Страница 25 из 65
Я помнила её с пленера в саду. Это именно она взялась разрисовывать полотно узорами, усевшись на траву. Обладательница светло-голубых глаз, россыпи веснушек на чуть вздёрнутом детском носике, розовых пухленьких губ, убранных в высокий хвост вьющихся золотисто-рыжих волос.
Ей хватило всего секунды, чтобы из вежливо-отстранённой леди с внимательным взглядом, отличными манерами и не вызывающей подозрений внешностью превратиться в воплощение неприкрытого ехидства и задора. Каждая клеточка её тела будто ожила и вдруг стала насмехаться над окружающим миром. Осанка стала не такой прямой, но естественной, из взгляда пропала осторожность, сменившись врожденным ехидством с изрядной долей внимательности. Ироничная полуулыбка заиграла на губах.
— Привет, — весело поздоровалась она.
Очень весело, а улыбка её стала шире и искреннее.
— Привет, — осторожно отозвалась я, чуть нахмурившись.
Не замечала я за этой девушкой такого веселья прежде, с чего вдруг она развеселилась сейчас? Ещё одна полоумная, решившая на меня из-за чего-то обозлиться? Я на всякий случай чуть отступила, увеличивая расстояние между нами, и взглянула на девушку с неприкрытым подозрением.
— Брось, — фыркнула она и изящно махнула на меня ладонью, — меня не стоит бояться.
— Да? — засомневалась я.
— Я что, похожа на этих ненормальных дамочек с завышенной самооценкой? — здраво рассудила она и ответила сама себе, — Конечно похожа, зря я, что ли, так старательно пробивалась в их ряды? Вот скажи, я похожа на них?
Признаться, мне было сложно ответить на это. Я говорила только с одной из них, и в итоге она меня подставила и привела к своим подружкам-истеричкам. А теперь ещё и эта рыжая с явным раздвоением личности…
— Слушай, иди-ка ты, — очень даже вежливо, но всё же послала я её, делая жест в сторону двери.
— А ты забавная, — рассмеялась она вместо этого и произнесла такое, после чего лично я конкретно так удивилась, — не зря Андор тебя выбрал.
Её слова были подобны звону от разбившегося стекла, прозвучавшего где-то внутри моей головы. Дёрнувшись, я удивленно на неё воззрилась, совершенно не зная, как реагировать. Если она тоже ненормальная, как и остальные, то сейчас обязательно выкинет что-нибудь жуткое, начиная от угроз и заканчивая рукоприкладством.
А если она всё же намерена затесалась в ряды участниц, то… то зачем? Это во-первых. А во-вторых, что ей надо от меня? Этот вопрос я ей и озвучила, найдя отличную возможность никак не реагировать на предыдущее её заявление.
— Как это «что надо»? — деланно возмущенно воскликнула она, но тут же ободряюще улыбнулась и ответила, — Друг Андора мой друг. Привет, я Элания Гринь, для тебя можно просто Элли.
С этими словами она протянула мне свою изящную ладонь.
=24=
Поколебавшись в нерешительности, я всё же ответила на рукопожатие, про себя отмечая, что эта девушка отличалась от всех остальных.
— Вы друг Андора? — переспросила я.
Он не говорил мне об этом. Конечно, он не обязан, но раз уж что-то задумал, то мог бы и сказать.
— Я друг всех, — широко улыбнулась девушка, одним своим видом умеющая расположить к себе, — тебе я тоже буду другом. Ты же Яра, да?
— Яра, — подтвердила я кивком головы и уже привычно добавила, — Эжен.
— О! — оживилась тут же рыжая, — Та самая, что сбежала от императора?
— Ни от кого я не сбегала, — скривилась я.
Девушка наградила меня в высшей степени заинтересованным взглядом. Затем, подумав, прошла и уселась на моём диване, скомандовав оттуда:
— Рассказывай.
— Нечего рассказывать, — не оправдала я её надежд, — я ничего не помню, а те, кто помнит, ничего мне не говорит.
— Верю, — благосклонно кивнула она, — тогда расскажи мне о том мире.
О-о-о, это я могла. Более того, я была готова сделать это с превеликим удовольствием! Не став даже возмущаться, я прошла и заняла место в кресле напротив рыжеволосой нахалки, радостно улыбаясь её заинтересованности.
