Страница 36 из 63
Я нашел парковочное место у Церкви Христианского Учения на углу Шестьдесят третьей и Парк-авеню и пешком пересек авеню в восточном направлении. Навес над рестораном "Ла Вуазен" гордо нес на себе адрес Парк-авеню, но вход находился на Шестьдесят третьей улице. Войдя, я сдал в гардероб пальто и "дипломат"; судя по всему, это место идеально подходило для деловых встреч влиятельной клиентуры.
Старший официант приветствовал меня с учтивой вежливостью. Я назвал ему имя Луи Сифра, и он провел меня к его столу. Увидев нас, Сифр поднялся. На нем были серые фланелевые брюки, блейзер цвета морской волны и красно-зеленый шелковый шарф. Нагрудный карман украшал вышитый герб Теннисного клуба. На лацкане сияла золотая звездочка. Перевернутая.
- Рад видеть вас, Энджел, - произнес он, пожимая мне руку. Мы уселись и заказали напитки. Я выбрал бутылку импортного пива, чтобы сразиться с похмельем, а Сифр попросил "Кампари" и содовую. В ожидании заказа мы немного поболтай ли. Сифр рассказал мне о своих планах на Страстную Неделю, включавших поездки в Париж, Рим и Ватикан. Он искренне восторгался великолепием Пасхальной службы в соборе Святого Петра. В его планы входила и аудиенция у Папы. Я безразлично глядел на Сифра, представляя это благородное лицо увенчанным тюрбаном. "Эль Сифр, Повелитель Неведомого, встречается с Его Святейшеством, папой Римским".
После появления напитков мы заказали обед. Сифр разговаривал с официантом по-французски, и я не смог уловить суть разговора. Моего французского хватает лишь на то, чтобы с трудом прочесть меню, и я решил заказать "Tournedos Possini"30 и салат из эндивия.
Едва мы остались одни, Сифр сказал:
- А теперь, мистер Энджел, - полный отчет вплоть до последнего дня, если не возражаете. - Он улыбнулся и пригубил рубиново-красный напиток.
- Материала у меня много. Неделя была долгой, и она еще не кончилась. Доктор Фаулер мертв. Официальная версия - самоубийство, но я бы не поставил на это и цента.
- Что с того? Так или иначе он мертв.
- Случилось еще две смерти, имеющие отношение к этому делу. В обоих случаях - убийство.
- Отсюда следует, что вы не нашли Джонатана?
- Пока нет. Я многое узнал о нем, но хорошего здесь очень мало.
Сифр помешал соломинкой в высоком бокале.
- Вы полагаете, он все еще жив?
- Похоже на то. В понедельник вечером я отправился в Гарлем, чтобы расспросить одного джаз-пианиста по имени Эдисон Суит. Я видел его на старой фотографии вместе с Фаворитом, и это меня заинтересовало. Мне удалось разузнать, что Суит был членом секты вуду. Это серьезное дело: тамтамы, жертвенная кровь и прочее. Когда-то в сороковых тем же занимался и Джонни. Он спутался со жрицей вуду по имени Эванджелина Праудфут и вовсю ударился в мумбо-юмбо. Суит мне это рассказал, а на следующий день он был убит. Предполагалось обставить это как ритуальное убийство, но тот, кто это сделал, не слишком разбирался в веве.
- Веве? - поднял брови Сифр.
- Мистические символы вуду. Они были выведены кровью на стенах. Эксперт решил, что они фальшивы. Липа.
- Вы упомянули про второе убийство.
- Доберусь и до него: это было моей второй нитью. Я заинтересовался подружкой Фаворита из общества и навел кой-какие справки. Найти ее оказалось нелегко, хотя она все это время была у меня под носом. Она занималась астрологией, предсказательница по имени Маргарет Круземарк.
Сифр подался вперед, как заядлый сплетник, стремящийся не упустить ни слова.
- Дочь судостроителя?
- Единственная и неповторимая.
- Расскажите мне, что случилось.
- Что ж... Я не сомневаюсь, что именно она и ее отец забрали Фаворита из клиники в Покипси. Я отправился к ней и притворился клиентом, желающим приобрести гороскоп. Она меня обвела вокруг пальца, направила по ложному следу. А когда я наконец, прояснил это дело и вернулся к ней - посмотреть, нет ли там чего-нибудь интересного, - то...
- Вы вломились к ней?
- Я использовал "железку".
- Что?
- Отмычку.
- Понятно, - кивнул Сифр. - Пожалуйста, продолжайте.
- Так вот. Я проник к ней в квартиру, намереваясь все тщательно обыскать, но получилось иначе. Она была в гостиной, мертвая. Кто-то вырезал ей сердце. Оно мне потом там попалось.
- Как мерзко. - Сифр вытер губы салфеткой. - В сегодняшних газетах не упоминается ни о каком сердце.
- Ребята из Отдела по убийствам придерживают кой-какие детали, чтоб можно было определить, кто из психов, сознающихся по телефону, говорит правду.
- Вы вызвали полицию? В том, что я прочитал, о вас не пишут.
- Никто не знает, что я там был. Я сбежал. Возможно, конечно, это не самый разумный поступок, но полиция уже привязала меня к убийству Суита, поэтому мне не хотелось давать им лишние улики.
- Как именно вы связаны с убийством Суита? - нахмурился Сифр.
- Я дал ему свою визитку. Копы нашли ее у него дома. Сифр погрустнел.
- А как с этой женщиной, Круземарк? Вы тоже дали ей свою визитку?
- Нет. Здесь я чист. Я нашел свое имя у нее в настольном календаре, и еще свой гороскоп, который она начертила, но я все забрал с собой.
- А где они сейчас?
- В надежном месте. Не беспокойтесь.
- Почему бы не уничтожить их?
- Вначале я так и хотел сделать. Но гороскоп может дать какую-нибудь зацепку. Когда Маргарет Круземарк спросила дату моего рождения, я назвал ей день рождения Фаворита.
В эту минуту появился официант с нашим заказом. Изящным жестом волшебника, он открыл блюда, и тут же материализовался еще один официант с бутылкой бордо в руке. Сифр занялся положенным ритуалом: понюхав пробку, он сделал крошечный глоток "на пробу" и лишь затем кивнул, одобряя выбор. Нам наполнили бокалы, и официанты бесшумно удалились, словно карманные воришки, обшарившие толпу.
- "Шато Марго", сорок седьмого года, - произнес Сифр. - Год прекрасного урожая в Верхнем Медоке31. Я взял на себя смелость заказать нечто такое, что подходило бы и к вашему заказу, и к моему.
- Спасибо, - поблагодарил я. - Но я не слишком разбираюсь в винах.
- Вам оно понравится. - Он поднял свой бокал. - За ваш дальнейший успех. Полагаю, мое имя осталось неизвестным полиции?