Страница 9 из 36
-Там несколько десятков русских заключенных. Военной тюрьмы нет поблизости, вот их сюда и поместили временно.
В этом месте я напрягся, но профессионально скрыл это.
-Они еще живы? -говорю. -Зэки не любят "зеленых", почти так же, как и "красных".
-Кто его знает. Информации никакой. На переговоры не идут. Стукачей всех давно вычислили и с крыши скинули. Да и кто будет нынче стучать?
Я согласился, что в данной ситуации, пожалуй, на самом деле стучать никто не будет. От крыши до земли метров 20-это именно тот раздел, после которого стукачи сделались честными заключенными.
Оперативный штаб.
Бывшее аббатство окружили со всех сторон. Были грамотно организованы пулеметные гнезда. Повсюду сновали "вагнеры" на гибких траках. В воздухе барражировали вертолеты. На моей памяти это был первый подобный бунт в тюрьме. Походу его решили показательно подавить, сиречь расстрелять всех к чертовой бабушке, а место дезинфицировать напалмом и сказать, что так и було. Для констатации торжества гуманизма имелись приглашенные гости с ЭР-ТИ. Журналисты сидели с обреченными рожами в окружении часовых, ожидая дозволения снять дозволенное.
От кордона ВДВ меня сопровождал молодой лейтенант.
-Самая спокойная тюрьма была, -рассказывал он. -Я в Кале второй год в комендатуре. А 2 дня назад-бунт. Как с цепи все сорвались.
Сказанное мне не понравилось, именно 2 дня назад меня вызвал к себе генерал Мельник и дал ознакомиться с секретным донесением западно-французского сектора.
В донесении сообщалось о некоем Н.П. Кашлине, сержанте Русгвардии из охраны Евротоннеля. Парень 5 лет служил в караульном батальоне близ Кале и соответственно много чего видел.
Сведения об увлечении командования части европейской культурой в форме наркотиков и свального греха МГБ не заинтересовали и были переданы в военную прокуратуру. Но тут на свет вылез иной грех.
Сержант Кашлин сообщал о странных сигналах, слышанным сослуживцами и им лично в Евротоннеле. Кашлин предположил, что некто подплывал к постам и пытался передать информацию посредством азбуки Морзе. Удары наносились по рельсам.
Кашлин специалистом подобного рода сигналов не был и расшифровать их не смог. У сержанта имелся знакомый радист, но записи, сделанные Кашлиным, оказались отвратительного качества, и он смог расшифровать их лишь частично. Неизвестный абонент просил о помощи.
Тогда решили поступить следующим образом. Радист научил Кашлина, как передать номер сотового телефона. Кашлин так и сделал.
После этого история приобретает весьма туманные очертания. То ли сержанту позвонили, после чего у него то ли крыша поехала, то ли он начал действовать по наводке вражьих сил с той стороны Залива.
То ли командование почуяло жаренное, и Кашлин был сослан сначала на гауптвахту, затем на психиатрическое освидетельствование и в тюрьму. Но к этому времени сигнал успел дойти до МГБ, где им заинтересовались.
-Что за сигналы, шеф? -спросил я.
-Вроде как "сос", но подробностей нет. Поедешь в Кале, получишь сержанта Кашлина под расписку и доставишь сюда.
Так я получил задание.
У меня возникло дурацкое сомнение, а не получил ли кто одновременно задание, противоположное моему. Уж очень кстати подвернулся бунт.
Начштаба генерал-майор Дышбайло.
Начальник оперативного штаба Дышбайло выглядел так, словно вот-вот умрет. Не будучи негром, он был абсолютно темен лицом. Создавалось стойкое убеждение, что голова его чересчур переполнена венозной кровью, и давление в ней намного превышает все допустимые нормы. Длинное лицо, по-лошадиному вытянутое вниз, украшал мощный чисто по-мужски шнабак. Такому совсем необязательно орать на подчиненных, достаточно было приблизить колоритное лицо и совместиться взглядами.
Я нашел его в штабной палатке, куда меня довел лейтенант. Обширная палатка была разделена на секции-служебную, караульную и жилую. В караульной у меня проверили документы, доложили, и я был допущен до аудиенции.
В служебной части на столе была расстелена изломанная карта изрядных размеров, вкруг которой расставились аксакалы в чине подполковников и выше.
Меня в силу моего микроскопического значения никто не заметил, пока адъютант не шепнул на ухо генералу. Тот медленно поднял на меня свой фирменный тяжелый взгляд, так что я по колено провалился в грунт.
-Что нужно метрополии? -невнятно буркнул генерал.
-Метрополию интересует заключенный Кашлин! -браво доложил я.
-Кто это?
-Фигурант служебного расследования МГБ. Большего сказать не могу, связан должностными инструкциями.
Генерал ничего не сказал. Более того, я понял, что он сейчас вернется к карте и забудет про меня навсегда.
-Прошу оказать содействие и помочь мне проникнуть на территорию тюрьмы, а когда я найду Кашлина-помочь мне с эвакуацией! -выпалил я.
-Всего то! -воскликнул один из полканов.
Если до этого было скучно, то теперь стало весело.
-Майор желает в одиночку одолеть бунтовщиков!
-Пора разбирать кордон!
-Десантников на базу!