Страница 6 из 89
Он был не настолько бестолковым и наивным, чтобы просто так расстаться с жизнью в первой же битве. Пусть их много, а он один. Пусть убьют. Но перед этим он положит не одного. Заученным до автоматизма движением меч скользнул далеко вправо и орк, заходивший за спину и уже предвкушавший человечину, на полном ходу напоролся горлом на лезвие. Орк сам себе перерезал шею. Его голова шариком ударилась о землю и покатилась к дереву, а меч, смазанный орчьей кровью, заалел ярким огнем, привлекая, наконец, общее внимание. И люди и орки замерли, а затем отшатнулись от гибкого юноши с мечом Гроссмейстера. Страшного меча для орков, вкусившего не одну сотню орчьих душ. И надежного защитника для людей, спасших не одну сотню рыцарей, оруженосцев и простых поселян. В свете его и сам юноша превратился в могучего великана рыцаря, способного сразить в одиночку любую ватагу нечисти.
Орки сжались, столпившись у ели, готовые бежать, куда глаз глядят. А братья рыцари, наоборот, воодушевились, готовые атаковать хоть тьму тварей с таким предводителем. Им только дай команду.
Пока все вокруг находились в оцепенении, Игорь направил меч в горло очередного орка. По пути меч распорол грудь еще одному. Два тела с шумом рухнули на землю. Со стороны показалось, что юноша просто махнул мечом, и от его света умерли два орка.
Нечисть, очнувшись, бросилась врассыпную, а за нею с победными воплями понеслись братья.
Здоровякам оказалось не под силу угнаться в лесу за рассыпавшимися орками, и они вскоре вернулись, благоговейно глядя на Игоря. Догнать им удалось только по одному врагу. И пока они расправлялись с ними, остальные ушли.
— Потрогали хоть нечисть? — с улыбкой спросил он, немало развеселившийся неуклюжими бугаями.
— Ваша Милость, — рухнул на колени опомнившийся старший, а затем младший, — простите нас за те вольности, что мы позволили себе.
— Встаньте, я же оруженосец, а вы рыцари, — попросил Игорь, — не зачем передо мной на коленях ползать.
— Ваша Милость, — упрямо повторил старший, — вы еще не Гроссмейстер, но вы им станете, и вы спасете Орден от сумятиц и от нечисти. И мы, братья Иваренковы, будем вашими вечными слугами. Мы хотим быть вашими вассалами. — И совсем уж по детски добавил: — спасибо тебе, Господи, хоть единожды увидел волшебный меч Гроссмейстеров.
— Ну хорошо, — примирительно сказал Игорь, соглашаясь уже из-за того, чтобы прекратить эту дурацкую, как ему казалось, сцену, — я принимаю вашу помощь. О вассалитете потом. Для начала соберите-ка их головы и уходим отсюда, пока нас не сцапали.
По-другому режьте, — нетерпеливо скомандовал он, видя, как они неумело возятся. — И печень вырезайте. Да не так!
Кончилось все тем, что он сам управился с почти всеми орками, хотя впервые их резал. Отец и часто приходившие в гости ветераны рыцари так много рассказывали, что он легко справился.
— Каждый получит столько, сколько разделал, — в шутку сказал Игорь.
— Как изволит Его Милость, — поклонился старший Иваренков.
— Тьфу! — чертыхнулся Игорь. — Вот что, господа, — уже серьезно заговорил он, — я требую, чтобы вы не называли меня «Ваша Милость» и не оказывали мне гроссмейстерских почестей. Мало того, что это смутит рыцарей и оруженосцев в нашей центурии, так и еще будет основанием для обвинения в мятеже.
— Но…
— Никаких но, — отрезал Игорь, — вот тебя как зовут? — спросил он старшего.
— Сергей, Ваша Милость.
— Я тебе голову отрежу! — в бешенстве закричал Игорь, — зовите меня Игорь. Как тебя зовут?
— Сергей, Ваш…, Игорь!
— Уже лучше. А тебя? — спросил он младшего.
— Иван, — младший покраснел от того что с таким человеком он разговаривает запросто. И что из того, что он выглядит маленьким бельчонком. Вон как рубанул орков!
— Я приказываю вам, братья Иваренковы не упоминать о моем происхождении. Слава моего отца — не моя слава. Она еще находится на конце родового клинка. Поняли?
