Страница 53 из 198
- Ты побежден! - крикнула Ориэлла, на мгновение забыв свои заботы. - За тобой пиво, Паррик!
Маленький начальник кавалерии кисло взглянул на нее и выплюнул пыль изо рта.
- Ха! Пиво, ну конечно! Ты, черт возьми, так зазевалась, что если бы я захотел, то запросто снес бы тебе голову!
- Чепуха! - возмутилась девушка. - Что же ты тогда делаешь там, в пыли? Давай, признавайся, я победила!
- Нет!
- Да! - Она огляделась в поисках поддержки и под сводчатым навесом на другом конце двора заметила Мару и Д'Арвана, стрелявшего по мишеням вместе с Фионалом, искуснейшим лучником гарнизона.
- Мара, ты видела? - окликнула она. - Я победила, правда?
За нежной красотой темноволосой помощницы Форрала скрывалось отточенное мастерство одного из самых искусных и агрессивных фехтовальщиков, каких только доводилось видеть Ориэлле, и, несмотря на свой рост - чуть больше пяти футов, - Мара без труда поддерживала порядок в гарнизоне: даже здоровенные воины побаивались ее ядовитого язычка. В то же время в незнакомом обществе она становилась тихой и застенчивой и предпочитала компанию нескольких близких друзей. После той первой встречи в "Быстроногом Олене" они с Ориэллой очень сблизились, и Мара, казалось, даже стала дружелюбнее относиться к Волшебному Народу, а с тех пор, как в гарнизон начал приходить Д'Арван, его и заместительницу Форрала все чаще можно было увидеть вместе.
Ориэлла была рада, что застенчивый маг нашел себе друга за пределами Академии. Д'Арван мучительно переживал страсть своего близнеца к Элизеф и в первые дни был так скован и робок, что Ориэлла уже потеряла всякую надежду, но всю его застенчивость как рукой сняло после того, как у Д'Арвана неожиданно для всех обнаружился превосходный талант стрелка. А потом Мара окончательно завоевала его доверие и сняла бремя этой заботы с плеч Ориэллы. Что касается Деворшана, то близнецы, видимо, заключили некое соглашение - и хотя переехали жить в отдельные комнаты, но, похоже, научились мириться с возникшими между ними различиями. В результате всего Ориэлла с удивлением обнаружила, что обрела в Академии нового друга - и как раз там, где она меньше всего ожидала его найти. Голос Паррика вывел девушку из задумчивости.
- Ну что же вы молчите - она действительно победила? Фионал пожал плечами, а Д'Арван, поглощенный стрельбой, только рассеянно махнул обоим спорщикам, но Мара, усмехнувшись, направилась к ним.
- Паррик прав. Ты опоздала, - сказала она Ориэлле.
- Вот видишь, - просиял начальник кавалерии, и Ориэлла погрустнела.
- Но, - продолжала Мара, - ты действовала искусно. Перерезать подпругу! Такого я еще не видела. Ты должен признать, Паррик, что вымуштровал ее слишком хорошо. Я бы присвоила победу Ориэлле.
- Ха! - Девушка ткнула локтем маленького человечка. - Ну что я говорила!
- Чертовы бабы! - пробормотал Паррик, поднимаясь и стряхивая с кафтана пыль. - Вечно покрывают друг дружку.
Ориэлла с улыбкой спешилась. Любой другой испугался бы до полусмерти, но в гарнизоне такие внезапные нападения были обычным делом. Солдаты охраняли порядок в городе, участвовали в сражениях и войнах, которые Совет считал нужным вести, и отлично сознавали опасность своего ремесла. Поэтому они и устраивали друг другу всякие опасные ловушки, доходя порой до предела, за которым кончается дружба, чтобы отточить навыки и смекалку и увеличить шансы на выживание. Тяжело в учении - легко в бою, и такая суровая школа была очень полезна. Благодаря Форралу и товарищам по оружию девушка теперь была в самой лучшей форме, а дружба, которую она обрела, стоила дороже золота.
Вдруг Ориэлла сообразила, что Мара о чем-то говорит ей.
- Что ты сказала?
- Я спросила, как ты съездила к матери.
- О, не знаю - как всегда. - Боги, неужели она только вчера вернулась? Просто невероятно!
- По правде говоря, ты сегодня витаешь в облаках, - сказала Мара, и, взявшись за руки, девушки не спеша направились к похожему на сарай зданию, которое в гарнизоне служило полигоном.
- Я не спала всю ночь, Д'Арван мог бы рассказать тебе, не будь он так поглощен своей стрельбой, - начала Ориэлла. - Академия гудит как улей. Финбарр нашел в катакомбах несколько замурованных пещер, набитых древними рукописями. Может, они расскажут забытую историю Волшебного Народа, о том что было до Катастрофы.
При упоминании стародавних войн магов, едва не уничтоживших мир, Мара вздрогнула и сделала знак, отгоняющий зло.
- Боги, - сказала она. - Я думала, все документы давно уничтожены.
- Мы тоже так думали, но, очевидно, у кого-то хватило ума спрятать их в надежном месте. Хотя старый Нексис вместе с тогдашней Академией сравняли с землей, эти пещеры пережили столетия, - заключила Ориэлла. - Полночи у нас ушло, чтобы снять защитные заклинания. А едва мы коснулись документов, как они начали разрушаться. Так что оставшуюся часть ночи мы сами творили заклинания, чтобы спасти хоть что-то.
- А по-моему, надо было оставить все как есть, - мрачно сказала Мара. Попомни мое слово, Ориэлла, от старого зла добра не будет, От слов подруги у волшебницы по коже пробежали мурашки. Казалось, солнце потемнело, и гнетущее предчувствие неведомой катастрофы навалилось на нее. Девушка содрогнулась.
- Что такое? - резко спросила Мара.
- Ничего, ничего, я просто устала. - Ориэлла изо всех сил пыталась убедить себя, что это правда.
- Может, тебе не стоит сегодня сражаться? - встревожилась Мара. - Усталый воин совершает ошибки, ты знаешь. Ориэлла замерла как вкопанная.
- Великий Чатак! А я и забыла!
- Прекрасно, - сухо сказала Мара. - В этом году Форрал выбрал именно тебя для показательного поединка, а ты забыла. Это высшая честь, которой удостаивается только лучший. Неудивительно, что такая мелочь выскользнула у тебя из головы.
- Да замолчи ты, Мара! - огрызнулась Ориэлла.
- От бессонной ночи твоя знаменитая утренняя брюзгливость отнюдь не исчезла! - поддела подругу Мара, но тут же лицо ее стало серьезным. - Прости, Ориэлла. Я вижу, ты чем-то очень встревожена. Может быть, вместе мы найдем выход? У нас еще есть время. Форрал опять проспал. - Она состроила гримасу.
Ориэлла вздохнула. Как ей хотелось поделиться с подругой! Но усилием воли она взяла себя в руки.