. Я как будто забыла обо всех своих других проблемах. Мнение общественности о моём неожиданном отпуске, нервозность в ожидании, когда Семиньяка назначит день свадьбы, даже мысли о Роджере как-то отошли на второй план. Я почти сутки только и делала, что подсматривала в мониторы слежения и думала об этом парне.
Маркус появился из ванной. Тело чуть влажное, волосы, вообще, мокрые, зачёсаны назад. Кстати, ему идёт! Даже прикрываясь от меня простыней, он не выглядел жертвой. Нахал! По типу своего мышления, по глазам, по каждому жесту - нахал! А на первый взгляд смотрелся каким-то мягким, неуверенным в своей дерзости.
- Ну, я готов. Как ты собираешься меня кормить?
Улыбка у него тоже нахальная. Хотя эротизма в этой улыбке было больше. Эротизм был и в том, как он, скрестив ноги, уселся на кровать. Как с каким-то самодовольством поднял на меня глаза, ожидая действий. Кхм!
- Повернись ко мне спиной. Я свяжу тебе руки.
Парень хмыкнул, скривил на лице недовольную рожицу, какую-то наигранно недовольную, потом всё-таки завёл руки за спину и, ухмыляясь, повернулся, растянувшись на кровати. Движения у него получались какими-то особенно гибкими, как бы не специально демонстрируя завораживающе притягательное тело. Шлюха!
Я связала ему руки. Потом завязала глаза и, не удержавшись, поцеловала за ухом.
- Эээй, ты меня кормить обещала!
Настоящая шлюха! Пока я аккуратно кормила его кусочками мяса с вилки, он как будто намеренно периодически облизывал губы. Тягуче, сладко, до невозможности развязно. А когда перешла к фруктам, он принялся облизывать мои пальцы. Это была последняя капля. Меня как будто прошибало током от каждого прикосновения его нахального языка и жадных губ. Мева просто плескалась на этих губах! Искрилась в улыбке, в мурчании, с которым парень комментировал вкус еды, в развороте плеч, открытой линии шеи... Во время очередной провокации я не выдержала и мягко опрокинула его на кровать.