Страница 58 из 63
- Я не знаю подробностей. - Высокомерный взгляд магната выражал нетерпеливое презрение. - Принимая посвящение, Джонни провел полуночный час в одиночестве, в церкви Святой Троицы. Не следует шутить над этим, Энджел, особенно над силами, которые тебе неподвластны.
- Ну хорошо, допустим, я поверил: Джонни Фаворит заключил сделку с дьяволом.
- Его Величество Сатана поднялся из бездны Ада. Наверное, это было величественное зрелище!
- Но продажа души - рискованная затея. Вечность - слишком большой срок.
Круземарк улыбнулся, и его улыбка походила скорее на злобную гримасу.
- Тщеславие, - бросил он. - Джонни грешил тщеславием. Он вздумал перехитрить самого Князя Тьмы.
- Каким образом?
- Ты должен понять: я не ученый, я лишь верующий. Я посещал ритуалы как свидетель, но не смог бы объяснить магическую суть посвящений или смысл недельной подготовки к ним.
- Ближе к делу.
Не успел он продолжить, как его прервал экспресс, направляющийся к центру. Я следил за ним, но он выдержал мой взгляд и, быстро прогоняя в уме свою историю, не выдал себя ни малейшим жестом, дожидаясь, пока мимо промчится последний вагон.
- С помощью Сатаны Джонни очень быстро стал знаменитым. По-настоящему знаменитым. За одну ночь он попал в заголовки газет, а через пару лет разбогател, как Крез. По-моему, успех вскружил ему голову. Он поверил, будто источник силы в нем самом, а не в Хозяине Тьмы. А вскоре Джонни и вовсе принялся хвастать, что нашел способ увильнуть от выполнения своего обязательства по сделке.
- И ему это удалось?
- Он попытался. У него была порядочная библиотека, и он отыскал некий полузабытый ритуал в рукописи какого-то алхимика времен Возрождения. Ритуал касался трансмутации душ. Джонни пришло в голову поменяться с кем-либо психическим кодом. То есть, стать изначально другой личностью.
- Продолжай.
- Что ж, ему понадобилась жертва. Некто его возраста, родившийся под тем же знаком. Джонни нашел молодого солдата, только что вернувшегося из Северной Африки, откуда тогда прибывали наши первые раненые. У парня было новехонькое демобилизационное медсвидетельство, и он праздновал канун Нового года. Джонни выбрал его из толпы на Таймс-сквер. Он опоил его в баре наркотиком, а затем отвез к себе. Там и состоялась церемония.
- Что за церемония?
- Ритуал трансмутации. Мэг ассистировала ему. Я был свидетелем. Джонни снимал номер в "Уолдорфе", там он всегда держал свободную комнату для исполнения обрядов. Горничные считали, что он занимается в ней вокалом.
Окна были завешаны темными велюровыми шторами. Солдата раздели, уложили спиной на резиновый мат и привязали. Джонни выжег пентакль у него на груди. По углам комнаты дымились на жаровнях ароматические воскурения, но запах горелой плоти был намного сильней...
Потом Мэг вынула из ножен кинжал, - девственный, ни разу еще не побывавший в деле. Джонни благословил его на иврите и на греческом, произнося незнакомые мне молитвы, - я не понял там ни слова. Закончив, он омыл лезвие в алтарном пламени и сделал глубокие надрезы поперек сосцов солдата. Окунув кинжал в кровь паренька, он начертил им круг на полу рядом с телом.
Затем снова прозвучали заклинания, которых я не понял. Хорошо помню запахи и пляшущие тени. Мэг пригоршнями бросала в огонь химикалии, и языки пламени становились то зелеными и синими, то фиолетовыми и розовыми. Это завораживало.
- Похоже на цирковое представление. Что случилось с солдатом?
- Джонни съел его сердце. Он вырезал его так быстро, что оно еще билось, когда он пожирал его. Это было концом ритуала. Может, он и в самом деле заполучил душу парня, хотя для меня он по-прежнему остался Джонни.
- Какой прок ему от убийства солдата?
- Он задумал при случае скрыться из виду и затем "всплыть" в качестве солдата. Он давно уже прятал в тайнике деньги. Предположительно, Великий Сатана не должен был почувствовать разницу. Но, к сожалению, ему не удалось замести следы. Его отправили за океан раньше, чем он успел это сделать, а существо, что вернулось домой вместо него, не помнило даже собственного имени, не говоря уже о заклятьях на иврите.
- И тут в игру вступила твоя дочь.
- Верно. Прошел год, и Мэг потребовала, что мы помогли ему. Я выложил деньги для подкупа доктора, и мы высадили Джонни на Таймс-сквер в канун Нового года. Мэг настояла на этом. Это было "начальной точкой", - последним местом, которое запомнил солдат, прежде чем Джонни опоил его.
- Что случилось с телом?
- Они расчленили его и скормили куски охотничьим собакам в моей деревенской псарне.
- Что еще ты помнишь?
- Пожалуй, больше ничего. Разве что шутки Джонни. Он высмеивал свою жертву, говорил, что бедняге здорово не повезло. Его послали, чтобы завоевать Оран, и кто же, в конце концов, подстрелил его? Долбаные французы! Это казалось Джонни очень забавным.
- Так это был Оран! - Схватив Круземарка за рубашку, я ударил его о лесенку. - Как звали солдата?
- Не знаю.
- Ведь ты был в той комнате!
- Я не знал об этом ничего до самого ритуала. Я лишь свидетельствовал.
- Ну так тебе сказала об этом дочь!
- Нет, не сказала. Она сама не знала. Это входило в магию ритуала. Только Джонни мог знать настоящее имя жертвы. Кто-то, кому он доверял, должен был хранить для него эту тайну. Он запечатал жетоны солдата в древнюю египетскую каноническую вазу и отдал ее Мэг.
- Как она выглядела?! - Я едва не придушил его. - Ты видел ее хоть раз?
- Много раз. Мэг держала ее у себя на столе. Она была из алебастра, белого алебастра, с трехглавой змеей на крышке.
Глава сорок шестая
Я торопился. Плотно прижимая 38-ой калибр к ребрам магната, я отомкнул браслеты и засунул их в карманы куртки.
- Не шевелись, - предупредил я, отступая к открытому проему и направляя револьвер ему в живот. - Даже не дыши. Круземарк потер кисть.
- А как насчет пленки? Ты обещал мне пленку!
- Извини. Я лгал насчет нее. Когда общаешься с типами вроде тебя, приобретаешь плохие манеры.
- Я должен получить эту пленку.
- Ага, знаю. Мечта шантажиста сбывается.
- Если тебе нужны деньги, Энджел...
- Можешь подтереть задницу своими вонючими деньгами.