Страница 69 из 102
Команда А-234 в составе наших старых знакомых Бастера, Мэта, Тэкса, Сонни и Берди, а также связного агента-вьетнамца Дао была заброшена в джунгли Вьетнама неделю назад. Временно, до соединения с командиром Джином Грином командой руководил мастер-сержант Тэкс. Устроив базу в глубине непроходимого леса, А-234 под покровом темноты вышла в дельту. Дао направился, или, научно говоря, "инфильтрировался", в сторону Хайфона, а остальные, произведя минирование стратегически важной железной дороги Хайфон - Ханой - Лаогай - Куньминь, вернулись на базу. Здесь они должны были дожидаться своего командира или сообщения о его гибели. К концу недели все они были искусаны москитами и пиявками "кон-виа", которые не в пример своим европейским родственникам, прыгают с деревьев, обожжены кислотой, одурманены запахами джунглей, терроризированы ни на секунду не прекращавшимися звуками: клекотом, чавканьем, ревом, предсмертным визгом. Они уже почти не разговаривали друг с другом, а только обменивались мрачными взглядами, открывая консервы, разливая кофе, играя в карты и кости. Молчал даже Берди, хотя его мучили ужасные боли в животе. Он лежал в углу палатки на куче пальмовых листьев, морщился и, не отрываясь, смотрел в затылок Тэксу. Он даже не представлял, этот странный парень, что когда-нибудь его может посетить такая сильная ненависть, какую он сейчас испытывал к этому техасскому уголовнику. Однажды Тэкс передернул плечами, как будто взгляд Берди просверлил ему, наконец, спину, обернулся и истерически крикнул: - Закрой свои буркалы! В ту ночь, когда они возвращались в джунгли после минирования дороги и обходили стороной деревню, горсточку бамбуковых домов, стоящих на сваях, они заметили из-за кустов вьетнамскую девушку. Она не видела их и спокойно шла по тропинке с мотыгой на плече, но они в своих инфракрасных очках прекрасно видели ее детское личико и тонкую шею. Тэкс тогда что-то шепнул Бастеру, тот ухмыльнулся и шепнул: - Вперед, ребята! Командир задерживается. Метров через сто Бастер сказал: - Стоп, ребята! Подождем командира. Тэкс приближался к ним, легко неси на плече связанную девушку с кляпом во рту. - Зачем ему девчонка? - спросил Берди. Бастер хмыкнул, Сонни и Мэт промолчали. Да зачем нам эта девушка? - тревожно продолжал спрашивать Берди. - Что от нее можно узнать? - Стиллберд, молчать! - рявкнул Тэкс. На базе он вылакал полфляжки рому, передал оставшееся Бастеру, поднял девушку и вынес ее из палатки. - Куда он ее понес?! - крикнул Берди. Через некоторое время послышался отчаянный гортанный крик. Берди схватил автомат и ринулся к выходу, но Бастер навалился на него, сжал в стальных объятиях и забормотал, дыша в лицо ромом: - Спокойно, детка. Спокойно, птичка. На войне совсем другие законы, чем в "Армии спасения". Через некоторое время Тэкс позвал Бастера. Бастер разжал объятия, но Берди в этот момент харкнул ему прямо в лицо. Бастер страшно ударил его в живот, зверски рыча, схватил за горло, но вдруг разжал пальцы, махнул рукой, пробурчал: - Может, ты и прав, птица. Скорее всего прав. Но Тэкса ты не трогай. Он тоже прав. Вошел Тэкс с девушкой на руках. Исподлобья он осмотрел товарищей, бросил девушку в угол и сел к рации К вечеру у Берди началась резь в животе. Похоже было, что его подкосило какое-то тропическое желудочное заболевание. Все эти дни, несмотря на принятые мощные антибиотики, он терял силы от боли, тошноты. Он почти не мог двигаться и лежал в липком поту, с пересохшими губами, а рядом с ним, прикрытая одеялом, лежала несчастная девушка, а Тэкс, настоящий садист, все чаще выносил ее из палатки. Бастер мрачнел с каждым часом, Сонни был как туча, а Мэт начал нервно хихикать. Похоже было на то, что в палатке может каждую минуту вспыхнуть кровавая драма, когда вдруг прозвучал спокойный голос командира: - Бизон, Бизон, я Пума... - Слава богу, Джин жив, - прошептал Берди. - Ура! - завопил Сонни. Тэкс встал, нервно потянулся и сказал, ни к кому не обращаясь: - Пожалуй, надо от нее избавиться. А то этот "колледж-бой" развезет здесь интеллигентские сопли... Тогда Берди из последних сил, почти теряя сознание, сполз со своего ложа, поднял автомат и поставил его на боевой взвод. - Буду стрелять, - пробормотал он. - Как вам это нравится, ребята? - возмущенно проорал Тэкс, глядя в дуло автомата. - Сядь-ка на свое место, Тэкс! - крикнул Сонни. Мэт и Бастер молчали. Через полчаса из джунглей вышел Джин.
