Страница 62 из 74
Монтри так размечтался о красивой жизни, что не заметил, как стражники подошли к их рыдвану.
— Цель поездки в Гнёзд? — стандартный вопрос неожиданно поставил блондина в ступор. Вырванный из сладких грёз, возница с изумлением уставился на стражника. — Цель поездки в Гнёзд? — повторил тот еще раз.
— Государственные интересы, — маг выглянул из окна и с неподражаемой надменностью протянул бумагу с королевской печатью. И не беда, что подписи Ранхуса на ней не было, Корлетта без разговоров заверила документ.
— Доброго дня, джент Хуакин, — поприветствовал мэтра стражник. — Что-то вы к нам зачастили.
— Государственные интересы, — чуть усмехнулся хитрец и вышел из рыдвана, позволяя служивым людям выполнить свою работу. А заодно Монтри с козел согнать. — Прогулять не хочешь? — зло шепнул он нерадивому помощнику.
Тот очнулся от ступора и направился к вожделенной будочке, в последний момент прихватив с собой торбу. Гнев хозяина парень чувствовал спиной и очень постарался сделать закладку как можно незаметнее для окружающих. У следующего тоннеля всё прошло как нельзя лучше. Торба стремительно улетела в кусты, не повиснув на ближайших ветках. Хуакин остался доволен.
— Пусть заминка у въезда будет самой большой неудачей, — попросил он у богов по старой суеверной привычке.
До Митры они добрались к вечеру. Постоялый двор, который давно облюбовал маг, был полон народу. Навакрийские купцы, наконец получившие разрешение на торговлю с Лигром, первым делом направились в Гнёзд. Хуакину пришлось долго рядиться с хозяином, но комнаты для себя и помощника он получил, хотя пришлось заплатить сверх привычной цены. Разозлённый мэтр отказался от ужина, подхватил два, самых дорогих для него короба, и удалился отдыхать, поручив Монтри заняться лошадьми и каретой. Блондин загнал рыдван в стодолу, а коней свёл на конюшню. Заниматься грязной работой он с детства не был приучен, так что несколько мелких монет освободили его от трудовой повинности. Но долгое сидение на козлах всё-таки дало о себе знать, и парень решил размяться и прогуляться перед ужином по вечерней Митре, а заодно посмотреть дворец, в котором им скоро предстояло поселиться.
Салазца столица Гнёзда удивила повсеместными раскопками. Малые и большие канавы, и даже рвы, тянулись по всем улицам вдоль домов, в которых до сих пор, не смотря на надвигающиеся сумерки, что-то делали местные жители. Монтри было ужасно любопытно узнать, что заставило гнездян копаться в земле? Но суровые лица мужчин и даже подростков отпугивали его. А вдруг как припашут к какому-нибудь делу? Наслышан он о местных традициях. Но ничего, скоро мэтр Хуакин установит тут свои порядки!
Эта мысль так обрадовала блондина, что он непроизвольно расплылся в довольной улыбке. Монтри так нравилось мечтать о будущем, что он совершенно забывал, где в данный момент находится, что надо делать и как себя вести. Подобная неосмотрительность чуть не стоила ему жизни.
Мимо зазевавшегося прохожего, не обращающего внимания на то, что происходит на дороге, пронёсся всадник. Взмыленная лошадь почти задела его крупом. Резко подавшись назад, Монтри оступился и упал на спину, больно приложившись затылком о мостовую. Сдерживаться он не стал, и немногочисленные слушатели насладились виртуозной фразой, в которой красочно передавался фривольный сюжет эротического содержания с участием упыря, всадника и его кобылы (хотя свидетели были уверены в том, что это был всё-таки конь), и некой загадочной личности по имени Ядрёна Копоть.
К пострадавшему подошёл крепкий мужчина средних лет и протянул руку, чтобы помочь страдальцу подняться. Блондин, скрипя зубами больше от злости, чем от боли, забыл поблагодарить помощника за учтивость и, продолжая ругаться сквозь зубы, направился к постоялому двору.
— Раззява, — коротко охарактеризовал его мужик и вернулся к прерванному занятию.
— Ваша светлость! — в кабинет Арна вбежал офицер охраны и, без должного поклона и приветствия своему правителю, сразу сообщил неприятную новость: — Обвал в тоннелях!
