Страница 57 из 62
Это уже четвёртый круг, описываемый Григорием Павловичем над мёртвым телом города. В совсем недавнем прошлом город принадлежал корпорации Новатэк. Сейчас же он толком никому не был нужен и им владела анархия.
Город внизу небольшой. Относительно таких гигантов, как Лентоград, Энергия-сити или Новая Москва. Если до катастрофы в нём жило где-то полтора миллиона человек, то сейчас оставалось гораздо меньше. Сначала здесь побывали вербовщики Новатэка, потом «мирового разума», а затем выгребли все оставшиеся человеческие ресурсы вербовочные команды корпорации Яндекс. Плюс прошло больше двух месяцев с момента катастрофы. Два месяца на имеющихся запасах еды, энергии. Два месяца беззакония, плюс небольшая война, устроенная вербовщиками Новатэка и Разума прямо в городе. Сверху хорошо просматривалась линия столкновения противоборствующих сторон, отмеченная парой сотен сгоревших и разрушенных зданий чёрным рубцом перечёркивающая город.
Однако кто-то живой в удалённом от цивилизации, агонизирующем городе, ещё оставался. Если приглядеться, то с борта магнитоплана можно заметить движение. То одна человеческая фигурка, то другая, то тут, то там попадали в поле зрения внимательного наблюдателя. В одной части города, при виде магнитоплана, спешно разожгли большой костёр. В другой части, опять же, едва их заметив, тут же потушили множество мелких костров. Должно быть одни продолжали надеяться на помощь извне. Тогда как другие предпочитали справляться с проблемами выживания самостоятельно, справедливо не ожидая от внешнего мира ничего, кроме новых угроз. К разочарованию первых и довольству последних, прилетевшие на магнитоплане не собирались как-либо вмешиваться в жизнь медленно умирающего города. Они пришли сюда, чтобы забрать требуемое и как можно тише и незаметней уйти. Они пришли за третьей силой. За гостем из далёкого прошлого запертого здесь в одном из множества локальных осколках сгоревшей мировой сети. Они пришли за альтернативой сложившемуся балансу сил. За надеждой. За определением своего места в новом мире.
Закончив четвёртый круг, Григорий Павлович проинформировал сидящего в кресле второго пилота Ричарда: — Лучше места видимо не найти. Конечно придётся идти через город, но зато и магнитоплан останется в безопасности при минимальной охране.
— Садимся, — согласился Ричард. — Лучше немного пройтись, чем рисковать потерей судна.
— Эй, там, держитесь за что-нибудь, — предупредил эксбезопасник заставляя магнитоплан снижаться.
Конечно, при выполнении любых воздушных манёвров все члены экипажа должны быть пристёгнуты и находиться в креслах, но сейчас число людей на борту воздушного корабля в разы превосходило количество мест для членов экипажа. Поэтому своевременное предупреждение было совсем не лишним.
— Касание через десять секунд, — предупредил Григорий Павлович.
Набившиеся в рубку и технические помещения пассажиры невольно сжались, ожидая удара об землю и вскоре он последовал. Тряхнуло ощутимо, но не так сильно, как можно было опасаться. Самое главное не прикусить при посадке случайно язык, а остальное вроде бы и так обойдётся.
Стоило манитоплану остановиться, Ричард торопливо погнал людей наружу. Сидеть в бронежилетах весь полёт неудобно, а надеть их нормально можно только на земле. Поэтому бывшие солдаты двух отделений четыреста сорок второй микроармии торопливо выскакивали наружу. Пока одни направляли стволы автоматов в окружающие небольшой аэродром низкоэтажные здания, другие спешно облачались в броню, потом менялись местами.
