Страница 41 из 91
Она смерила его взглядом - дескать, не понимаешь ты, сэр Сериога, благородства по-императорски! И продолжила радостным тоном:
- А сэр Милгот в одиночку остался прикрывать ущелье, по которому отступал император!
- Что тоже было сделано со всевозможным благородством,-прокомментировал Серега.- Самому драпать вместе со всем войском, а сзади бросить одного-единственного человека на растерзание врагам!
- Это долг каждого вассала и рыцаря! - гулко проревела Клоти. И от переизбытка чувств вдарила кулаком по белой стеночке рядом с входной дверью.
Рифленая обшивка стены жалко крякнула и провалилась внушительной дыркой внутрь самой себя. Оттуда брызнули кирпичные обломки и цементно-строительная пыль. Серега заморгал - часть фонтанчика попала ему прямо в глаза.
- И вот тогда,- уже ревела Клоти со всей страстью в голосе,- начал крушить рыцарь Милгот всех направо и налево! И когда уже горы тел врагов его лежали вокруг и меч рыцаря обагрился их кровью по самую по рукоятку, случилось ужасное!
- Появилась умная мысля, что дерется зазря? Не может быть!
Клотильда грозно взглянула на герцога Де Лабри, который по-прежнему не проявлял ни капли понимания в том, что касалось благородства по-рыцарски. Или по-императорски.
- Нет! Меч выпал из усталой руки рыцаря! И упал в расселину. Приблизились отвратительные дурдлы к сэру Милготу, и взмолился рыцарь Единому и Пресвятому о том, чтобы хоть перед смертью вновь соединиться ему со своим мечом, умереть, как подобает рыцарю,- с мечом в руке! И чтобы меч сей не позволил-таки врагам настигнуть императора! И показал тогда Единый ему милость свою!
Клоти снова радостно вогнала кулак в обшивку. Та покорно хрустнула и явила взгляду новую дыру.
- Ожил меч рыцарский, свершилось чудо святого Милгота! Засияло все ущелье в точности такими огнями! И отступили в испуге дурдлы, прижались к скалам! А меч, обретший душу, принялся сам крушить врагов!
- Да неужто? - засомневался герцог Де Лабри. Грани между физическим и метафизическим в рассказах Клотильды просто не существовало.
- Точно! - возопила Клоти.- Они расступились, а меч все крушил и крушил! А затем сам влетел в руку святого Милгота!
- Это явное чудо,- поддержал воодушевленную баронессу Сергей.-Особенно если при этом у него уцелела кисть. Значит, это огни не святого Эльма, а огни святого Милгота...
- Догадываюсь, сэр Сериога,- поучительным тоном заявила Клоти,-что и вам знакомы сии огни. Надеюсь, ваш святой сэр Эльм совершил подвиг не меньший, чем наш Милгот?
- Ничуть,- заверил девушку Серега, знавший о святом Эльме так же мало, как и о почтенном Милготе.- Ну и что означает появление здесь огней святого Милгота?
- Ну как же, сэр Сериога! - простодушно удивилась девушка,- Ты тоже потерял свой меч, как и святой Милгот!
- Чудесно,- напряженно сказал он.- Я потерял свой меч, но он решил одухотвориться. В полном соответствии с законами вашего мира, о чем свидетельствуют эти огоньки. Хотя я-то, как припоминаю, Единому не молился... Что дальше?
- Теперь он исполнит высказанную тобой волю,- с готовностью проинформировала его Клотильда,- Ты же сказал: "Эта вещь вас всех похоронит!" Хоть и нехорошо называть вещью меч.
- Переживет,- бросил он.
Итак, меч оказался до какой-то степени магическим. Стало быть, он принес в свой сугубо физический мир магический предмет. И вместе с ним магию, которой здесь прежде не было! Во всяком случае, явно не было.
Виновен!!! Это несомненно. И все, что он может,- это жалко блеять: "Но я же не знал..."
Ладно, решил Серега, о последствиях поговорим потом. Сейчас надо выбираться из этой ситуации.
- Так что же последует дальше, Клоти?
- Он их похоронит! - радостно констатировала простодушная девушка Клотильда.- Всех этих смердов, кои у вас почему-то зовутся братками. Я думаю, он только ждет, чтобы мы сошли с крыльца. А потом он их похоронит и сам вернется в твою руку. Пошли с крыльца, сэр Сериога! Да свершит меч возмездие вору!
- Нет,- каким-то замороженным голосом просипел он. И перехватил руку Клотильды, вознамерившейся дать ему толчка. Разумеется, в сторону двора.-Мы никого убивать не будем. Слышишь, Клоти? И ты... и мой меч. Никого.
- Поздно, сэр Сериога,- замогильным голосом протянула Клоти.- Ты уже сказал, то есть предрек. Теперь ничто не остановит руку Единого, направленную твоей волей и чудом святого Милгота...
- Черт...
Он схватил Клоти за руку, подтащил поближе, уточнил придушенным шепотом:
- Значит, пока мы здесь, он ничего не сделает?
- Ничего. Но что ты хочешь сказать, сэр Сериога?
Он мрачно улыбнулся, предвидя град ее возражений, и сообщил:
- Сейчас мы вернемся туда и вытащим всех этих, как ты выразилась, братков из дома...
- Нет! - взорвалась Клоти.- Они достойны смерти!
Серега вздохнул и прикрыл глаза.
- Если в моем мире убивать всех, кто этого достоин... налогоплательщиков не останется. В общем, так. Давай договоримся - я буду решать, кого в моем мире убивать, а кого нет. Хорошо? Ну вот и чудненько, а теперь довожу до сведения - я против убийств вообще. А в своем мире особенно.
- Но как же свершать тогда праведную месть?! - воинственно откликнулась Клоти.
- У нас считают, что Бог сказал: "Мне отмщение и аз воздам". То есть месть - это дело исключительно Божье.
- Не по-рыцарски...
- Точно! - прервал ее герцог Де Лабри.- Но меня устраивает. А теперь пошли в дом и вытащим этих бандитов во двор. Поскольку мое сиятельство сказало, что меч похоронит их непременно в доме, думаю, если вытащить их оттуда вон, то и предречение мое станет пустым звуком...
Клоти странно так хихикнула. Серега посмотрел на леди недоуменно, но у той на лице уже было самое нормальное выражение - ее всегдашней готовности к трудам и оборонам...
Вдвоем они быстро выволокли слегка упирающуюся парочку из подвала, затем Клоти поочередно свалила их на центральный газончик перед домом. Так же слаженно и быстро они отволокли туда же тех четырех бесчувственных, что валялись в холле.
У одного из них Серега обнаружил и выудил пачку долларов, переданную девицей Фирой по поручению эльфийского короля.
- Все,- изрек он, оглядывая аккуратную кучу из шести тел. Двух упирающихся они спокойствия ради уложили под самый низ и прижали теми, кто лежал спокойно.- Дело сделано, и можно уходить с чистой совестью. Эй, меч, где ты там? Гм...