Страница 85 из 111
Михаил рассказывал максимально подробно, сознавая, что почему-то это крайне важно для мага, а значит, автоматически, важно и для него.
— Хорошо. — Магрес удовлетворенно откинулся в кресле. — Очень хорошо.
— А что это за рисунок? — не удержался Проклятый.
— Это действительно ворота. К вопросу, куда они ведут, мы вернемся позже. Сейчас важно то, что ты их увидел, поэтому программа твоих тренировок слегка дополниться.
— Дополниться?
— Да. Тебе надо научиться ходить по этой дороге, от скал к лестнице. Во-первых, ты должен уметь вернуться с первого раза, а во-вторых, тратить на это не больше двадцати шагов.
Проклятого передернуло.
— Как этому можно научиться? — в растерянности пробормотал он.
— Многократными повторениями, но не сегодня, начинать лучше сразу после того как ты очнешься. Я не могу даже предположить, что случиться с тобой, если ты потеряешь сознание в этой местности.
— Понятно.
Проклятый помрачнел, и глотнул вина из бокала. Мысль о том, что придется вернуться к этим скалам пугала, но при этом он понимал, что никуда от этого не деться.
— После того, как ты научишься путешествовать по такой земле, а в твоем случае, я думаю, это произойдет быстро, мы поговорим о воротах. Они крайне важны, в том числе и для тебя.
— Почему, Вы думаете, — вновь перешел на Вы Проклятый, — что у меня это получится быстро?
— Исходя из личного опыта — улыбнулся чародей, — просто поверь мне в этом вопросе. Но учти, расслабляться нельзя. Скоро сюда прибудут твои старые и новые наставники, слуги и прочий люд, ты будешь тут жить и тренироваться. Запомни, сколько бы тут не было народа, никто, абсолютно никто, не сможет помочь тебе там. Заблудишься или запаникуешь — останешься там навсегда.
— Навсегда. — Проклятый посмаковал это слово, и оно ему явно не понравилось.
В его жизни уже произошло одно крайне неприятное происшествие, и он всерьез опасался, что это будет также навсегда.
— Постараюсь, чтобы этого не произошло. А жить я буду тут из-за этих ворот?
— Ворота, и специфическая местность…. У нас в Этании таких мест хватает, и думаю, что в вашем мире можно найти подобные аномалии.
— Про наш мир, я что-то сильно сомневаюсь — улыбнулся проклятый, но Магрес не поддержал его веселья, оставшись серьезным.
— Неужели у вас не найдется каких-либо легенд, о таинственных исчезновениях, плохих местах, природных аномалиях? — промолвил Маг
— Да, есть конечно, но я всегда считал это сказками. Слишком много там противоречивой информации, и нет никакой конкретики.
— Я уверен, что и магию, и уменьшение в размерах, ты тоже считал сказками — на этот раз Магрес усмехнулся, — а то, что информация противоречивая, это как раз нормально.
Он неожиданно перегнулся через стол, посмотрев на Михаила почти в упор:
— Просто ее нет, и наверняка не будет там у вас какой-либо конкретной информации.
Миша не ответил, он думал о своем. Откуда, например, взялась фраза: “заблудиться в трех соснах”? Она раньше казалась если не смешной, то забавной уж точно. Но вот сегодня, он сам, грубо говоря, заблудился вообще на ровном месте, и без сосен…. На смену этой мысли пришла другая, совершенно неожиданная: Магрес очень заинтересован в нем, а нет ли у великого чародея серьезных проблем? Мысль была неуместна и несвоевременна, но не всякую неожиданную мысль легко прогнать. У мага могут быть проблемы непонятные простым смертным. Со своими коллегами по цеху, а то и с кем-то покруче. Этакая борьба бульдогов под ковром. И если это так, то может он, Проклятый, принял не ту сторону? А подумав так, он чуть было не расхохотался… не ту сторону…, надо же, как будто маги и чародеи выстроились в ряд, наперебой предлагая ему выбрать их покровительство.
— Вспомнил что-то?
Вопрос колдуна вывел Михаила из его излишней задумчивости, но говорить о своих сомнениях он не собирался, и ляпнул первое, что пришло в голову:
— Да так, Бермудский треугольник, парусник “Мария Селеста”. У нас есть местами какие-то аномалии.
— Серые территории есть везде…, - Магрес подождал, пока служанка наполнит его бокал, и, отхлебнув, продолжил: — но выглядеть они могут по-разному.
Миша ничего не ответил. Словосочетание — серые территории — напомнило ему о чем-то, но он никак не мог вспомнить и понять, о чем именно речь.
