Страница 84 из 91
Пока он предавался своим воспоминаниям о местных гульфиках, ведьмы достаточно враждебно смотрели на него - за исключением, пожалуй, Гальды.
- Могу предложить вам альтернативу,- любезно прожурчал опомнившийся Сергей,- э-э...
И тут его осенило.
- Послушайте, уважаемые. Ведь виноваты не все, а только те, кто чувствовал к вам злобу. Нельзя ли так составить заклинание... гм... чтобы именно эта злость и стала их наказанием?
Ведьмы смотрели недоуменно, непонимающе.
- Как бы вам объяснить... Ведь если наложить на них заклинание, которое запретит им проявлять свою злобу...
- То вся она останется при них,- продолжил его мысль Герослав,- и будет сжигать их изнутри, и особенно горько им будет оттого, что злоба у них есть, а вот излить ее никак не удается...
- Заткнутый фонтан,- пробормотал Сергей.- Мечта Козьмы Пруткова.
Маэда очень-очень медленно воздела вверх указательный палец и тяжело проскрипела:
- Мысль твоя, юный герцог... достойна того, чтобы ее обдумать.
- Вот и обдумайте,- бодренько посоветовал им Сергей.- А засим есть ли предложения, как избежать нападения й-хондриков, милые дамы?
- Мы посоветовались и решили, милорд,- кротко сказала Гальда после короткой паузы,- что й-хонд-рики и амулеты Дригар могут быть не единственными бедами, которые в состоянии обрушить на нас палагойцы. Как вы знаете, они пришли к нам из очень древних времен... простите, милорд, это не обвинение. Серега, некогда вместе с леди Клотильдой освободивший орден Палагойцев от Проклятия замка Че-хура - и таким образом обеспечивший их возвращение в этот мир,- промолчал. Увы, дорога в ад вечно вымощена благими намерениями. Не воспылай в свое время Клотильда состраданием к куче рыцарей, страдающих от адских мук в загадочном безвременье, созданном силой заклятия в районе замка Чехура, была бы сейчас в Нибелунгии тишь да гладь...
Хотя кто его знает, какие беды обрушились бы на Империю Нибелунгов взамен этого. Вполне возможно, что, не появись здесь орден Палагойцев, случилось бы что-нибудь совершенно иное. Скажем, феодалы взбунтовались или появился бы кто-то, возжелавший сесть на престол вместо законного малолетнего императора и с этой целью устроивший в стране сплошные казни египетские и избиения младенцев... Гальда сказала печальным тоном: - Они наверняка хранят много заклинаний, которые в прежние времена были абсолютно бесполезны, потому что против каждого имелось противоядие. Мы, ныне живущие, с течением времени забыли и те заклинания, и противодействующие им, поскольку ни те, ни другие не использовались. А они могут помнить.
- Короче,- медленно сказал Сергей,- вы предлагаете атаковать не й-хондриков, а их причину - палагойцев.
- Да, милорд.
- А как именно? Или у вас нет конкретных предложений?
- Почему же, милорд?! - нахально сказала Дерхелла и заняла позу, при которой все ее округлости вдруг разом выпятились.- Мы считаем, что вы просто должны восстановить Заклятие замка Чехура. Рука Воина это может - и это было бы лучшим решением...
Сергей задумался. Произнести всего несколько слов и разом восстановить былой статус-кво. И никаких тебе палагойцев, никаких возможных неприятностей от них...
Вот только злодеи, злоумышлявшие против нынешнего существования Нибелунгии, были людьми. Напуганными, действующими подло и вероломно, но людьми по крови и плоти. Он с неприятными ощущениями в животе припомнил зрелище пыток, которым подвергались палагойцы в замке Чехура, пока Заклятие... или Проклятие замка действовало.
На войне, как на войне, попытался убедить он себя. Увы, не помогло. Вернуть живые существа в тот ад, из которого он их вытащил... чтобы решиться на подобное, следовало быть совершенно другим человеком.
А Серега был таким, какой он есть.
- Я тут подумал... - протянул он.- А не пора ли мне нанести визит главному прапору их ордена?
И, не слушая возражений, сиятельный герцог Де Лабри развернулся "кругом через плечо", а затем направился к башне размашистой походкой - поразмышлять на свободе о только что объявленном решении.
* * *
Леди Клотильда, косясь на него злобным взглядом, до ужаса напоминающим взгляды ее черного жеребца, рывком поправила на нем кольчугу и подтянула ворот поближе к шее, едва не придушив при этом.
- Не сердись, Клоти,- попросил он, едва отдышавшись после трогательной Клотильдиной заботы,- пойми, тебе совершенно незачем идти со мной. Драться я с ним не собираюсь. Просто один юный сэр собирается встретиться с одним благородным старцем для крайне волнительной беседы...
Вместо ответа Клоти швырнула ему на правое плечо петлю наплечной перевязи и рывком затянула ременную застежку - да так, что Серега снова едва не задохнулся.
- Клотильда, ты не должна сердиться... Нет, ты не можешь сердиться! В конце концов, я мужчина, а мужчина имеет право...
Договорить, на что мужчина имеет право, он не успел - Клотильда хлопком развернула его спиной к себе и с лязгающим звуком прицепила к ушкам на перевязи длинные ножны эльфийского меча. Палагойский клинок, меч рыцарей-колдунов, Сергей решил с собой не брать, ограничившись на этот раз эльфийским. В памяти свежи были воспоминания о том, как палагойский меч неожиданно одухотворился духом святого Милгота. И кто его знает, какие еще глубины скрываются в оружии рыцарей Палагойского ордена - вдруг клинок не пойдет против своих бывших хозяев...
Думая так, Сергей признавал как минимум частичную одушевленность этого меча. Вариантов, как это будет проявляться, было неисчислимое множество-меч способен неожиданно вывалиться из его руки, повернуться не туда, задеть не то место...
Клотильда закончила одергивать и поправлять его снаряжение, а затем молча вышла из комнаты, очень аккуратно прикрыв за собой дверь.
"Лучше бы она ею хлопнула",- горестно подумал Сергей. Когда разгневанная женщина так обращается с дверью, значит, чаша ее гнева переполнена аж до самых краев и даже переливается. И стало быть, предмету ее злости следует заранее попрощаться с надеждами на скорое прощение...
Сергей натянул на кисть Руку Воина и мысленно попросил доставить себя в ту точку и место, где находился главный прапор ордена Палагойцев.