— Да, — ответили братья. Судя проглоченным окончаниям, они добавили про себя «Ваша Милость». Игорь опять чертыхнулся. Трудно быть юнцом рядом с начинающими оруженосцами и рыцарями. Каждый так и норовит иметь свое мнение. Хотя, — он украдкой усмехнулся, — вот парадокс, — что бы заставить их замолчать о его происхождении, надо воспользоваться этим происхождением. Иначе, кто будет слушать простого оруженосца — мальца? Проболтаются ведь, не удержатся.
— Встаньте на колено, — приказал он.
Братья не понимающе уперлись на него взглядами. Сергей хотел пошутить о голубой крови парня, но слова застряли в глотке. Игорь стал совсем другим — холодным, неприступным, словно увеличившимся в росте и силе. От него веяло такой мощью, что сразу становилось ясным, как он справился орками. Это был великий вождь и он требовал от них, простых дворян, подчинения.
Братья Иваренковы торопливо рухнули на колени, не обращая внимания — грязь ли под ними или удалось найти место посуше.
— На правое, — терпеливо пояснил Игорь. С какой глуши они появились, не знают рыцарских обрядов.
Он выхватил меч и поочередно приложил ровно горящее ярким огнем лезвие к левому плечу.
— Я, Игорь Кудрявцев, сын гроссмейстера Владимира IХ, возвожу вас в сан своих вассалов с тем, чтобы вы были моей свитой и выполняли мои приказы, если они не противоречат обычаям Ордена. Отныне мой хлеб — это ваш хлеб и покуда вы мои вассалы я буду оберегать вас, а вы верно служить мне. Аминь!
Игорь покосился. Не смеются ли они доморощенной клятве, придуманной им только что, ибо не было присяг, даваемых сыну гроссмейстера.
Нет, братья благоговейно слушали и торопливо пообещали во всем соблюдать данную клятву. А перед эти едва не рухнули в обмороке — младший Иван во всяком случае точно — увидев касающихся их знаменитый меч.
— Встаньте, — нетерпеливо потребовал Игорь. Пора было выметаться из леса, пока беглецы — орки не привели товарищей во главе с ограми.
Братья весело шли, постукивая головами в мешках — Игорь дал им нести добычу — не заставил, сами попросили — а их предводитель — грустный и сосредоточенный — шел и ломал голову, как ему во время схватки не вынимать из ножен меч. Как он радовался вчера отцовскому клинку, овеянному славой предков. И совсем не подумал, что он его сразу выдаст.
А как воевать без меча? И с мечом-то еле-еле отобьешься, а без него сразу каюк будет. Кроме меча у него есть только подаренный отцом кинжал — хорошая вещь для прогулки по городу, но против орчьей дубинки словно булавка. Сегодня же он попросит в казарме обычный меч — скажет, свой сломался. Он уцепился за рукоять — его меч не может сломаться! — Игорь вздохнул — в общем, попросит меч.
Мысли повернулись в другую сторону. Это меч его предков. Как он может с такой легкостью отказаться от него, он — наследник славной когорты гроссмейстеров Владимиров Кудрявцевых. Ну, не произвели его в Гроссмейстеры, что плакаться, жизнь еще длинная. Вот его пращуру — Владимиру I Основателю было труднее. И сдюжил. А он сразу расплакался и обозлился на магистров. Их тоже можно понять — ведь он еще мальчишка. Как ему Орденом возглавлять, если он даже Лизу окрутить не смог. Может, еще побывает в замке? Он представил перед собой девушку, расплылся в улыбке. Потом спохватился и огляделся — не увидели ли братья как их предводитель глупо лыбится? Нет, братья, говорили о прошедшей схватке. Так что же ему делать с мечом?
Завалишин выстроил центурию под холмом и, пока ждал разбросанные по окрестным лесам разведывательные дозоры, сбивал строй, готовя неопытных воинов к бою. Влип же он, получив центурию новобранцев.
Игоря с братьями он встретил хмуро. Знал, что центурия составлена из ошметков, набранных частично из добровольцев, частично из мобилизованного ополчения, но чтобы дело обстояло так плохо! Ветеранов было человек пять. Остальные строй покинули лет десять-двадцать назад и больше не держали оружия в руках. Были и не служившие молокосы как Игорь. Многие дворяне боялись своего оружия. Им не с орками воевать, а самих от орков охранять надо.