Страница 6 из 25
– А чего она здесь, в ржавом грунтованном корыте? – спросил он неожиданно для себя.
– Да так уж получилось. – Тимошук говорил уже серьезно. – Зависла она на высоте полтора метра над очистными, ну где вы газы меряли, и висела. Мы ее сюда ночью отбуксировали. А тут она почему-то на брюхо легла. Не сразу. А вас мы сразу задержали, поскольку думали, что вы ее видели. Уфологи значит. И пришли место исследовать. Я бы этих уфологов…. А тут мы соскоб, анализ, то есть с нее взяли. И вот, познакомьтесь, наш химик – Владимир Антонович Иванов, микробиолог Яна Григорьевна Петрова, Валерий Николаевич Сидоров – тут Тимошук обращался уже к Владимиру Антоновичу и Яне Григорьевне – гидробиолог, и биолог широкого профиля Сергей Юрьевич Павлов – Представил Тимошук Валерку и Серёгу.
Валерка хихикнул про себя: «Сидоров и Павлов» вместо Хлызова и Ростовцева. Впрочем, Серёге с новой фамилией повезло. «Иванов и Петрова» наверняка такая же конспирация. Конспираторы, твою мать.
– Так вот – продолжал Тимошук – Владимир Антонович и Яна Григорьевна утверждают, что анализ соскоба, взятого с этого объекта, соответствует клеткам медузы. Ну, что молчите, не перебиваете? Что скажите?
– А нельзя ли разобрать эту штуковину, – Валерка показал на «тазик» – чтобы посмотреть на объект поближе?
Если бы еще вчера ему, … скажем Серёга, нафантазировал, что он будет рассматривать объект, названный кем-то «летающей тарелкой», то он бы отнесся к такой фантазии как к фантазии. А сегодня без всякого, «ух ты!!!» он рассматривал этот объект. И хотя его называли «летающей тарелкой» воодушевления не было.
– Деловые. – Усмехнулся майору Абрамову, полковник Тимошук. – Ну, тогда попейте чаю.
Предложение попить чая, шуткой не оказалось.
В помещении, в которое они вышли из задней части ангара, напоминало широкий коридор. Там были стол, стулья, газовая плита с эмалированным чайником, и большой кулек из серой бумаги в которую обычно заворачивали в магазинах колбасу, но с прекрасным песочным печеньем.
– Допуск к объекту ограничен – сказал Тимошук, ставя чайник на плиту так, что сами все будем делать. Пока разберут ограждение, и закипит чайник, жуйте печенье.
– А если допуск ограничен, может нам помочь? – Спросил Серёга.
Валерка про себя хохотнул. Серёга, когда надо было что-нибудь делать руками, обычно даже не знал, где взяться.
Хохотнул, но уже вслух и Владимир Антонович (Володя).
– Тут же у нас секретность. Тех, кто разбирает – не видим мы. И они нас не знают.
Володя по виду, был их ровесником.
А вот Яна, выглядела как студентка или даже выпускница школы. В общем, «комсомолка спортсменка красавица». Роста она была не высокого на метр шестьдесят, и выглядела очень хрупкой. Из-под тонкой кофточки, выступали ключицы. Глаза у нее были темные, точнее Валерка разглядывать не стал. Волосы тоже были темные, стрижкой под мальчика и слегка вились. Валерка питал слабость к хрупким женщинам. Но Яна выглядела уж очень молодой. А двигалась она без всякого смущения и кокетства. «Свой парень», про себя определил ее Валерка.
– И вот еще что ребята я хочу у Вас спросить – Тимошук умудрялся пить чай из стакана, сёрбая. – Думаю тут вам посмотреть и хоть, что-то понять, чтобы нам передать отчет дальше, нужно будет пару дней…как минимум. Если еще какие спецы будут нужны, говорите. Вас Яна Григорьевна затребовала. Так что не стесняйтесь. Это работа.
Насчет летающей тарелки я почти пошутил, но висящая в воздухе такая огромная медуза, ЧП всесоюзного масштаба. Наше начальство получило указание обойтись местными силами, чтобы не возникла утечка. Москвичам верить нельзя. Они по международным симпозиумам таскаются. Но вот какие справки вам на работу дать, чтобы вас не спрашивали, где вы были? Мы можем из милиции, можем справки любой больницы. Официально к Вашему руководству тоже обращаться не хочется. Может, вы отпуск возьмёте? А потом мы найдем способ, как его вернуть.
