Страница 46 из 54
— Хорошо, — вдруг загадочно улыбнулся Лешка, опуская руки и пробираясь ими мне за спину.
— Что хорошо?
— Что ты сказала «Еще», значит давай контрольный! Чтобы наверняка! — замурчал Лешка, затаскивая меня к себе на колени.
Сказать что как бы дни уже не залетные? Да ну нафиг! Ни к чему ему эта информация. А вот кое что другое сказать хочется.
— Я тебе не дам развод, Леш, — на полном серьёзе предупредила я его.
— Я с тобой с ума сойду, Ириш. Как мне понять, что ты хочешь, а?
— Хочу чтобы как сказал… любил меня до самых старческих морщин и … мирится после битых тарелок … и я тоже хочу с тобой говорить, но … я боюсь тебя разочаровать глупостями всякими, а умного мне в голову ничего не приходит. Я пустышка, да? Тебе ведь говорили так про меня?
— Думаешь мне нужно чье то мнение о тебе? Я люблю тебя такую какая есть и с глупостями и с умностями, коих тоже не мало.
— А когда ты сказал, что отпускаешь, из-за того идиотского вечера я думала, что умру в этой «черти где» кровати. Потому что я его не целовала и не хотела и в тот же вечер сказала, что не хочу никаких с ним отношений, даже дружеских! А потом увидела тебя и… захотела, чтобы ты понял как это больно, когда любимый в командировках с другими женщинами! И домой не спешит, потому что дома ему плохо. А мне тоже плохо когда ты уезжаешь. Даже когда я не знала как ты там развлекаешься, было плохо! А потом только хуже стало и… я решила тебя отпустить раньше. Чтобы не мучился с такой женой. Глупой и скучной.
— Ого! — восхитился Леха моей разговорчивости, — круто продолжай! Ну в смысле все совсем не так! Но я хочу знать, почему у нас не сложилось в первый раз.
— А что будет второй?
— Конечно. И третий и тысячный. Сколько раз будешь убегать, столько раз и будет. Я тебя не отпускаю. Я просто недоговорил немного, думал ты спишь. И не отпущу никогда.
— Обещаешь?
— Гарантирую! Ты моя и я тебя люблю. Ну, ты слышала, хитрая, притворялась что спишь!
— Плохо было слышно, одеяло толстое, скажи еще раз!
— Люблю тебя, такую какая ты есть и другой мне не нужно. Просто не молчи. Давай скандалить раз в неделю?
— И потом мириться сразу? Давай, только не в будни. У меня отчетов много.
Леха свел глаза у переносицы, рассмешив меня своими кривляниями, и предложил:
— Сестра Катьки уволилась, пойдешь на ее место? Разрешаю с боссом замутить! И на выездах жить с ним в одном номере, — снова принялся меня соблазнять Лешка, забираясь под одеяло.
От его горячих ладоней, медленно скользящих вверх по бедрам, сразу кинуло в жар. Он опять смотрел так как тогда в домике, властный пластелин! С Боссом я ещё не мутила! И конечно пойду я к нему с радостью, работать в его компании всем нравится. Но надо один момент уточнить:
— А декретные у вас там достойные? Или придется с боссом договариваться, о привилегиях?
— Тут индивидуальный подход. Обычно от него эти выплаты вообще не зависят, Но тебе конечно придется! Неоднократно!
Глава № 40
Уже не сомневаясь я обняла Лешку в ответ, сдаваясь в плен моему любимому …. Вонючке? Чем от него так несет? Травами, спиртом, валерьянкой и чем-то еще неприятным. Где мой любимый аромат Фаренгейта? Его совсем не слышно, за этим смрадом.
Лешка нахмурился, и тоже, шурша сопливым носом, принюхивался ко мне, как охотничий пес, и фыркнул точно так же.
— Кажется, я догадываюсь кто местные сараи обчистил! — усмехнулся Леха, — Милая, я тут в доме ванну видел, думаю нам нужно хворь там прогонять!
— Все равно одежды чистой нет, — заметила я, — и моя с Настиной в клубе осталась. И шкурки из синтетических зверей.
— Придумаем что-нибудь, — заверил меня Леха.
Строго настрого приказав мне, выделенную площадь кровати, не покидать, он снова вышел. Есть подозрение, что лечение бабы Любы работает эффективнее препаратов Светы, уж больно резво скачет тяжелобольной пациент.
— Путь отхода чист, — заговорчески сообщил мне Леха, приоткрыв дверь.
Дождавшись, когда я облачусь в рубашку Сереги, повел меня в комнату для водных процедур. Только за это счастье я готова ему почти все простить.
— Я с тобой! — сразу же заявил мне Леша, наверное, думая, что опять выгоню, — полотенца и чистая одежда уже тут!
— Тоже кого-то ограбил? — удивилась я наличию женской одежды.
— Машину пригнали и Настя понеслась к ней на всех парах. Я решил, что как обычно угнать хочет, но оказывается, у нее там чемодан был. Как она это делает, ума не приложу! — Скидывая с себя одежду со скоростью солдата перед отбоем, размышлял вслух Алешка.
Присмотревшись к черным джинсам и белому свитеру с высоким горлом, я признала в них шмотки подруги. Действительно, откуда она знала, что мы останемся без одежды? Хотя это ладно, можно предположить, но что Леха сюда явится, как она догадалась?
— Тепленькая пошла, — обрадовался Лешка, подавая мне руку, приглашая присоединиться к нему,
— Первый раз вместе в душе, будет особенным, — хищно улыбаясь мне, предупредил Лешка.
И не обманул. Даже когда в накопителе закончилась горячая вода, нам было очень жарко. Я то точно сгорела в пламени его страсти, расплавилась как восковая свеча в огне любимых глаз.
Все мои страхи, что в душе мы обязательно поскользнемся и упадем, ударимся и сломаем что-нибудь, не нашли подтверждения.
Обессиленные, но довольные мы вновь вернулись в комнату. Вопреки моим ожиданиям, Лешка не завалился сразу спать. Опершись на согнутую в локте руку, лежа на боку, он смотрел на меня с нежной улыбкой, молча перебирая мои мокрые, не расчесанные волосы.
— Самая красивая, — почти шепотом сказал Лешка, — я так боялся тебя потерять, Иришка.
Мне очень хотелось пристать с вопросами, чтобы конкретизировал почему именно я ему нужна, что во мне такого особенного? Но я решила, что для этого у меня теперь целая жизнь. И все неприятные моменты, про приват с Марго в кошках, тоже придется выяснить, но не сейчас.
— Расскажи мне что-нибудь, что тебе самой захочется, — предложил Леха.
— Ой, может не надо, ничего интересного я не знаю, — я не забыла что мы договорились, но мои комплексы водичкой не смылись.
— Мне все про тебя интересно! — не дал мне возможности улизнуть Леша.
Я старалась придумать, что-то заумное и познавательное, но бросила эти тщетные попытки, когда Лешка, не дождавшись от меня и слова, принялся щекотать меня, угрожая не останавливаться, если буду молчать.