Страница 3 из 4
Долгие серые будни текли обреченно…Время пришло. Обновляться живому черед!Жадно границы унылости пересечем мы!Окна распахнуты настежь. Отправлен в полетРадостный блинно-румянистый диск золоченый,Брызнув, атласную роскошь придаст небесам,Светом слепящим нахлынет – аж больно глазам!Зайчиком в зеркало прыгнет, подкатит к порогу…Глянешь – всего-то с ладошку! Но как его много!Солнце одно, а шагает по всем городам,Освобождая дороги от стылого плена,Где-то – лавиной, а где-то – крадется как тать,Движется мерно, не вмиг, не стремглав – постепенно.Если до наших дворов не успеет достать,Рыжие кудри мои – заместитель бессменный!Огненных прядок разлет припадает к вискам…Не приползу на щите к оголтелым годам!Все, что отмерено, выпью не морщась до донца!Я не страшусь темноты! Я сама себе солнце!Солнце – мое. Я его никому не отдам.
«Растворилось колдовство…»
Растворилось колдовствоЛетнее,Закружило, как листвой,Сплетнями…Накололись на обманДружно мы,Оплетает ложь-зимаКружевом.Колкий холод нас обвилЗаметью.В полушаге от любвиЗамерли.Леденящие словаПадали…В одиночку зимоватьНадо ли?Отогреется веснаЛучиком,И настанут временаЛучшие,Хлынут воды изо льдаВешние…Да катись она – вражда –К лешему!«Мой неузнанный собрат…»
Мой неузнанный собрат,Что пока не назван другом,Что отводишь робкий взгляд?Неприступностью напуган?Не робея, загляниВ эту рясковую зелень!Там, на дне, хранятся дниБоли, страха, потрясений.Там невыплаканность слезОтдается жутким воем,Неисполненность угрозИ победа над собою.В глубине болотных глазМудрость плещется укором.В их зрачках давно погасПламень дерзкого задора.В них «медлительный уход»Душ потерянных и милых,Как растаявший аккорд«Элегического трио».Скорбь уперлась в потолок,Грусть – рутина, радость – редкость,Но пустует уголок,Где ты сможешь отогреться…«Оттенок, окрас любой…»
Оттенок, окрас любойСловам мы вольны придать:Есть слово – опора в боль,Есть злобная клевета…Но слово – не воробей,Его не проронишь вскользь.Захочешь убить – убейКоротеньким словом «врозь».Но молвишь легчайший звук –Воспряну, набравшись сил!Банальной пятеркой буквДозволено воскресить!Как берегу мил прибой,Как парус мил кораблю,Мне – сказанное тобойДоверчивое «люблю»…«На клумбах пестрят георгины и астры…»
На клумбах пестрят георгины и астры,А в сливовых зарослях иволга стонет…Напомнят о нежном мурлычущем счастьеСледы-кругляши на дорожке бетонной.Тебя принесли несмышленым котенком –С ладошку комок, невозможно родная!С рассветом будила, мяукая звонко,Носилась по дому, углы обживая,Катала клубок шерстяной ради шутки,Висела на шторах, глазела в окошко,Любила вылизывать пышную шубку…Для нас обаятельней не было кошки!Мы были не в силах смотреть равнодушно,Когда ты дремала на стареньком кресле,Уютно свернувшись пушистой ватрушкой,Журча бесконечные томные песни…А помнишь, цветы посадили на даче,Залили дорожки, засеяв газоны,И как вызволяли потом, чуть не плача,Бедняжку, увязшую в мокром бетоне?Немало случалось забавных историй,Похожих на милые детские сказки…И слов не нашлось описать наше горе,Когда ты, состарившись, кротко угасла,Неслышно прокралась в небесную заводь,Туда, где погладить тебя невозможно,Случайно оставив на долгую памятьУзорчатый след на бетонной дорожке…«К вам обращусь, собратья по перу…»
К вам обращусь, собратья по перу:Воспойте то, что больно сердце гложет!Молчите, если вам не по нутруИстории, что для толпы – дороже!Пишите, не стесняйтесь, господа!Не делайте расчет на конъюнктуру!Что популярность? Талая вода…Ей угождать – предательство натуры!Творите, если строки – в такт душе!Неважно – ко двору или некстати…И к вашей Музе – вздорной госпоже –Придет когда-нибудь и ваш читатель!«Я ухожу. Ты головокруженье…»
Я ухожу. Ты головокруженье.Ты тяжкий сон. Ты камень на груди.Давно назрело тайное решеньеВ душе: беги, спасайся, уходи.Я ухожу. В тисках твоей вселеннойЗадерживаться дольше – не резон.Я ухожу. И снег кофейной пенойУкроет мой печальный старый зонт.Я ухожу. Фиаско. Карта бита.Исчезну. Сгину. Растворюсь во мгле…Останется мой кофе недопитыйТебе – немым укором на столе.