Страница 29 из 57
И видя, как колеблется её любимый упрямый маг земли, поспешила добавить:
— Ты же сам говоришь, что определять силу артефактов слишком нудно и муторно, и моего слова тебе достаточно. Вот и тут всё также. Искать скрытые смыслы и опасности — нужно ли оно тебе? Для этого у тебя есть я. А вот противостоять этим опасностям — без тебя я бессильна!
Двером подошел к Укме сзади и аккуратно обнял, прижав к груди.
— Извини. Рия для меня как дочь. Мысль, что она чуть не погибла, выводит меня из себя и мешает трезво смотреть на происходящее. И ты права. Интриги — это не моё. Для этого у меня есть ты. Я готов слушать.
— Не только слушать, дорогой, — Укма откинула голову, плотнее прижимаясь к широкой и твёрдой как скала груди мужа, — многое мне и самой ещё не ясно. Мы вместе решим эту проблему. Как всегда.
— Как всегда, — эхом откликнулся Двером.
Постояв так ещё несколько минут, наслаждаясь теплом друг друга, глава клана с неохотой выпустил свою эНн из объятий. Всё это хорошо, но дела не ждали. В палате на первом этаже вторые сутки без сознания лежал Чистый, рядом с ним, не отходя ни на шаг ни на секунду сидела Рия, пытаясь своей Рнна пробить блокировку астрального тела своего избранника. Пробить, чтобы, омыв его энергией, понять, что с ним случилось и попытаться помочь придти в себя.
При этом пол клана стояла на ушах, ощущая новую для всех энергию. Мощную, стремительную, яркую. Сильную. Радость, конечно великая, ощущать молодую берегиню, но и приятного мало, когда берегиня в таком раздрае давит на полкрепости.
Дела не ждали. Ключ ко всем проблемам крылся в произошедшем в долине.
— Показывай, что я не вижу.
Укма, под внимательным взглядом мужа взяла в руки небольшой обломок стрелы, с острым длинным трехгранным наконечником, при этом указав на остальные стрелы, лежащие на столе.
— Обрати внимание, все стрелы, которые мы извлекли из тела Чистого, имеют зачарованные наконечники.
Двером кивнул, соглашаясь. Три стрелы, которые были извлечены из тела Чистого, несли следы наложенных техник.
— Когда их извлекали, техники были уже разряжены, но медики опознали структуру зачарования. Это «пробойники».
— Ну да. Они часто их применяют против нас, — согласился с супругой глава клана.
— Тогда тебя не затруднит вспомнить, какой эффект оказывает «пробойник» на Защитника?
— лукаво улыбнулась Укма, — само собой, когда попадает в него.
— Кхм…, — Двером уже другими глазами посмотрел на три оплавленные стрелы, со следами крови на древках и наконечниках.
— Вот тебе и «Кхм», — передразнила его супруга и озвучила вслух мысли супруга, — полная блокировка Средоточия и паралич циркуляции Рнна в астральном теле.
— Но как тогда…
— Ты мне скажи, Защитник, мог бы ты, с тремя «пробойниками» в теле, таща меня, парализованную «Падающей звездой», с рукой, почти откушенной во время ритуала взросления, в течение четверти часа избегать ближнего боя, который навязывают тебе разведчики из кроны личного древа Владыки Леса?
И не давая ошарашенному мужчине задать вертящийся на языке вопрос, Укма показала мужу тот самый небольшой обломок стрелы:
— Эту стрелу наши бойцы отрыли на месте, где пути Миха и альвов разошлись. Там, где он сумел от них оторваться. Тебе знаком такой наконечник?
Двером внимательно осмотрел наконечник стрелы, которую держала Укма. Длинный, узкий, трёхгранный, тяжёлый даже на вид, из блестящего светлого сплава. Поверхность граней покрыта рунным узором — заготовкой под сложное зачарование, видны даже мелкие точечные углубления, центры рунных блоков.
— Никогда такие не видел, — хмуро признался Двером, — но по виду, что–то запредельно дорогое, сложное и редкое.
— Всё верно. Дорогое, сложное и редкое. Это «Горящие силки». Я специально открывала Хроники, чтобы убедиться. Форма наконечника, рунные блоки, расположение узоров. Такие стрелы используют только бойцы личного древа Владыки Леса.
