Страница 30 из 63
Ситуация иная, Николай Иванович.
Не спорьте, адмирал отмахнулся от попытки начштаба возразить, ситуация нынче для России благоприятнее чем когда либо. Армия два года как победоносно завершила свою войну, наголову расколошматив япошек в Маньчжурии. Это мы, флот, подкачали, если уж быть до конца честными. Армейцы раздавили самураев, на десятилетие минимум обезопасив наши дальневосточные рубежи. Пока ещё подрастёт небитое непуганое поколение в Стране Восходящего Солнца. А флот Японии провёл компанию достойно, весьма достойно. Если бы не крайняя необходимость у Того переть на рожон в последние месяцы войны, получая известия о крахе сухопутных сил, рваться к Владивостоку через минные банки, через позиции затаившихся в засаде подводных лодок…
Так вот, вырвался из «плена минувшей войны» Небогатов, на сегодня российская армия самая подготовленная, самая повоевавшая. Государь поступил очень мудро, повысив в званиях молодых, отличившихся офицеров и оставив на военной службе лучших унтеров, проведя их как подпрапорщиков военного времени. И демонстративно направил служить понюхавших пороху бойцов в корпуса на западной границе. Ни у германцев, ни у австрияк такого подготовленного офицерского состава нет, суетятся теперь колбасники, адмирал коротко хохотнул и обращался исключительно к Непенину. Видимо с Семёновым такие беседы проходили постоянно и Николаю Ивановичу важна была реакция «свежего» собеседника.
От дел армейских к нашим, флотским. Пока нет эскадр дредноутов, самое время «истратить в дело» броненосцы, которые в одночасье из современных грозных кораблей превратились с появлением «Неустрашимого» в молодых полунемощных старичков. И тут либо 1908 год, либо 1909. Потому, Адриан Иванович и форсируем подготовку «Евстафия» и «Иоанна Златоуста», даже без противоминного калибра пустим их в дело. А касательно Колчака поутру получена свежая телеграмма, испытания «Семёна Дежнёва» переходом из Англии и ломанием ледяных полей в Белом море признаны успешными. Александр Васильевич, опираясь на дневники и работы Степана Осиповича, утверждает, что новый ледокол значительно превосходит по мощи и потенциалу «Ермак».
Удивительно, что джентльмены построили такой прекрасный корабль, Семёнов ловко поймал карандаш, нацелившийся покинуть стол, я, честно говоря, ожидал саботажа или скрытой диверсии в машинах или корпусе. Уверенное прохождение Северного морского пути в одну навигацию изрядно осложнит жизнь стратегам с Уайтхолла.
Пока мы союзники, а с учётом быстрого роста германских эскадр, союзники на долгие годы вперёд.
Простите, ваше высокопревосходительство.
Можно по имени отчеству, разговор хоть и касается службы, исключительно неформальный, товарищеский.
Хорошо, Николай Иванович, Непенин всё ещё волновался, как же, собеседник полный адмирал, победитель японцев, народный герой, но если британцы обеспокоены наращиванием военно — морской мощи Германии, они кровно заинтересованы в том, чтобы значительные силы русского флота оставались в Балтийском море. Тогда Тирпицу придётся дробить силы, оставляя пусть и меньшую, но весомую часть кораблей линии против Балтфлота России.
Не ошиблись, не ошиблись вы, Владимир Иванович, внезапно возликовал командующий Черноморским флотом, хорошего командира для «Кречета» подобрали! Нам стратеги во как нужны! Больше чем орудия главного калибра, больше чем ввод в строй «Евстафия» и «Иоанна…». А вы не скромничайте, Адриан Иванович, чай не красна девица, а боевой офицер, будущий адмирал. Вам в ближайшие годы водить эскадры, строить города и базы флота хоть на Севере, хоть на юге знойном. Ступайте на мостик, распорядитесь ворочать обратно в Севастополь. Да, обратите особое внимание как «Жуткий», «Жаркий» и «Завидный» воспримут сигналы с флагмана. Изрядный конфуз приключится, если потеряются в ночи. Командиры там молодые, неопытные, «на вырост» поставленные…
Глава 11
Июньская «Большая адмиральская говорильня» (так, юморно и, по сути верно окрестил писатель Семёнов «Большое совещание», созываемое генерал — адмиралом великим князем Александром Михайловичем) без командующего Черноморским флотом пройти никак не могла.
