Страница 6 из 9
Дипломат повел их к боковому выходу из здания. Прежде чем покинуть аэропорт, Переверзев оглянулся. Он надеялся увидеть своего консультанта, капитана Новикова – он же торговец разными напитками Айзек Борн. Но торговец куда-то исчез – его нигде не было видно.
Атташе Крайнов довел Переверзева до автобуса. Это оказался здоровенная двухэтажная машина известной фирмы. Переверзев раньше видел такие машины на улицах Москвы или Самары. Только у этого был увеличен просвет между корпусом и поверхностью дороги, и колеса были большего диаметра. А еще корпус был ободран в нескольких местах. Но кондиционер в автобусе действительно работал, внутри было прохладно. Крайнов первым делом познакомил майора с водителем. Это был высокий жилистый мужик лет сорока, русский; звали его Максим.
– Я смотрю, наши люди здесь на каждом шагу, – заметил на это словоохотливый Куликов.
Максим на это покачал головой:
– Ошибаешься, парень. Наших здесь очень мало.
Бойцы перегрузили ящики с оружием, боеприпасами, снаряжением с автобуса, принадлежащего аэродрому, на этот. После этого по приказу Переверзева они вскрыли ящик с автоматами, упаковку с дисками, и зарядили оружие. Наблюдая за их действиями, атташе удовлетворенно кивал головой.
– Видел я, как местные обращаются с оружием, – сказал он. – Вот, казалось бы, у них те же самые АКМ. Но в каком они состоянии – смотреть не хочется. А на вас гляжу, и сразу вижу – это спецназ.
Наконец все было готово к дальней дороге. Бойцы заняли свои места. Переверзев сел на переднее место, рядом с водителем. Атташе помахал им рукой и пожелал счастливого пути.
– А разве вы с нами не поедете? – спросил майор. – Так сказать, проводить от дверей до дверей?
– Я бы с удовольствием, – вздохнул Крайнов. – Честное слово, с радостью бы уехал из столицы туда, в поселок. Там свежий воздух, много наших… Но начальство не отпустило. Но вы не бойтесь, Максим отлично знает дорогу, он вас довезет.
Водитель завел мотор, и автобус тронулся в путь. Пока они ехали, Переверзев оглядел кабину водителя. И заметил торчащий из-под панели управления приклад. Посмотрел внимательней, и понял, что это приклад того самого АКМ, какими были вооружены и его бойцы.
– Что, приходится от крокодилов отстреливаться? – спросил майор у водителя, указав на оружие.
Тот рассмеялся.
– Крокодилов? Ну, иногда здесь можно и крокодилов увидеть. Особенно когда реки переезжаем – Салонго, Ломела, Локоло… Иногда слоны на дорогу выходят, шакалы часто бегают. Но ни в каких животных я здесь ни разу не стрелял. А вот в людей приходилось.
– Что, здесь бывают боевики? – спросил майор.
– Они самые.
– А чьи – исламисты, сепаратисты или из племени мароре? – уточнил Переверзев, демонстрируя свою осведомленность.
– А я знаю? – вопросом на вопрос ответил водитель. – Еду, смотрю – стоят человек шесть с автоматами, руками машут – стой, дескать. Ну, я тогда пассажирам кричу, чтобы на пол ложились, а сам одной рукой руль держу, а другой начинаю шмалять. И по газам! Ну, они в ответ тоже шмаляют. Но стреляют они плохо. Пока ни в меня, ни в кого из пассажиров, ни в бензобак ни разу не попали.
Максим замолчал, и Переверзев стал переваривать полученную информацию. «Да, однако, сурово у них здесь, – подумал он. – Хуже, чем в Афгане».
Водитель, видимо, старался объехать столицу стороной. Объездной дороги здесь, однако, не было, и им пришлось проехать через окраинные районы столицы. Солдаты, глядя в окна, только головами качали. Таких трущоб никто из них еще не видел, хотя некоторые успели побывать в «горячих точках». Кирпичные и блочные дома чередовались с убогими постройками, сложенными из банок, бутылок, чуть ли не из картонных коробок.
