Страница 41 из 116
Но все плюсы такого решения перечеркивал один фактор — усталость. Шеддерик, как ни прискорбно это признавать, безумно устал. А значит, сам был способен на любые ошибки.
Тем временем Гун-хе вытряс на стол из сумки целую гору конвертов и небольших полосок писчей бумаги.
— Доносы, — с мягким южным акцентом пояснил он. — Есть интересные. Могу рассказать!
— Конечно. Но сначала расскажи все, что я пропустил. Как обстоят дела. О чем сплетничают благородные чеоры. Какова общая обстановка.
— Светлый лорд Кинрик в целом справился, — снова заулыбался южанин. — Но раз уж вы просите подробностей… Начну с того, что сразу после вашего отъезда, на Кинрика было совершено покушение, но он легко разобрался сам. Напал один из слуг, нанятых к окончанию ремонта в новом крыле. Допрос показал, что покушение организовала одна из бывших фавориток прежнего наместника. Заплатила золотом, обещала, что поможет исполнителю скрыться. Уже арестована, суд состоялся на прошлой неделе. Не суд наместника, так что честь рода не затронута, если это вас волнует.
Шеддерик поморщился — честь рода его трогала в последнюю очередь.
То, что брат жив, здоров и деятелен, он узнал, как только отправился в город, и сейчас его больше интересовала общая ситуация.
После того, как Шеддерик основательно прижал некоторых особенно охочих до власти светлых лордов, волнения среди ифленского населения поутихли, да и в Нижнем городе стало спокойней. Раскрытый заговор, казнь преступников, публичная, на лобной площади верхнего города, должна была дать понять всем потенциальным заговорщикам, что шутки кончились, и тайная управа церемониться не станет. Однако ж, все-таки нашлись люди, которые не сочли это серьезным намеком.
— Кто-то начал распускать слухи, что, дескать, наследница мальканской династии выжила, и наместник Кинрик нанял людей, чтобы ее убить. Моим людям в городе удалось перекрыть источник в самом начале, повезло. Но кое-что все-таки утекло.
— Да, — проворчал Янне. — Пару недель назад у нас тут тоже вспоминали имя рэты. Но это вздор был — вроде, кому-то явился ее Покровитель и требовал мести. Вздор! Я так и сказал. Этот человек, кстати, считал, что чеора Шеддерика тоже убили по приказу наместника. Чтобы, значит, устранить претендента на… он сказал, на «луч ифленской звезды».
В этом месте палец Темери, бездумно двигавшийся по столу, замер. Она чему-то улыбнулась и стала прислушиваться к разговору внимательней.
— Интересно. Янне, а ты его раньше видел, того человека?
— Ни до, ни после. Но могу описать, если надо. У меня память хорошая, да и у Тильвы тоже.
— Как все успокоится, я пришлю художника, — покивал Гун-хе. — художник с твоих слов нарисует человека, а сиан попробует найти. Так вот, слухи… слухи в городе появляются регулярно и самые разные. По отдельности они вроде безобидны, но, когда их много, люди начинают волноваться и злиться. Источники отследить практически невозможно. Но Кинрик почти уверен, что воду мутит светлый лорд Эммегил. Он слишком хитер, чтобы его поймать за руку, к тому же в последние недели не живет в цитадели. К нему мы снова приставили толкового наблюдателя, но по докладам, лорд не покидает имения. Хотя гости у него бывают часто. И это всегда разные благородные чеоры, их слуги и солдаты. Кинрик, когда вы не вернулись в срок, отправил на поиски несколько отрядов солдат. Я знаю, что некоторые дворяне сделали так же: ваш брат поступил опрометчиво, пообещав вознаграждение за любые новости о вас лично. Но ему хватило благоразумия не упоминать при этом рэту, так что о том, что вы должны были приехать вместе, знали очень немногие.
— Те, кто пытались нас убить — знали. И… Гун-хе. Я был неосторожен в городе, меня видели. Так что сейчас муравейник зашевелится.
— Тогда вам… и рэте, возможно, стоит побыстрей перебраться в крепость?
— Да, вероятно. Чтобы решить, мне нужны все новости.
Южанин кивнул.
