Страница 67 из 89
— Чувствую я, зато твой рассказ будет интересным и душераздирающим, — с сарказмом сказал Игорь. — Не можете вы без меня спокойне жить.
Он подумал, что Милорадович обидится, однако тот только вздохнул и пожаловался:
— Как ты уедешь, все начинает рушиться. Я уж удивляюсь, как это без тебя пятьдесят с лишним лет прожил.
Дверь открылась — с парящими судками ввалился старший Иваренков.
— Я так и думал, Его Величество тут находится. Ты… вы, есть будете здесь?
Он, как и Милорадович, не знал, как обращаться к Игорю — с одной стороны, мальчишка, с другой, Диктатор, первое, хотя и временное лицо в Ордене.
Игорь про себя ухмылялся, но никак не помогал. Пусть помучаются, а то заумничались совсем, особенно Милорадович.
— Давай здесь.
Сергей начал быстро раскладывать на стол посуду. Не мудрствуя лукаво, он принес стандартный полевой паек рыцаря. Вещь калорийная, но не очень вкусная. Особенно после обедов в Высоком и Сарматово.
— Ты особенно не старайся, — сказал Игорь, решив, что он пообедает в замке Магистров. Уж мать с голоду пропасть не даст. И не жареной подошвой накормит.
Ветеранов он не провел:
— Смотри, как заелся его превосходительство, — сказал, обращаясь Милорадович Иваренкову.
Они почти синхронно покрутили головами в жесте порицания.
Игорь подцепил ложкой кусок безвкусного мяса, пожевал неохотно.
— Умеет же наше интендантство продукты портить. Во-первых, не превосходительство, повыше, во-вторых, с каких это пор вассалы начинают указывать синьорам, в-третьих, Милорадович, рассказывай дальше.
Голос Игоря был настолько командным, что рыцари непроизвольно вытянулись по стойке смирно.
Игорь как ни в чем не бывало продолжал есть, перейдя сразу к десерту — смородиновому желе.
Ветераны переглянулись. У щенка начали прорастать зубы. Теперь главное не попасть под них самим — он начнет кусать всех подряд.
— Ситуация развивается таким образом, — начал Милорадович, помолчал, спросил: — разрешите сесть?
— Садитесь оба, — разрешил Игорь. — Будьте как дома, но не забывайте, что в гостях.
— Как я уже сказал, известий с Северной линии крепостей нет, — продолжил Милорадович, осторожно поглядывая на Игоря. Сильно же он изменился за несколько дней поездки. Видать, победа у Сарматово оказалась трудной. — А потом у столицы вдруг появилась нечисть — орки, кентавры во главе с ограми. Десятки ватаг, три-четыре тьмы. И, что самое паршивое, элефанты. Как они их протащили? Знаешь, у меня определенное чувство — нечисть изобрела нечто похожее на мгновенный переход. Очень похоже. Один пятый легион, с ними, конечно, не мог расправиться. Тем более без тебя.
Игорь осклабился. Мол, хвали меня, авось, что-нибудь перепадет.
— Ты зря так ласкаешь свое лицо, — серьезно сказал Милорадович. — Победоносный полководец, за которым не страшно идти, делает половину победы. Или ты это еще не понял?
— Ладно, — примирительно сказал Игорь, — рассказывай дальше. Пока ты не сказал мне ничего нового.
— А что еще? — Пожал плечами Милорадович. — Сидим в крепости и ждем. Если придешь первым ты, пойдем побеждать. Если до этого начнет штурм нечисть — умирать. Архиепископ Новодмитриевский чудит. Требует создать монашеский орден. А рыцарей соответственно к ногтю или на пенсию.
Милорадович явно относился к Архиепископу с юмором.
Иваренков был более пессимистичен.
— Совет Магистров заседает уже несколько дней. Если Архиепископ сумеет протащить одно из своих дурных решений типа заключить договор с нечистью, что будет с Орденом?
— Да, — со смешком подтвердил Милорадович, вытаращившему глаза Игорю. — Он как-то подсчитал, сколько гибнет людей в боях с нечистью и предложил за мир с ними отдавать втрое меньше.
— Кормить тварей людьми? — Игорю показалось, что он слишком устал в дороге и просто ослышался.
— Это только одно из его предложений, — подтвердил Иваренков, — вам надо поспешить на Совет Ваше Величество, — может быть, мозги при вашем виде у кое-кого прочистятся.