– Как же они умудряются строить огромную гидростанцию при такой бедности? – произнес Куликов, выражая общее недоумение. – Строят станцию, нанимают иностранных специалистов…
– Главным образом стройка идет на доходы, полученные от продажи природных богатств, – объяснил водитель. – Еще займы иностранные берут. Ну, и налоги у них тут довольно высокие. Правительство все время обещает их понизить, как только станция войдет в строй, и они смогут пустить завод по производству алюминия. Но народ не очень-то верит в эти обещания.
– Да, сложно тут у них… – философски заметил рядовой Юра Кантор.
Тем временем последние дома предместья остались позади. Некоторое время за окнами мелькали возделанные поля, затем начался лес. Но это не был привычный для Переверзева и его бойцов лес средней России с его деревьями, кустами и полянами. По сторонам дороги высилась сплошная зеленая масса, в которой трудно было вычленить взглядом отдельные растения. Плотная зеленая стена тянулась по обеим сторонам дороги, и не было в этой стене никаких просветов. Иногда на фоне зелени выделялось какое-нибудь особо мощное дерево, или куст с особо яркими листьями необычной окраски. Но солдаты не могли назвать ни одно из этих растений; все они были для них чужими.
Впрочем, особо разглядывать пейзаж было невозможно: как только они въехали в лес, дорога стала намного хуже. Таких разбитых трасс Переверзев у себя на родине не видел даже в глухих сельских районах.
– Ну и дорожка! – воскликнул Куликов. – Чем ее, интересно, так раздолбали: минами или снарядами?
– Может, ее долго бомбили? – высказал предположение Игорь Стеклов.
– Да нет, просто здесь так кладут полотно, – со вздохом объяснил водитель Максим. – Кладут, а все нужное при этом крадут. А еще ее никогда не ремонтируют. Я вот год здесь езжу, и ни разу не видел ремонта.
– И сколько же мы по такой «скоростной трассе» будем ехать? – спросил Переверзев. – Я думал, что мы к вечеру доберемся до станции…
– Какое там «к вечеру»! – водитель покачал головой. – Переночевать по дороге придется, это точно. И хорошо, если один раз переночуем. Видите, день сегодня ясный, и прогноз хороший. Значит, переночуем только раз. А если польет ливень, тут такое творится! Тогда машина вообще еле тащится. Тогда дня три приходится ехать.
– И где же мы будем ночевать? – спросил Переверзев.
– Скорее всего, в Лубаши, – ответил водитель. – Это городок такой, он лежит как раз на середине нашего маршрута. Там есть относительно приличная гостиница, я всегда в ней останавливаюсь, меня там знают.
Услышав такую новость, майор только покачал головой. Оказывается, нести охрану объекта – еще не самое трудное. До этого объекта еще надо добраться!
До городка Лубаши они ехали весь день. Не все время вокруг дороги стеной стоял лес. Иногда он расступался, показывались поля, потом крыши домишек – они проезжали деревню. Стаи ребятишек, размахивая руками и что-то крича, бежали за автобусом; женщины, стиравшие прямо на улице белье, провожали его глазами.
– Слушайте, у меня такое чувство, что я попал куда-то в 19-й век! – заявил Куликов. – Все как тогда! Как в кино показывают…
– Да, похоже, – согласился Переверзев. – Как будто последние 150 лет здесь ничего не менялось.
Впрочем, он тут же должен был признать, что он неправ, и какие-то изменения все-таки имеются: над крышами домов он заметил антенны, у обочины валялся старый ржавый холодильник, а с другой канаве – такой же старый телевизор. Кое-где возле домов стояли машины. Так что какие-то изменения все же коснулись африканской глубинки.
К вечеру они пересекли широкую мощную реку; Максим пояснил, что это Салонго. Крокодилов на берегах не было видно, но водитель заверил, что они здесь имеются в изобилии, так что в воду лучше не входить.
Стало темнеть, и Переверзев отметил, что водитель занервничал; он вынул автомат из-под панели, положил его рядом с собой на пол. А еще он стал внимательнее вглядываться в стену джунглей.
– Какие-то проблемы? Плохие предчувствия? – спросил его Переверзев.
– Не предчувствия, а накопленный опыт, – ответил Максим. – Здесь, в окрестностях Лубаши, иногда появляются отряды исламистов. Заходят сюда из Чада. За то время, что я езжу, такое случалось трижды. Так что пусть ваши ребята поднимут стекла в окнах – так им будет удобнее стрелять. А я выключу кондиционер.