— Но зачем Владыке Леса отправлять разведчиков из личной гвардии для убийства Рии? — после нескольких минут мрачных размышлений спросил Двером.
— Ты всё ещё считаешь, что это была попытка убить нашу девочку?
— Но кого ещё? Не Чист…, — Двером замер от пришедшей ему в голову мысли, — ты хочешь сказать, что они шли убивать Чистого? Но как они могли узнать о нём???
— Я не могу сказать точно, как именно альвы узнали о Чистом, но, похоже, Лес слишком близок к нашим границам, чтобы мы могли скрыть от них что–то такого масштаба. Альвы всегда были самой скрытной расой на Морейне. Их точных возможностей не знает никто. И ещё, не стоит забывать, что их бог, в отличие от нашего, жив.
Двером крепко задумался, совершенно другим взглядом осматривая всё, лежащее перед ними на столе. А также прокручивая в голове доклад старшего группы. Если это были элитные бойцы альвов, если они применяли артефакты такого уровня, то всё произошедшее открывалось перед Дверомом совершенно под другим углом.
— Даже в первые годы войны, против нас не применяли ничего подобного. Владыка Леса не спускал на нас гвардию и артефактные стрелы, которыми нас убивали, стоили подешевле. Неужели Чистый настолько ценен?
— Бойцы личного древа Владыки Леса — это не личная гвардия Владыки, которую он может спустить с поводка, — Укма задумчиво прикусила уголок губы, рассматривая обломок дорогущей артефактной стрелы, — их вмешательство — это знак того, что ситуация опасна для Леса. Их может направлять воля Леса и Владыка тут может быть вообще не при чём.
— Ты уверена? — переспросил Двером.
Информация о том, что опаснейшее подразделение альвов может не подчиняться напрямую верховному правителю, была для Дверома новой. Особенно с учётом того, что правитель у альвов един и абсолютен. Нет никаких военных вождей, как у коблов, которые получают полную власть во время войны, и нет никаких военных советов, как у крыланов, которые имеют свои личные боевые соединения.
— Настолько, насколько вообще можно с альвами быть хоть в чём–то уверенным, — подтвердила Укма, — Хроники трактуют этот факт чётко. Но одно я не могу понять. Как настолько сильные бойцы смогли не справиться с задачей? Ведь Чистый остался жив. Сумел уйти из подготовленной на него засады и спасти от смерти нашу девочку. Так ли альвы тогда сильны?
— Они могли не справиться только в одном случае, — картина произошедшего сложилась в сознании главы клана, — если это не была их основная задача! Это была пара разведчиков и их задачей могла быть только разведка! Если бы целью было уничтожение, и не важно Чистого, или Рии, то в засаде сидела бы полноценная боевая группа, а не два альва.
— Значит, — поддержала его Укма, — они обнаружили свою цель и почему–то нарушили приказ, посчитав, что легко справятся.
— Всё верно! — Двером указал на стрелы, лежащие на столе, — начало атаки было простейшим и действенным. «Падающая звезда» и «пробойник». Против молодой Берегини и молодого же Защитника — самое то, особенно если они подставились и не заметили засаду.
— Вот только потом всё пошло не так, — задумчиво протянула Укма.
— Не всё! Почти шаблонно они вывели из боя Берегиню. Даже, несмотря на то, что первую атаку Чистый успел заметить и увернуться. А вот после того, как они отключили Берегиню, отсекли Защитника от её Рнна и превратили в простого неодарённого — вот тогда у них всё пошло не так.
Сильнейшая пара клана Корус задумчиво рассматривала предметы, разложенные на столе. Три стрелы, со следами крови, восемь стрел без следов крови, но изуродованных попаданиями в деревья и землю, обрывки окровавленных повязок, снятых с поврежденной руки Чистого, кусочки живого дерева из которого делают свои луки альвы, вырванный клок защитного артефактного снаряжения разведчиков альвов, с ещё не рассеявшимися техниками и обломок самого разведчика, уже полностью одеревенелая ступня, с огромным трудом извлечённая поисковой группой из техники, очень похожей на «пасть тьмы», которую они выдали на изучение Чистому.