— Итак, сегодня отдыхай, — произнес Маг, — скоро прибудут уже знакомые тебе инструктора, и я надеюсь, что теперь понимаешь, насколько важна твоя физическая выносливость?
— Да, понимаю это гораздо больше, чем раньше, — произнося это, Миша взглянул на свои ноги, которые до сих пор еще ныли от излишнего перенапряжения.
— Кроме уже знакомых тебе людей, будут еще несколько специалистов и слуги. Кстати, — он кивнул в сторону девушки, — это Мира. Она будет прислуживать лично тебе. Меня не будет здесь еще несколько твоих пробуждений, поэтому вот еще два заклинания для твоей жены, заучишь их с Вайлесом.
Проклятый молча слушал Мага.
— А каждое твое пробуждение, советую начинать с похода к скалам. А сегодня отдыхай. Мира покажет тебе твои покои, она понятливая и догадается обо всем, что тебе нужно.
— Это ее талант? — уточнил Миша, окидывая девушку оценивающим взглядом.
— Можно сказать и так.
Магрес поднялся, давая понять, что разговор окончен и направился к двери, ведущей с балкона во внутренние помещения. Вдруг он остановился и произнес:
— Да, чуть не забыл.
Волшебник вернулся, положил на стол, некий металлический предмет. Проклятому понадобилось всего несколько секунд, чтобы догадаться, что перед ним лежит ключ.
— Это от двери, ведущей сюда, — подтвердил догадку маг, — я хочу, чтобы на этот балкон, не мог выйти никто кроме тебя и Миры, но и ей не стоит это делать слишком часто. Понятно, что мой запрет нарушить никто не решится, но лучше всегда закрывай эту дверь. Тут ты теперь сам по себе, иначе ничего не получится.
— Да, буду закрываться — согласно кивнул Проклятый, поднимаясь.
— Можешь допить вино, — остановил его колдун, — посмотри на скалы, и подумай, как будешь тренироваться, так сказать, пропитайся этим местом.
Маг оставил его в обществе молчаливой Миры.
— Ну, садись — Миша жестом указал на освобожденное чародеем кресло.
Уходя, Магрес забрал с собой артефакт, помогающий им общаться, и поэтому Миша попытался обратиться к Мире на Этанийском. Девушка послушно уселась на край кресла, и внимательно посмотрела на него.
Как же давно он не мог вот так, незатейливо, посидеть с бокалом вина, рядом с симпатичной девчушкой. При этом никуда не нужно спешить и не смотреть на нее снизу-вверх, или там сверху — вниз. Когда он жил в Шаарне, то вначале ему было совсем не до посиделок. Физическая и рутинная работа, попытки как-то подучить язык, поиски себя в новом мире, отнимали то немногое время, которое Проклятый пребывал в Этании. Позже, когда он начал жить уже в роскоши, все показалось некой сказкой, сном, и Миша относился к происходящему как к очень правдоподобному сновидению, не более того. Затем начались тренировки, и стало совсем не до посиделок. Теперь же глядя на Миру, осторожно присевшую на краешек кресла, Проклятый понял — насколько ему не хватало такого в последние месяцы.
— Выпьешь со мной? — спросил он, протягивая пустой бокал.
Кажется, она испугалась. Михаил не мог быть уверен в этом на сто процентов, девушка хорошо владела лицом, можно сказать профессионально, но, тем не менее, у Проклятого создалось четкое впечатление, что в глубине ее глаз мелькнул страх. Пугать Миру он не собирался.
— Если тебя нельзя пить, — произнес он, медленно, тщательно строя предложение, — то я не настаиваю, тогда просто посиди тут.
Она кивнула с явным облегчением. “Возможно, просто это вино, слишком дорогое для обычных слуг” — подумалось Мише, а затем он просто выбросил это из головы, не желая портить наслаждение от отдыха.
Он пил вино, заботливо подливаемое Мирой, смотрел на горы, с изображенным на них странным рисунком, который, скорее всего и не рисунок на самом деле, и впервые по-настоящему задумался — а есть ли возможность остаться тут навсегда? В какой-то момент пришло чувство голода, и Миша попросил девушку принести поесть. Машинально сделал это на русском, но она по всей видимости его поняла, потому что, плавно вскочив с кресла куда-то умчалась, а затем, довольно быстро вернулась, с большим подносом в руках. Видимо перед уходом, Магрес оставил соответствующие указания, и работа в его резиденции закипела. А может, кто-то тут жил постоянно, и сейчас вялотекущая активность, лишь сменилось бурной деятельностью.