– Тут нет проблемы и незачем пока ничего придумывать. – Валерка всполоснул стакан из-под чая и поставил его на полочку. – Пока в лаборатории все в порядке и за рыбами есть, кому посмотреть. Зарплаты у нас такие, что на этой работе держатся только энтузиасты. Так что если мы скажем что были… ну на садках и проверяли инфицированность рыбы, никто не будет звонить на садки, тем более, что и там за нами никто не следил бы. Но вот через полторы недели у нас общая поездка лаборатории в поле… ну у нас так река называется, до этого времени мы и должны вернуться, чтобы подготовить поездку. Но два три дня у нас точно есть, так что если это не будет дольше, придумывать не зачем, а там посмотрим. А сейчас достаточно, чтобы я позвонил и сказал, что нас некоторое время не будет.
– А если бы Вы решили прогулять? – Сёрбнув из стакана, спросил Тимошук.
– Мы на работе, ежедневно по десять одиннадцать часов вместо восьми, за которые зарплату получаем… и в выходные. Ну, живем мы практически в лаборатории. Это все знают. Кому же придет в голову, что мы прогуливаем?
Вошел Абрамов с каким-то свертком и сказал, что все готово. Но… нужно одеть спецодежду.
Спецодеждой, вынутой из свертка, оказались цельные комбинезоны с капюшонами, которые одели поверх одежды, плюс маски и береты, и удивительно удобные перчатки. Все было исключительно белое и плотное, и приятное на ощупь. Рукава комбинезонов, застегивались на молнию, а потом на большие зеркальные пуговицы, так чтобы полностью соединить рукава с перчатками. А на пуговицу можно смотреться как в зеркало.
«Знака качества не хватает». – Подумал Валерка – «В магазине такое, фиг купишь».
Войдя в ангар с «летающей тарелкой» Валерка, наконец, поймал ту эмоцию удивления и восторга, которая, почему-то, так запоздала. Перед ними был огромнейший экземпляр какого-то Сифонофора – это медуза-колония, но перевернутый наоборот и с ороговевшей сифосомой. Валерка глянул на Серёгу и понял, что тот в не меньшем восторге. Яна и Володя наблюдали за их реакцией.
«Видимо они ее такой, без «тазика» уже видели.
Ничто в сифонофоре не шевелилось, но запаха гниения, который мог быть, тоже не было.
– Так она висела? – Спросил Валерка.
– Висела. – Ответил Володя.
– Потрогать можно?
– Потрогайте – ответил Тимошук.
Валерка потрогал сифонофор. Он оставил ощущение абсолютной пластичной крепости. Никакой хлипкости в этом медузоидном образовании не было. Но КОРАЛ это тоже не напоминало, потому, как хрупкость тоже не ощущалась. Валерка взялся за край и слегка потянул вверх.
Сифонофор тяжело оторвался от пола. Но оторвался так, как будто его поднимали со всех сторон.
– Нужно его взвесить и вычислить объем.
– Уже – сказал Володя, и передал Валерке листок с цифрами.
Пока Валерка прикинул, чему может соответствовать удельная масса, Серёга потянул за какой-то «лепесток», сверху, но ближе к центру перевернутого Сифонофора, раздался щелчок и четыре лепестка поднялись вверх, чем-то напомнив двери открывающегося автомобиля.
Валерка вздрогнул и заметил, как все отступили на шаг назад. А Серёга наоборот потянулся вперед, чтобы разглядеть, что же открыли «лепестки».
– Ты на карусели давно катался?
Поскольку все молчали, и никто возмущения поведением Серёги не высказал, Валерка тоже потянулся вперед, и облокотившись на роговую поверхность, заглянул в открывшуюся нишу.
– Бионика – еле слышно, так, что мог услышать только Валерка, сказал Серёга.
– Красота – сказал Валерка громко.
Действительно под «лепестками» располагались углубления, куда вполне мог сесть или даже прилечь человек.
«лепесток» если смотреть на него снизу, имел замутненную матовыми разводами прозрачность.
– Клетки медузы. – Сказал Валерка, как будто размышляя, но на самом деле его слова были обращены к Серёге. Это был ответ на его замечание. Искусственный объект не мог иметь клеток.