Страница 7 из 15
Местами там можно было наскрести глины, которая, судя по качеству, вполне подходила для некоторых гончарных работ. Руиф присел на корточки и стал перебирать руками кусочки породы. Он вспомнил, как сосед, прежде чем выбирать неизвестную глину, пробовал ее на вкус. Руиф точно не знал, какого вкуса должна быть глина. Соленая или нет? Очевидно, мастер мог это определить, пробовать самому после зеленых стеблей не стоило. Парень понюхал, огляделся.
– Должна подойти, и цвет вроде бы подходящий.
Был тут и песок на склоне. Следовало запастись емкостями для переноски. Рвать на это одеяло он не желал.
– Нет, только не это.
Одеяло он берег, его даже на верхнюю одежду не хотел распускать, а была такая безумная идея: порвать и носить как мексиканскую верхнюю накидку. Умылся, сполоснул ступни и побрел обратно, скоро наступит время вечерней молитвы, пропускать это мероприятие без уважительной причины он не мог. Остальной вечер прошел в бездействии, заставить себя что-то сделать он просто не мог. Можно было развести костер, но на это ушли бы все сухие ветки. Было еще достаточно тепло, он укутался и заснул.
Утро было прекрасное. Руифу удалось найти и разорить птичье гнездо. Конечно, разорять птичьи гнезда было нехорошо, его этому никогда и никто не учил в жизни. Но когда глазами ищешь, чтобы такого съесть, про моральную сторону вспоминаешь в самую последнюю очередь. Вообще, завтрак из трех сырых крохотных яиц ему понравился. Он даже съел скорлупу, чего раньше никогда в жизни не делал.
– Непонятно, что бы я сделал, если бы там были птенцы. Но ладно, голод не тетка.
Немного подумав, Руиф смастерил из тонких веток корзину, которую с вечера погрузил в речную воду. Он уже видел в речной протоке мелкую рыбешку. Но если внимательно присмотреться, то через толщу воды можно заметить длинные тени больших рыбин. Это был его запасной вариант. Как называлась эта рыба, он, конечно, не знал. С расстояния определить ее вообще было трудно, поймать практически невозможно, но можно попытаться устроить дистанционную ловлю. Так и случилось, несколько раз утром он доставал из ловушки приличный улов. Это была его очередная победа. Готовил ее всю, так как способа консервировать, или просто солить у него не было. Костер прогорал, он разгребал угли, доставал запеченную в глине тушку, разламывал ее и ел, выплевывая мелкие кости. Две-три рыбины можно было оставить на месте в песке, но ненадолго. А вот кости приходилось выбрасывать подальше от лагеря, чтобы любопытные лисицы не нашли другие спрятанные заначки.
Но все-таки еды, как и прежде, ему не хватало, казалось, что холод в образе незримого старика маячил где-то за спиной, подступая все ближе и ближе. Руиф знал, что однообразная диета для него губительна, отсутствие достаточного количества углеводов в рационе ведет к потере сил.
Все больше он стал поглядывать на другой берег, в надежде увидеть там огонь чужого костра или хотя бы парус судна. Но ничего этого, сколько ни смотрел, так и не обнаружил. Зато нашел еще один источник для пропитания – морской берег. Вернее сказать, вспомнил об этом. Ведь сразу у него с поиском и сбором морепродуктов не получилось. Но теперь следовало наверстывать упущенное. Подсказку к этому натолкнули погодные условия. Однажды разбушевался ночной шторм, который стих только к утру. Всю ночь Руиф не мог сомкнуть глаз, было холодно, его шалаш разметало сильным ветром, сам он сидел, сжавшись в комок, молился Аллаху и просил спасти его. Одеяло уже практически промокло, когда он увидел далекий от него берег, который на мгновение осветила молния. Именно тогда в голову пришла отличная мысль.
– Слава Аллаху. Ты вновь спас меня.
В то утро на берег выкинуло много морской капусты, медуз, рыбы, моллюсков, мелких осьминогов. Он даже нашел в камнях несколько крабов. Это были не мелкие особи, а крупные гиганты, о существовании которых наш герой мог только догадываться. Правда, выкинутую морем рыбу быстро забирали назойливые чайки, но Руиф успех ухватить несколько тушек.
