Страница 21 из 89
Игорь покраснел и быстрехонько убрал руки. Хорошо, в темноте не видно, какое у него красное лицо!
В небольшом коридоре горела лампа на аккумуляторе из орчьей травки, можно было, как приличным людям, раздеться и разуться. Игорь очень не хватало слуги, который помог бы снять плащ оруженосца и кольчужные сапоги, и он уже открыл рот, чтобы спросить слугу, но вовремя вспомнил о его отсутствии.
— У меня будет не менее пяти сыновей, — по-юношески максималистки решил он. — Женюсь на Насте, и пусть рожает, чтобы не было ни как у моего отца, ни у ее. А то дожили дворяне — прокормить не кому.
Служанки, видимо, спали. Во всяком случае, никаких признаков прислуги в доме не было видно. Настя сама открывала двери и по какому-то поводу шепотом разругалась.
— Сюда, — шепотом сказала она и открыла еще одну дверь.
Они вошли в небольшую ярко освещенную комнату, в которой на кровати лежал пожилой мужчина со сломанной ногой.
— Папа, — с ходу упрекнула Настя, — ты зачем вставал, хочешь, чтобы у тебя нога неправильно срослась и тебе ее снова ломали?
— Доченька, я…, - к удивлению Игоря начал оправдываться мужчина, но тут он увидел его и замолчал. Потом вопросительно посмотрел на них.
— Папа, — покраснела Настя, вспомнив события ночи, — позволь представить тебе моего спасителя. Я проводила хирурга, а на обратном пути меня схватили разбойники. Они собирались изнасиловать и, наверняка, убить. К счастью им это не удалось.
— Как! — вскрикнул мужчина. Он завозился на кровати, пытаясь подняться. Но резкие движения вызвали сильную боль — сломана была не только нога, — застонав, он притих. Через некоторое время послышался его тихий голос: — Надо, по крайне мере, сообщить страже, пусть их отловят и судят.
— Папа, — пришедшая ему на помощь Настя погладила поголове, — лежи смирно, что за ты такой торопыга! Все уже кончилось. Я здесь, целая и невредимая, а разбойники лежат во дворе одного из домов, изрубленные на котлеты. Сергей перебил всех четверых. Ты не смотри на его молодость, он настоящий рыцарь, хотя пока еще оруженосец. Видел бы, как он управляется мечом.
Она счастливо улыбнулась и со словами, — я сейчас, — куда-то упорхнула.
— Позвольте мне, господин оруженосец, отставному рыцарю Михаилу Зворинцеву, поблагодарить за оказанную помощь дочери. К сожалению, жизнь сложилась так, что у меня только дочь и не нашлось возможности послать с ней слугу. Тем приятнее, что рядом оказались выше. И, несмотря на свою молодость, встали на пути насильников.
Михаил говорил все медленнее и тише и под конец просто впился глазами в лицо Игоря. К счастью, он давно не видел наследника Гроссмейстера, а Игорь вовремя скорчил непотребную рожу. И он его не узнал, хотя, чувствовалось, заподозрил, и, как только встанет на ноги, обязательно начнет наводить справки. Столица не такая уж большая деревня, а дворяне сроднились настолько, что всегда можно спросить о любом из них.
— Папа, — появилась Настя, — ты ничего не ешь! Ты собираешься несколько месяцев валяться? На кухне ничего не тронуто.
— Да нет, — опять принялся оправдываться Михаил, — ты знаешь, Кларисса приболела, она легла, а Елене завтра рано вставать. Вот я их не беспокою. А так я проголодался.
— Хорошо, папа. Согреется гуляш, я вас покормлю, господа мужчины. А потом расправлю для вас постель, господин оруженосец. Папа, мы можем написать для него оправдательную записку командиру центурии?
— Я вполне доберусь до казармы сегодня, — начал отговариваться Игорь, больше всего боясь, что его слова примут за истину. Слава Богу, отец и дочь в два голоса запротестовали и он, счастливый и почти влюбленный, остался.
Настя покормила их вкуснейшим гуляшом, попутно развлекая разговором. Да так, что Игорь несколько раз едва не проболтался, кто он. Ему так хотелось сказать, что он не просто оруженосец, а центурион, победитель нечисти и, наконец, их синьор. И Настя должна перестать смотреть на него так насмешливо и небрежно, как ему казалось. Пришлось даже прикусить язык, чтобы замолчать.
