Страница 19 из 19
И вот он держался за обшивку станции-мусорщицы, смотрел на единственную населенную человечеством планету и анализировал ее, как будто не анализировал её уже тысячу, миллион раз до этого.
С другой стороны, за сутки на Земле родились тысячи новых людей — и умерли тысячи людей не новых.
Земля. Почва. Состав атмосферы. Государства. Нации. Коннор прикрыл веки, позволяя гигабайтам данных одновременно всплывать у него в голове. Окна наслаивались на окна, на окна, на окна. Блокираторы все равно не позволят системе перегреться.
Глаза говорили ему: Земля была огромной. Строчки на веках уточняли: сейсмическую активность, химический состав атмосферы, новую постановку на Бродвее, новый сироп, появившийся в кафе по соседству с хэнковым домом.
Вслух Коннор тихо сказал: «Очень».
Потому что это было правдой.
Ему необязательно было улыбаться, но он улыбнулся. Отправил Хэнку короткое «Очень». Перехватил поручень снова и потянулся выше — каждый шаг в магнитных ботинках давался ему с трудом.
Как много людей видели, что он видел сейчас? Как много людей не увидят этого никогда?
Перед глазами всплыла строчка: отправитель «Хэнк Андерсон» — и проскочила красной полосой, поперек основного экрана, поверх синего поля, поверх всего, что его глаза фиксировали. Он смотрел на Землю, и Землю пересекали буквы, которые только он мог видеть. Сообщение состояло из односложного простого вопроса: «ты слышал про иерихон?»
***
На Земле, придерживая одной рукой кофе, а другой — телефон, бывший детектив и бывший мусорщик, бывший отец, бывший муж, бывший человек без зависимостей, Хэнк Андерсон пялился в экран своего старого смартфона. Ожидая ответа, он почесал нос и сделал из своей хипстерской металлической кружки ещё один глоток.