— Буквально пару дней назад в порту словно волна прошла — моряки нарочно задирали патрули, случились драки. Несколько человек погибло. Гвардейцы устроили облаву, в поисках зачинщиков, но тех кто-то предупредил. Сейчас все ждут ответной реакции, солдаты остались в казармах.
— Да, люди очень недовольны. Уважаемый Гун-хе прав, — развел руками дядя Янне, — Город снова бурлит. Слухов много, и они все недобрые. Что налоги поднимут. Что с Ифлена, как только море успокоится, придет флот с отрядами карателей, которые, вроде, должны напугать горожан и держать дальше в страхе. Что сианы наместника насылают болезни на Нижний город, чтобы окончательно выгнать малькан в деревни. Что Коанеррет готов объявить нам войну и ввести войска. Много слухов. Про рэту вот, тоже. Но. — Он даже выпрямил спину, — Не все верят.
— А те, кто верит, что говорят?
— Говорят то, что и обычно. Что пора давить ифленскую гниду… простите, благородный чеор. Что как начнется навигация, давить будет поздно, потому что чеоры попросят помощи у Империи. Что война с Коанерретом честным горожанам на руку — вроде как, ифленцам на два фронта воевать несподручно. Говорят, что кабы кто-то из семьи рэтаха выжил, так народ быстро бы собрался под его знамена…
— Я догадалась, — оборвала его вдруг Темершана. — Заговорщики собирались предъявить горожанам меня, мертвую. И как-то доказать, что виновен в этом или наместник… или чеор та Хенвил. Это спровоцировало бы бунт?
— Да, конечно, — кивнул Гун-хе. — тут даже трупа не нужно — достаточно правдоподобных доказательств. Да для толпы, бывает, довольно просто удачно брошенного лозунга. Особенно, если толпой грамотно управлять.
Шедде в упор посмотрел на помощника. Потом переспросил, уже зная, каким будет ответ:
— А есть, кому управлять?
Гун-хе кивнул, и в зале повисло тяжелое молчание.
— Про возвращение рэты Итвены, надеюсь, заговорщики не знают. Пока. — Словно нехотя сказал Шеддерик. — Но, Темершана, вас будут искать. Так что наша главная задача — вас спрятать. И подготовить торжественное возвращение. Уже официально, как невесты Кинрика…
— Нет, — у Темери даже глаза блеснули. — Не так! Нам, то есть, вам, нужны союзники в городе. Если поступить, как вы говорите, то все решат, что меня взяли в заложники и вынудили стать невестой вашего брата, чтобы мальканы вели себя посдержанней.
— Ну, во многом, так и есть, — невесело улыбнулся Шеддерик.
— Это было правдой. Было! Может, еще и будет. Но если направо и налево рассказывать именно эту версию, предотвратить восстание мы не сможем.
Шеддерик открыл было рот, чтобы возразить, но мальканка тряхнула кудрями, и чуть подавшись вперед заявила:
— Надо говорить с людьми. Лично. Надо развеять слухи. И говорить должны мы. Вы, потому что… да хотя бы, потому что среди малькан есть те, кто может за вас поручиться, ведь так, шкипер Янур? И я. Потому что, — голос ее зазвучал куда менее уверенно, — вы сами говорили. Меня помнят. И может быть, мое слово будет иметь значение. И еще, ведь это про меня, как сказал уважаемый Гун-хе, здесь распускают разные… слухи.
Шеддерик наблюдал за ней с все возрастающим весельем: мальканке вновь удалось его удивить. Значит, ей претит наблюдать за происходящим со стороны. Она не желает прятаться.
— Это опасно! — всплеснул руками Янне, — это смертельно опасно, вы же знаете, вас хотят убить. А как только хоть кто-то где-то обмолвится, что вы в городе…
— В этом есть смысл, — возразил Шеддерик. — Просто надо подумать, как лучше обставить встречу. С кем и где. И кого пригласить…
— Я думаю, нам стоит встретиться не только с мальканами. Нам нужна поддержка и тех ифленцев, что сейчас в стороне от событий. Такие наверняка есть.
— Я поговорю с ними сам.
Надолго повисла пауза, и дорого бы Шедде дал, чтобы узнать, что в это время творится в головах его собеседников.
Янне переводил взгляд с него на Темершану и обратно. Потом покачал головой:
— Собрать всех заинтересованных в одном месте… нет, на это люди не пойдут. Будут думать, что провокация.