За время полёта дезертиры успели обсудить сложившуюся ситуацию и единогласно решили следовать за Ричардом и Минем, считая их за командиров. Собственно, другого выхода ни у кого и не было. Нет, если бы кто захотел, его могли высадить, даже сделать не слишком большой крюк, ради этого могли бы. Вот только куда идти оставшемуся в одиночестве человеку? Сегодняшний мир раздираемый войной корпораций друг с другом и с объединением иксинов называющих себя «Мировым разумом», был не слишком приятным местом для жизни. Лучше уж продолжать оставаться частью группы, тем самым повышая свои шансы на выживание. Тем более Ричард и этот странный летун или, может быть, не летун, называющий себя Григорием Павловичем, обещали остальным не только сиюминутное выживание, но и какую-никакую цель. Поэтому нет ничего удивительного, что все бывшие солдаты решили и дальше идти за своими командирами отделений. Благодаря этому они теперь составляли полноценный военный отряд, вместо того, чтобы быть просто тремя одиночками и одним эксбезопасником с похищенным магнитопланом.
Идти сегодня в город было уже поздно. Тем более следовало в начале разведать прилегающую территорию.
Судя по всему, они приземлились на крохотном запасном аэродроме. В отличии от основного городского, этот почти не разрушен и других магнитопланов или дирижаблей здесь нет. Привычно поделившись на тройки, обследовали местность вокруг. В большом четырёхэтажном здании располагались, как и предполагал Ричард, службы обслуживающие небольшой аэропорт, а заодно и гостиница для пилотов. Там и решили расположиться в относительном комфорте после пары дней сиденья у друг друга на головах. Другие здания были либо техническими помещениями, либо отдельными жилыми домиками для работников. Судя по всему, этот аэродром находился в ведении одного из отделов корпорации Новатэк. Зачем отделу корпорации требовался отдельный аэродром осталось неизвестным. Главное, что он располагался в отдалении и от города к нему вела всего одна дорога, которую они тут же опутали сигнальными датчиками и примитивными, однако действенными, ловушками. Если кто-то попытается пройти из города к ним, то о его приближении они должны будут узнать заранее.
К вечеру все, кроме караульных, собрались на площадке перед гостиницей. Экономя энергию батарей электрическое освещение не включали, обошлись обыкновенным костром. На нём же вскипятили воды, сварив на всех пару десятков пищевых брикетов из водорослей. Вдобавок в ближайших домах нашлось печенье, компоты и, вот повезло, консервы из самого настоящего мяса. Видимо и правда здесь жили пилоты между рейсами, а может быть менеджеры среднего звена приезжали. Жаль, что большой морозильник кто-то выпотрошил до них, там могли бы найтись множество вкусностей. Но и без того грех жаловаться.
Следя за тем, как закипает суп из водорослей сдобренный настоящим консервированным мясом, бывшие солдаты разговорились. Поначалу разговоры крутились вокруг еды. Поговорили о том, что с мясом и водоросли кажутся не такими отвратительными на вкус. И не так важно настоящее это мясо или выращенное в автоклаве. Нет, конечно гурманы и ценители не согласятся, но любое мясо есть мясо. По крайней мере в сравнении с высушенными и спрессованными в брикеты водорослями.
Когда горячее и умопомрачительно пахнущее варево разлили по найденными на той же кухне в гостинице тарелкам, разговоры временно прекратились. Только стук ложек и потрескивание догорающего костра разгоняли ночную тишину. Потом пили компот. От подброшенной свежей порции дров, костёр ожил, освещая лица собравшихся вокруг него людей.
— Думаете этот будет не такой как другие? — первым заговорил самый неуживчивый парень из отделения Ричарда. Его звали Лев и в прошлой жизни он был менеджером-логистом, то есть ещё одним мелким винтиком в ужасающе огромной машине корпорации.
— Какие другие?
— Думаете он не станет силой забирать людей в свою армию и бросать их в бой ради локального преимущества? А чтобы солдаты не разбегались — вставит им блок контроля. Может быть капсулу с ядом, а может быть ошейник со взрывчаткой. Думаете этот не такой как все остальные?
— Он не такой, — возразила Николь.
Лев саркастически улыбнулся: — Да-да. Конечно. И поэтому он называет себя «властью»?
Отсветы огня, играя на его лице, превращали его в какую-то застывшую маску насмешника.
— Даже если и так, — возразил кто-то из темноты, куда едва доставали отблески затухающего костра. — Нам ошейник он надевать не станет, пока остаются другие, кому можно его надеть. Мы будем первыми, мы станем ближнем кругом. Это уже очень и очень много.