На этот момент он уже обзавелся глиняной посудой, которую удалось правильно равномерно обжечь. Варить краба оказалось очень интересным занятием.
– Тут, главное, не передержать.
Он знал, что белок очень быстро варится. По вкусу мясо краба очень отличалось от мяса речных раков. Собственно говоря, Руиф крабы уже попробовал, это первый деликатес, который ему посоветовали купить на рынке в Приморье, чтобы ознакомится с местной морской кухней. Готовил тогда его приятель, но Руиф понял принцип и был готов к самостоятельным экспериментам.
– А что мне делать с морской капустой? Как ее готовить?
Этого он себе даже не представлял, но, пожевав промытые листья, убедился, что они вполне съедобные и безопасные. Самое простое, что он мог себе позволить, это собирать, мыть и сушить их на солнце. Для этого он сделал несколько специальных решёток. Сушеные листья довольно просто шли в употребление. Капусту он жевал бесконечно, пока она ему не надоела. Потом научился ее варить.
– Осталось еще морского ежа попробовать, морской огурец и еще морского коня, кажется.
Теперь он стал регулярно совершать прогулки вдоль берега, собирая все, что могло пойти в пищу. Уходил с раннего утра, брал с собой небольшую корзину, которую сплел для таких дел. Искал порой целый день, потом возвращался вечером обратно, усталый и счастливый. Готовил как всегда на скорую руку, потом следовала обязательная вечерняя молитва и ужин.
– Слава Всевышнему, жизнь удалась.
Иногда приходилось стирать одежду. Так как ничего другого носить у него не было, он ходил, накинув одеяло. Стирал в далеком ручье, предварительно смазав шорты и рубаху глиной. Потом тщательно полоскал.
– Так одежда быстро износится. Что-то нужно придумать.
Редко полоскал одеяло, его вообще трудно было хорошо постирать, но и нужды особой в этом не было – встряхнул и убрал в тайник. Что собой представлял тайник? Все очень просто: углубление в земле, сверху плетеная крышка, присыпанная сухой травой. Посуду он мыл с песком или просто споласкивал водой. Собственно говоря, и посуды у него не было – три средних вазона, две мелких миски, крышки. Правда, он еще умудрился изготовить большой бак для сбора дождевой воды. Сплел корзину, потом обмазал ее глиной и немного нагрел на костре, чтобы она не потрескалась. Испытал, носить бак было трудно, но этого и не требовалось, хранить чистую воду в таком сосуде оказалось нетрудно. Это было самое большое изделие, которое он сумел тут сам сделать. Конечно, некоторые мелкие вещи выглядели нелепо, так как без гончарного круга ему было нелегко придать правильную форму изделию. Сначала его эта уродливость выводила из себя, но он терпел, переделывал, пока не добился некоторого позитива. Как выглядел весь процесс? Руиф медленно месил глину, выбрасывал все камешки до одного. Когда глина была готова, он катал ее на камне, мысленно проектировал в ту форму, которая по его соображению ему требовалась. Равномерные полоски укладывая этажами, парень наслаивал по очереди все стороны, потом тщательно их ровнял, затем опять наращивал и убирал лишнее. Средние чашки получились уже намного лучше первых двух. Гордясь этим, он почти не замечал изъяна.
– Криво, но надежно. Не на продажу, для себя пойдет.
Теперь он мог носить и хранить чистую воду, кипятить чай из трав и листьев, готовить бульоны из мяса и рыбы. Варить краба пришлось в отдельной огромной миске. Длинные лапы не вмешались в первые глиняные изделия. Среди лесных даров природы Руиф пытался отыскать пчелиные улья, но безуспешно, пчелы уже были, но как найти их пристанище, он этого не знал. Один раз он случайно наступил в муравейник, это заставило его присмотреться к местным насекомым.
– Что-то из всего этого местные обитатели ведь едят?
Жуки и другие насекомые имели отталкивающий запах. Правда, их можно попробовать поджарить, как саранчу. Есть еще личинки других насекомых, но какие из них точно пригодны для пищи, он этого не знал.