А еще Игорь дал слово, что как только появится возможность, увеличит пенсию Зворинцевым. Такие люди не должны жить небогато.
Он болтал бы до утра, но у Михаила, уставшего и сытого, слипались глаза. Настя это заметила и решительно навела порядок, потребовав, чтобы отец спал, а Игорь отправлялся следом за ней — она отведет его к расправленной постели.
— Вот, господин оруженосец, здесь вы переночуете, — привела она его в крохотную комнату, почти половину которой занимала роскошная постель. — Надеюсь, рыцарские дочки не так часто расправляют вам постельное белье.
— Надейтесь, госпожа рыцарская дочка, — передразнил ее Игорь. Глядя на постель, он вдруг почувствовал, как устал. Почти весь день мучился похмельем, потом схватка с разбойниками, а ночь была уже глубокая.
Настя почувствовала его сонливость, поспешила из комнаты, пообещав, что зайдет минут через десять и заберет лампу.
Игорь уже погружался в сон, когда услышал легкие шаги. Пришла она. Он почувствовал легкий поцелуй в лоб, приподнялся, пытаясь обхватить ее, но Настя уже исчезла, унося лампу.
— Милая моя! — засыпая, сказал он, мечтая с утра увидеть ее.
Глава 8
— Ой, какой юный рыцарь! — вывел его из сонного забытья женский голос. Он открыл глаза, увидел полную пожилую женщину в традиционном передничке служанки. — Проснулись, барин? Давайте вставайте, военные начинают служить рано, а время уже половина шестого.
Он проспал часа четыре, но чувствовал себя так хорошо, будто проспал сутки. Служанка права, ему надо отправляться. Целые сутки не был в казарме, как там его центурия поживает? Господин оруженосец, вы много себе позволяете, не прослужив и недели.
— Как мне выйти во двор? — Спросил он Елену, так, кажется, говорили о рано встающей служанке, намереваясь добраться до Вергуна и отправиться в казарму. Жаль, конечно, не увидел Настю, но что поделаешь. Надеюсь, вечером хозяева разрешат ему зайти в этот дом.
— Вначале я накормлю вас завтраком, — проворчала Елена. — Как же мужчине плотно не поесть утром. Откуда тогда сил набраться. А ну марш в туалет, а потом в обеденную залу!
Когда Елена говорила, что плотно его накормит, она именно это имела в виду. Похоже, она всю ночь где-то тихо готовила, а утром выложила блюда на стол. Теперь понятно, кто приготовил вчерашний вкусный гуляш.
Голубцы, фаршированные яйца, пирожки, восхитительный торт, залитый не менее чем литром сладкого настоя из шиповника, привели его в прекрасное настроение.
Хозяева спали и Игорь попросил передать им спасибо за ночлег, чем подвинул служанку на получасовую благодарственную речь за спасение Насти. Она бы говорила еще дольше, но Игорь сослался на недостаток времени и поспешил во двор. Ох и говорливы старые!
Вергун услышав голос хозяина, по привычке начал буянить в конюшне. Но так не сильно, скорее показывая характер, чтобы не забывались окружающие. При свете утреннего солнца Игорь понял причину его добродушия. В соседней клетке стояла восхитительная белая кобыла. Уж куда Игорь не был жеребцом, но и он понял, что надо быть последней сволочью, чтобы не привести Вергуна этим вечером сюда снова.
Вергун призывно позвал, прощаясь, кобыла тихо ответила. Здесь было все в порядке.
Он быстро почистил (вчера было не до того) и запряг жеребца, за одно отругал за царапины на боку (явно притирался к стенке кобыльей клетки) и вывел во двор.
Пронеслось легкое дуновение и стало не то, чтобы светлее, но легче и веселее — во двор влетела Настя.
— Проспала, — совсем по-детски пожаловалась она, — ты…, вы придете к нам еще?
Игорь просиял.
— Если вы позволите, то я бы…
— Приходи, — не дослушала она его многоречивого ответа. — Спасибо за вчерашнее спасение, я ваша должница. Да и вообще приходите.
Она скомкала ответ, переходила то на вы, то на ты, чувствовалось, волнуется, что оруженосец уедет и больше не покажется в их скромном, если не сказать бедном доме.