Игорь положил на стол пирожное с желе. И без того не было желания есть эту пищу. А теперь вообще исчезло.
— Пожалуй, я отправлюсь на Совет. Дайте мне лошадь легиона, Вергун слишком устал, пусть отдохнет. — Он отодвинул посуду. — Спасибо Сергей. Боюсь, мне снова придется привыкать к этой пище. Но сегодня я слишком сыт. У вас не ко мне больше никаких сообщений?
Ветераны переглянулись.
— Пожалуй, что нет, — в раздумье сказал Милорадович, — время от времени приходили из мэрии, — он скривил лицо, — но больше разузнать, чем сообщить.
Аристократу в котором-то поколении было неинтересно общаться с простолюдинами, хотя он и понимал, что надо.
Игорь прикинул и решил, что пока негоцианты ему не нужны, он увидится с мэром или с тем же Семеновым завтра.
Посмотрел в спину Сергею, уносящему остатки обеда и грязную посаду.
— Как вы думаете, господин Милорадович, поддержит ли меня Орден, если я захочу стать Гроссмейстером.
— Я не поддержу, — заявил Милорадович.
Игорь был неприятно поражен.
— Я буду наставить на этом.
Игорь выдохнул воздух сквозь сжатые губы.
— Напомните мне, сударь, что за мной черед приколоться над вами.
— Обязательно, — согласился Милорадович. — Я ждал такого заявления с вашей стороны. Давно пора. Итак, Гроссмейстером может стать а) мужчина, носящий в своих жилах кровь Кудрявцевых, б) женатый, в) рыцарь, г) по обычаю магистр или митрополит.
Первый пункт, смертельный для остальных, для вас в сущности не существует. Зато пункты б и в пока перекрывают железными решетками путь к престолу гроссмейстера. Я уж не говорю о четвертом пункте.
Игорь почесал затылок.
— Слушайте, Ваше Величество, а давайте устроим переворот и просто сделаем вас императором? — закинул удочку граф.
Игорь посмотрел на него долгим оценивающим взглядом.
— Да пошутил я, — сделал шаг назад Милорадович, — уж и сказать нельзя.
Игорь перевел взгляд на свои сапоги. Можно было бы попробовать жениться. Но Настя далеко, а о никакой другой Игорь теперь и думать не хотел. Вот когда она появиться в Новодмитриеве, тогда он своего не упустит. Проще всего стать рыцарем после женитьбы. Стаж военных действий у него перекрыт в несколько раз. М-да.
— Вы могли бы сделать проще, — заметил Милорадович, знаток обычаев и церемоний. — Заявить о НАМЕРЕНИИ стать Гроссмейстером.
Игорь с интересом посмотрел на него.
— Вы заявляете о намерении и все, — пояснил Милорадович, — стать Гроссмейстером вы не можете, но заявить никто вам не мешает сказать, что после выполнения таких-то процедур вы хотите стать тем-то. Если бы у вас были конкуренты, то заявляй вы не заявляй — бесполезно. Даже хуже — спровоцировали бы их. Но конкурента у вас нет. Если, конечно, ваш покойный отец не родил тайком еще одного сына.
Игорь лишь улыбнулся.
— Я бы не возражал против брата-конкурента, но ни бастардов, ни законных братьев нет.
— Тогда у вас есть возможность заявить о намерении. Но, — поднял Милорадович вверх палец, — и здесь есть одна закорючка, которая стоит на вашем пути.
Игорь начал злиться.
— Послушай, господин законник, я сегодня одолел большую дорогу, устал и если ты…
Игорь замолчал, прерванный окриком, больше похожим на выговор наставника.
— Вы Диктатор!
— Ах ты, орк подери!
Как он мог забыть об этом. Диктатор не мог занять ни одной должности в Ордене за исключением декоративных. И даже захотеть не мог. Это специально оговаривалось. Молодец, Милорадович, подсказал ему. Недруги на Совете обязательно бы ткнули ему, а так он посоветуется с Митрополитом Ладожским.
— Я обдумаю это, — сухо сказал он рыцарю, чтобы тот не возгордился своим знанием. — Еще что-нибудь?
— Нет, Ваше Величество.
Милорадович явно был уязвлен реакцией Игоря. Но тому было не до обид графа.
— Прошу прощения, мне надо в Совет. Жаль, не увижу центурии. Передай им мой пламенный привет. Скорее всего, смогу приехать завтра, тогда и поговорю со всеми. Завалишин пусть порядок наводит, шмон будет жуткий.