Разговор вышел долгий. Я возбужденно рассказывала о прелестях современного мира, она восторженно слушала, половину записывала на принесённые из моего кабинета листы, и старалась не перебивать, жадно ловя каждое слово.
Когда мы с ней обе окончательно устали, как-то неожиданно выяснилось, что отданный на отдых час прошёл, а теперь нам надо было торопиться в Серебряный зал, если не хотели опоздать.
— Что это вообще за зал? — спросила я у Эрании, разрешив ей оставить свои записи в моей гостиной и согласившись продолжить разговор позднее.
— Да не паникуй, — беззаботно отмахнулась она, первой выходя в коридор и мгновенно становясь эталоном нежности, невинности и послушности, — ничего страшного не случиться.
Но она ошиблась. Очень-очень сильно ошиблась. Нет, для меня ничего страшного действительно не было, кроме нехороших взглядов собравшихся уже в огромном зале леди. Все они стояли неплотной кучкой, а в нескольких шагах от них о чём-то беседовали Андор и двое совершенно незнакомых мне мужчин.
Один из них, внушительных размеров, почти такой же мускулистый и высокий, как и дракон, излучал ауру опасности. Его лицо было серьёзным и суровым, прямой взгляд, безэмоциональное выражение лица. Я едва ли взглянула на второго мужчину, значительно уступающего обоим лордам и в росте, и в комплектации, и даже в производимом жутком впечатлении на окружающих.
— Тьма, — простонала стремительно бледнеющая Элания, с ужасом глядя на лордов.
Она выглядела так, будто вот-вот была готова сорваться с места и убежать прочь. Чуть нахмурившись, я осторожно тронула её за плечо.
— Ты чего, Эла…
— Не называй моего имени! — велела она грозным шепотом, состроила страшную рожу и резко развернулась, встав так, что оказалась к стоящим вдалеке мужчинам спиной, — Скажи, он не смотрит?
— Кто? — на всякий случай уточнила я, скользнув взглядом поочередно по всем троим.
— Этот убогий, — простонала рыжеволосая девушка и тут же пояснила, — тёмненький.
Тёмненький там был всего один, не считая Андора. С короткими чёрными волосами и намёком на щетину на щеках. Мужчина продолжал вести сдержанную беседу с императором, ни на кого вокруг не обращая внимания.
— Нет, — пожала я плечами, украдкой его рассматривая.
Он всё же пугал. Пусть ничего не делал и не говорил, но было в нём что-то жуткое, что чувствовалось с приличного расстояния.
— Надо валить, — решила Элли и принялась лихорадочно крутить головой в поисках путей спасения.
— Кто это? — задала я ей самый разумный и уместный вопрос.
Девушка повернула голову ко мне, взглянула на меня широко распахнутыми глазами и со священным ужасом в голосе едва слышно прошептала:
— Мой ночной кошмар.
И тут, словно по безмолвному сигналу, мужчина едва заметно вздрогнул, привлекая к себе моё внимание, и ме-е-едленно, будто не веря, повернул голову точно в нашу сторону. Скользнул по мне безразличным взглядом и уставился в чуть дрожащую спину Элании.
— Тьма, — повторила она, неестественно выпрямившись, — он смотрит на меня, да?
Он не просто смотрел, он уже откровенно прожигал её яростным взглядом, хищно прищурившись. Первый шаг по направлению к этой девушке мужчина совершил будто даже неосознанно. Замер на миг, проигнорировав вопрос своих спутников, и двинулся сюда уже решительнее, злее, едва сдерживая рвущиеся наружу эмоции.
— Он идёт сюда, — сглотнула я, не в силах отвести испуганный взгляд.
Элли прошипела что-то неразборчивое, но очень напоминающее старую добрую ненормативную лексику, после чего нервно оглянулась и побледнела ещё сильнее.
Зато потом…
Может, у этой девушки раздвоение личности? Или она всегда резко меняется, когда дело касается сохранности её жизни? Как бы то ни было, Элли не стала позорно кричать и прилюдно сбегать… пока что.
Она распрямила спину, расправила плечи, вздёрнула подбородок, став сразу как-то величественнее и более гордой. Её губы совершенно непринужденно растянулись в широкой обворожительной улыбке, похожей скорее на страшный оскал бешеного зверя.