— Что?!! — Арн вскочил из-за стола и с ужасом уставился на гонца. В первую секунду ему подумалось, что в Скальных Порогах что-то пошло не так, и новый тоннель всё-таки обрушился. Он уже хотел спросить, что со Свейном, Анхой и прочими людьми, которые работали на строительстве. Но до него практически мгновенно дошло, что стражей там нет, а, следовательно, с печальным сообщением прискакал бы кто-то из горняков. — В Айласских?!
Взволнованный офицер не обратил внимания на странный вопрос правителя. В состоянии шока и собственное имя забудешь, не то, что в Гнёзде нет других тоннелей, кроме Айласских.
— Да!
— Жертвы?
— Выясняем.
— Арн, что случилось? — появившаяся в дверях кабинета Анха мгновенно почувствовала состояние ведомого. Таким взвинченным она его ещё ни разу не видела.
— Тоннель завалило! Третий…
— Нет… — девушка покачнулась от потрясения, но быстро взяла себя в руки. — Я туда! — Анха порадовалась, что не успела переодеться в платье. Как чувствовала, что сначала нужно заглянуть к ведомому.
— Стой! Я тоже туда. Коня!! — гаркнул правитель во всю мощь, не сомневаясь, что приказ будет исполнен. — Анха, посмотри, что с въездом с другой стороны, но в тоннель не лезь! — Наксатра кивнула. — И ещё глянь, что с первым и вторым тоннелями на всякий случай. Что бы мы без тебя делали, — сказал он уже опешившему гонцу, первый раз увидевшему перемещение Наксатры, словно мало парню было переживаний за этот день. — Отдыхай!
— Нет, я с вами!
— Лекарей! Факелы! Телеги! — Арн на ходу отдавал приказания дженту Юрзу, прибежавшему на его грозный крик. Правила спасения при обвалах он мог рассказать в любом состоянии в любое время дня и ночи. — Воду! Заступы! Верёвки!..
Пока Арн в сопровождении Юрза и офицеров охраны добрался до выезда из третьего тоннеля, Анха успела осмотреть все три. Ближайший к долине тоннель оказался почти не поврежденным. Только выезд в долину был завален прошедшим камнепадом и немного осыпался свод. Пара дней интенсивной работы, и им можно будет пользоваться. Центральный и самый длинный тоннель был цел и невредим. После его осмотра девушка почти успокоилась, посчитав, что камнепад прошёл только на третьем. Но когда Анха увидела то, что стало с первым тоннелем, сердце её оборвалось. Уже на подступах к выезду из тоннеля тракт был усыпан обломками скал, словно кто-то огромный выплюнул их наружу. Наксатра, цепенея от ужаса, переместилась к въезду в тоннель со стороны Салаза. Мысль о Фросте и Мерлое не давала ей покоя. Парни должны были как раз возвращаться из Тагриды. О плохом она старалась не думать, но разве запретишь себе мыслить?
Въезд в тоннель выглядел как разорванная, обугленная пасть убитого хищного чудовища. Развороченные створки ворот едва держались на сорванных петлях. Каменных обломков было гораздо меньше, чем на выезде, но частичный обвал свода произошёл и тут. Противно пахло сладковатой гарью, и везде была пыль, которая до сих пор ещё витала в воздухе. Пламя многочисленных факелов усиливало угнетающую картину разрушения. Там, где были торговые ряды, организовали полевой лазарет. Раненых было человек десять: в основном стражники и местные жители, не успевшие расторговаться, и уехать домой. Вокруг них суетились какие-то люди, обмывая и бинтуя раны. Чуть поодаль, укрытые рогожей, лежали несколько тел убитых. Атмосфера была угнетающая, но паники не было. И над всем этим кошмаром раздавался уверенный командный голос королевского смотрителя штолен.
— Дальше вглубь не лезьте! Там сплошной обвал и людей больше не видно. И погасите все факелы, иначе там совсем дышать нечем будет! — Фрост только что выполз из тоннеля, стряхнул с головы пыль и мелкую каменную крошку и приложился к фляге с водой. К нему тут же подбежал стражник и стал отвязывать верёвку с талии.
— Фрост! — Наксатра кинулась ощупывать парня, чтобы лично убедиться в его целости. — А где Мерлой?!