После того как Тэкс доложил Джину о действиях А-234, они вышли на связь с центром спецвойск в Ня-Транге. Из центра поступили поздравления, приказ пустить в действие мины и обещаний ровно через сутки прислать вертолет с авианосца "Кирсардж", который вот уже несколько дней барражировал по кромке нейтральных вод в Тонкинском заливе. Один за другим два радиоимпульса полетели из лесного логова, один - в хайфонский порт, другой - к полотну железной дороги. После этого Джин подсел к Берди, расстегнул его куртку, поднял майку. Впалый волосатый живот его друга был покрыт яркой крупной сыпью с гноящимися пузырьками. Лицо Берди уже приобрело синюшный оттенок, пульс еле прощупывался. - Наверное, я загнусь, Джин, - прошептал Берди. - Спокойно, дружище, - сказал Джин. - Мы еще с тобой поедем на джазовый фестиваль в Ньюпорт Послушаем Эллу и Сэчмо, похохочем... - И Дэйва Брубека, Джин? - улыбнулся Берди - И Брубека, конечно. Джин вынул маленький стерильный контейнер, надел резиновые перчатки, ввел Берди сильнодействующие сердечные средства и антибиотики. Берди заснул. - Есть что-нибудь выпить, ребята? - спросил Джин и вдруг заметил, что в углу палатки кто-то шевелится. Схватив пистолет, он прыгнул в угол, сорвал одеяло. На него с застывшим ужасом смотрели огромные полудетские глаза. Несколько секунд Джин, не шевелясь, разглядывал связанную девушку. Клочки разорванной одежды почти не прикрывали ее тело. Потом он повернулся к своим солдатам. Ярость горела во всем его теле ровным и беспощадным огнем. - Чьих рук дело? - медленно проговорил Джин. Бастер, Сонни и Мэт смотрели в землю. Один лишь Тэкс напряженно смотрел на него. - Чьих рук дело, подонки, грязные шакалы? Солдаты молчали. - Проклятые уголовники! - прорычал Джин. - Так-то вы проводите в жизнь политику "Американец - друг"? Так-то вы налаживаете дружбу с местным населением? Я передам вас всех военному суду! - Это моя подружка, Джин, - криво усмехнулся Тэкс. - Подумаешь, большое дело... - Встать! - рявкнул Джин. Тэкс вскочил и вытянулся. Видно было, что он умирает от страха. Не помня себя, Джин ударом в челюсть бросил его в угол, пнул несколько раз ногой, плюнул в лицо. - Вы ответите за оскорбление американского военнослужащего, лейтенант Грин! - завизжал Тэкс и закрыл лицо руками. Джин выбежал из палатки и остановился, сжав руки на горле. Через несколько секунд он поймал себя на том, что рычит как зверь. Мир, бессмысленный, жестокий, в миллионах светляков, гнусный, низменный мир лживо шумел листвой, лживо пиликал на идиотских скрипках, лживо смердел парфюмерными запахами. В двух или трех метрах началась какая-то бешеная возня, раздался предсмертный визг. Джин откинул полог палатки и в полосе света увидел двух гигантских бамбуковых крыс, которые рвали на части маленького, величиной с зайца, олененка. Джин выхватил пистолет и стал стрелять в эту бьющуюся похотливой голодной дрожью массу. Стрелял до последнего патрона в обойме. Утром пришел связной Дао. Он откинул полог и встал на пороге, оглядывая сидящих с чашками кофе американцев. - Хай, Дао! - сказал Бастер. - Это наш связной, Джин. Ну что ты стоишь в дверях, парень? Садись к столу. Как там наши игрушки? Сработали? - Твоя был Хайфон, делал взрыв? - спросил Дао Джина. - Да, - проговорил Джин, глядя в каменное бесстрастное лицо вьетнамца. - Твоя взорвал дамба. Вода разрушил тридцать домов. Перевернул двадцать сампан. Моя мать и брат умирать. - Не может быть! - воскликнул Джин. - При чем здесь дамба? - Моя тебя убивать, - спокойно сказал Дао и вдруг прыгнул, как кошка, в сторону, схватил автомат и направил на Джина. Мимо уха Джина просвистел "спринг-найф". Нож попал Дао прямо в грудь. Он упал на колени, потом на бок и, выпустив очередь в потолок палатки, умер. Джин оглянулся. Тэкс, бросивший нож, даже не расплескал кофе из чашки, которую держал в левой руке. Он отхлебнул, вытер рот рукавом, усмехнулся и сказал: - Политика "Американец - друг" в действии. Поздравляю вас, лейтенант Грин.