Страница 103 из 162
– Три дня… – вдруг протянула она. – Так долго.
– Нам нужно больше золота, – блондин положил руку ей на плечо. Погладил. – За это задание мне хорошо заплатят. Ещё парочка подобных заказов – и мы сможем уехать.
– Куда? – выпучив голубые глазки, по-простому спросила девушка.
– Подальше отсюда, – улыбнулся ей Жак и поцеловал в губы. – Ну всё, мне пора.
– Жак! – окрикнула его сестра, ловя на пороге.
– Да? – обернулся он.
– Будь осторожен, – выпучив губки и опустив глаза, проронила девушка.
Жак улыбнулся, кивнул и исчез.
Он вернулся ровно через три дня, как и обещал.
Завидев выломанную дверь, он пулей влетел в дом, тут же закричав, не веря увиденному глазами.
– Нет, нет, нет, – кричал Жак, раздирая лицо ногтями, но увиденное не хотело уходить просто так. Он запомнил эту картину в мельчайших подробностях. Она и сейчас часто приходит к нему во снах, заставляя просыпаться в крике, со слезами на глазах, с перекошенным от ярости лицом.
Мира лежала на полу. Голубое платье, точно такое же, какие она так любила в далеком детстве, когда ещё был жив дедушка, рваными клочьями открывало взору изломанное, украшенное синяками тело. Правая рука, неестественно вывернутая, опухла и почернела. Пальцы левой ноги напоминали месиво, будто их дробили молотком. На животе клиновидные ожоги, будто от раскалённого ножа. Лицо ничем уже не выдавало в ней Миру. Эта чёрная застывшая маска могла принадлежать кому угодно, но золотые волосы… пусть где-то обрезанные, опалённые, промокшие от крови, но её, Миры, волосы. На шее чернел широкий след. Задушили. Мучили, пытали, и наконец задушили.
Озверевшие, безумные, налитые кровью глаза поднялись выше, прочитав надпись на стене: «Убирайся из Хисса, ублюдок». Надпись, написанную кровью Миры. Кровью его любимой сестры.
Он знал, что их здесь не любят. Что шепчутся за спинами и проклинают. Но чтобы вот так? Чтобы убить ни в чём неповинную девушку? За что? Что она им сделала? Неужто только за то, что она с другим цветом кожи? Только потому что чужая?
Жак прекратил кричать, выпустив из себя напоследок чудовищный истошный вопль.
Город молчал.
Спрятались убийцы? Сделали своё тёмное дело и по норам? Вот только не помогут вам эти норы. Ничто вам теперь не поможет! Ничто! Думали я просто так возьму и сбегу? Испугаюсь? Ну уж нет. Вы убили Миру, убили принцессу солнечного королевства, убили дочь солнца, и последний сын солнца отомстит за неё.
И тогда-то в нём и пробудилась та самая сила солнца. Сила, что именуют даром Шамаша. Сила жёлтой молнии. Пробудилось то, чему не успел обучить дед и не захотел обучать отец. Пробудилась, уничтожив всё вокруг. И всех.
Лишь через неделю один из проходящих мимо караванов застанет город выжженным дотла. Лишь через две недели до великого царя Сурафа дойдёт странная весь о вымершем городе. Лишь через месяц в город войдут войска царя с исследовательской группой магов. Но никто так и не узнает, что произошло. Об этом и по сей день никто не знает. Никто, кроме самого Жака.
Спустя несколько месяцев новообращённый сын солнца узнал о камнях души от золотого эльфа, когда шёл из Нансирии в Султанат. Тогда-то ему и взбрела в голову мысль стать хранителем и отомстить неизвестному колдуну за смерть своего народа. В том, что этот колдун всё ещё жив, Жак нисколько не сомневался.
Спустя два года он поступил на службу к королю Беотралу. Не случайно, нет. Он знал, что тот ищет себе на службу необычных телохранителей. И также он знал, что в Белоре прячут один из легендарных камней души. Откуда он это узнал? Скажем так, он не впустую потратил эти два года. Оставалось лишь найти, где именно спрятан камень и забрать его. Да, на это ушло много лет, больше, чем он рассчитывал, но у него получилось.
Жак быстро взобрался на острый осколок разрушенной башни, одно из немногих строений, которые ещё остались здесь, хотя бы в примерной целости, и огляделся.
Некогда прекраснейшая из столиц Эа, простоявшая на этой земле три тысячи лет, теперь Шайн была лишь грудой развалин. Ничего не осталось от былого величия солнечного королевства, кроме нескольких выживших родов, практически полностью вымерших за последние десятилетия. По сей день руины обходят стороной. На этих местах так никто и не поселился. Боятся. Боятся, что проклятие солнечного королевства коснётся и их.
Жак присел на край башни, свесил ноги вниз. Далеко на востоке, где всё поросло буйным зелёным лесом, возвышались Карминовые горы, прозванные так из-за красных деревьев, что украшают их склоны. Странное место. Страшное. Многие уходили в те места, на разведку, да никто ещё не возвращался. А что было за этими горами неизвестно было никому из ныне живущих. Никому?
– Махакам…
– Да? – мысленно ответил бог-кузнец.
– А что там, за Карминовыми горами? – решил спросить он.
– Леса, – ответил Махакам, будто пытаясь точно вспомнить. – Затем, кажется, джунгли. Пустыня какая-то вроде и великий океан.
– Великий океан?
– Как море, только в сотню раз больше, – пояснил бог.