Поворчав, Небогатов приказал готовить свой поезд, куда и «загнал» помимо штабистов и охраны, большую группу инженеров с черноморских верфей. На Совещании речь пойдёт о «Большой кораблестроительной Программе», самое время умникам из Николаева и Севастополя пообщаться с балтийскими коллегами.
Тем более «черноморская» школа корабелов «имела, шо сказать за русские дредноуты»…
Когда благодаря настойчивости Николая Ивановича, обратившегося напрямую к императору, на «Евстафии» и «Иоанне Златоусте» в самый последний момент поменяли вооружение и вместо четырёх восьмидюймовок, четырнадцати трёхдюймовок и торпедных аппаратов разместили на «последних черноморских броненосцах» по дюжине 120—миллиметровых орудий, симпатий у питерских бюрократов к «выскочке» Небогатову явно не прибавилось. А поскольку инициатором установки на «Евстафии» и «Иоанне» четвёрки 203—мм орудий вместо 152—мм был сам Александр Михайлович на тот момент «скромный» контр — адмирал а ныне генерал — адмирал, и именно его начинание комфлота похерил, объяснив сие нежеланием путаться с разнокалиберьем на ударных кораблях эскадры, все ждали грозы. Однако ж великий князь резоны адмирала принял, лишь махнув рукой и заявив: «Там, на месте, виднее»…
И хотя лишившиеся восьмидюймовок броненосцы не «выпрыгнули» из воды, экономию веса «съело» усиление бронирования боевой рубки и противоминной артиллерии, черноморские корабелы необычайно оживились и завалили командующего десятками прожектов по усовершенствованию линейных кораблей на завершающем этапе постройки.
А так как уже в октябре — ноябре (с точной датой ещё не определились) Николаевское и Лазаревское адмиралтейства торжественно заложат «императриц», первую пару дредноутов Черноморского флота, то Небогатов и решил вывезти умников в столицу, для обмена опытом с балтийцами.
Расположившись в «адмиральском» вагоне Небогатов и Семёнов кликнули вестового и попросили чаю, да покрепче. В дороге предстояло изрядно поработать, доклад командующего Черноморским флотом флотское начальство заслушает с огромным удовольствием. Наверняка будет и государь. Адмиралы зашуршали документами. Да, Владимир Иванович получил орла на погоны в первых числах мая, что вызвало немало толков и пересудов ждали, что Семёнов станет адмиралом в декабре, но вот подзатянулось производство почти на полгода.
«Знающие люди» поговаривали такая «пауза», дело сугубо политическое, ведь писатель Семёнов по популярности как бы даже и не превзошёл классиков. Первые два тома трилогии «С Японской в Крымскую» где рассказывалось о том, как Вторая Тихоокеанская эскадра попала в полосу тумана в Северном море и перенеслась из 1904 года в 1854, в самый разгар Крымской войны постоянно допечатывались и разошлись почти миллионными тиражами в России. Нарасхват шли книги фантаста — мариниста также и в большинстве европейских стран и САСШ.
Небогатов загодя, едва прочитал журнальную версию о «переносе эскадр» просил Семёнова всё переделать, в связи с соображениями высокой политики. И тот не подвёл. Первоначальный вариант был существенно переработан и Вторая ТОЭ «провалилась» в 19 век не из Ван Фонга, а аккурат перед «Гулльским расстрелом». Соответственно и командовал «путешественниками во времени» не Небогатов а Рожественский. Зачем Николаю Ивановичу ещё и Лондон рушить? Вот Зиновий Петрович пускай повоюет. И Рожественский, прямо скажем, не подвёл. Как только стало понятно эскадра из четырёх «бородинцев», плюс транспорт «Анадырь», плавмастерская «Камчатка» и крейсера «Дмитрий Донской» и «Аврора» «провалились» на полвека, Рожественский из романа дал приказ возвращаться в Петербург. Когда император Николай Павлович узрил на рейде такую силищу, Божиим промыслом посланную России в тяжкую годину испытаний, то тут то всё и началось завертелось…
В романе Семёнова вскоре Лондон лежал в руинах, Париж трепетал, а Константинополь и Сардинское королевство сдались, уповая лишь на милость победителя…