Страница 61 из 70
— Хе-хе. — сам не понимая почему, рассмеялся от последней мысли.
— Брат Ван Донат, хоть это и массовая смерть нечисти, не стоит так реагировать на это. — попенял меня Верховный Инквизитор, рассказывавший о том, как Чудотворцы лихо косят различную нечисть.
— Извиняюсь, Ваше Превосходительство. Это не гордыня, не подумайте ничего такого. — покачав головой, «честно» объяснил я.
— Инквизиция учла твои достижения, а потому передадут тебя в ученики нашему самому способному Инквизитору, а твоим отцом-наставником станет сам епископ Анджелико. — внушающе так сообщил Пеллегрини, напомнив мне о том самом священнике которому я искупил грехи.
Любит видимо нас судьба, раз никак не рассоединит. Пусть только посмеет на моих монашек не так посмотреть, я ему… искупление грехов проведу, снова. Хотя-я, блин, как-то даже жалко их не целованных.
В общем поговорили мы немного о моем будущем житье-бытье, да и разошлись, мне тоже нужно готовиться к ритуалу. Посидев в узкой келье на кровати, и полазив пару часиков свободного времени в церковном вайфае… ну а что, не дикари же мы какие-нибудь, решил направить стопы к своим монашкам. Скучно мне тут, а духовно я ко всему готов. Хоть к рукоположению, хоть к десанту хомяков-десантников. Резко распахнув общую келью своих монашек, вроде даже почему-то запертую, осознал что мне все еще нужно крепить свой дух и волю. Вот сколько такое уже было, не загадывай.
— Донат, мы все можем объяснить. — произнесла лежавшая голой Анна.
— Это чистые сестринские, и не греховные чувства. — произнесла смущенно теперь Тереза, так же нагая возлежавшая сейчас сверху, только отцепившись губами от груди Анны.
— Можно к вам? — не растерялся я.
— Донат, это грех! — возмутилась Анна, продолжая автоматически поглаживать голую задницу Терезы. — Как тебе не стыдно. Ты принял целибат.
— Донат, мы многое тебе прощали, но это недопустимо. — в священном возмущении произнесла теперь Тереза, чуть изменив неудобное положение, потершись ногой между ног Анны, отчего последняя ненароком всхлипнула. — Немедленно в храм, замаливать свои греховные мысли.
— Конечно-конечно. — покивал я головой, выходя из кельи и закрывая за собой дверь.
Сами шалят, а у меня греховные мысли, женщины… женщины-монашки. Не сказал бы что я совсем уж удивлен, наверное им хотелось, но не моглось. Вот и нашли выход, при этом не нарушая обет и все остальное.
Вечером меня уже возводили в сан священника, дух удалось укрепить только-только, совершенно неожиданное зрелище его несколько расшатало. А уже через час после этого знаменательного события, я встречался со своим отцом-наставником или если по-простому куратором и моим теперешним прямым начальником инквизитором Луи. Короткое имя, очень удобно кричать во время всяких заварушек. Конечно там есть еще много перед этим, хоть тот же Ван, приставки к именам инквизиторов и не только, но если по-простому, то хватит французского Луи.
— Теперь ты мой ученик, брат Донат. — произнес Луи, внимательно осматривая меня и по виду оставшийся довольный увиденным. — А сестры Тереза и Анна, станут частью моей свиты, пока ты в моих учениках. — теперь уже с некоторым сомнением осмотрел он в полной боевой выкладке монашек, то еще зрелище если честно. То есть вид конечно грозный и лихой, но непривычно, мягко говоря.
— Рад с вами познакомиться брат Луи. — ответил я, первым что он сказал, так это обращаться без всего этого церковного этикета, максимум «брат-сестра» среди чужих, а во время миссии и этого не нужно.
— Ты показал свою любовь к Богу, отчего было тебе даровано Чудотворство, Сын Божий. — одухотворенно произнес Анджелико, имея при этом такое благостное лицо, что я на секунду даже засомневался, что он микроба в состоянии обидеть, не то что монашек плетью стегать.
Действительно Чудотворец, не то что запор вылечу, ото всех грехов заговорю, и вот уж чудо несусветное, курить и пить заставить брошу. Взглядом.
— Вначале я испытаю ваши возможности, и лишь после этого мы отправимся на свою первую миссию. — сразу ввел в курс дела Луи.
— Благословляю. — коротко разрешил теперь видимо ну просто до жути святой отец.
Выйдя на полигон, я вместе со своими монашками быстро прошлись по лабиринту и целям, показывая кто тут папка с дочками, разнеся Дружболучами все метки, и для острастки закидав гранатами, и чтобы вообще жизнь медом не казалась, изрешетив очередью из автомата. От бедных манекенов осталась только добрая память их существования.
— Очень даже не плохо, — довольно покивал инквизитор Луи. — как боевое усиление вы окажете серьезное подспорье. Остальные ваши таланты мы уже раскроем во время миссий Святого Престола.
Жизни не хватит раскрыть все мои великолепные таланты… к сожалению, скорее всего именно моей.
— Я так и не узнал, как называется твое Чудо, брат. — заинтересовано почесывая подбородок с маленькой бородкой, поинтересовался Луи.
К слову, он тоже был лысоват. Тревожная тенденция.
— Дружбомагия! — с готовностью ответил я.
— Как? — уточнил Луи, непонимающе скосив взгляд на меня.
— Дружбомагия! — с еще большей готовностью повторил я.
Своими сверхчувствами ощущая, как мои монашки пристыжено отвели глаза в сторону, когда Луи быстро на них посмотрел, ища подтверждения моим словам.
— Дружбо-магия? — подозрительно сжал он глаза. — Магию используют лишь колдуны, сатанисты и ведьмы.
— Ох. — осознал я свою ошибку, действительно, как-то не по-христиански, не по католическим канонам. — Чудодружба? Таинство дружбы? Дружбовера?
— Последнее подойдет. — степенно кивнул инквизитор, довольный моим предложением.
Шикарно, буду уничтожать нечисть во имя Дружбы и Веры.
Спустя месяц, уже во время своей третьей миссии, мне удалось полностью раскрыть свои способности.
— Я несу возмездие во имя Дружбы! — провозгласил я, в красивом танцевальном Па спрыгивая со второго этажа в сиянии веры, прямо на удивленно раскрывших рты вампиров.
Падаю на первого вампира, и его превращает в кровавую лепешку, после чего с выкриком «Объятия дружбы», кидаю цепь из этой веры на второго вампира, которая стремительно его обматывает и сдавливает, разрезая на множество кровоточащих частей. «Дружбочмок», игриво отправил я воздушный поцелуй в третьего вампира, которому насквозь пробило грудь вырвав сердце в огромных потоках крови, после чего добивающим «Дружбощелбаном» вынес ударом пальца мозг последнему вампиру.
— Дружба с вами. — принял я молитвенную позу. — Покойтесь с миром сволочи.
— Твое Чудо меня искренне поражает. — произнес подошедший инквизитор Луи, с двумя растрепанными монашками, прятавших в ножнах уже счищенную с них кровь, кинжалы. — Ты был благословлен Богом нашим, и тебе я надеюсь суждено принести избавление мира от чудищ.
Ой, опять из меня мессию делают. Прямо все такие впечатлительные, пукнул чуть сильнее, и тебя уже с ходу мессией пердежа сделают, только дай причину.
Где-то так мы все это время с инквизитором и проводили, задание, расследование, уничтожение и отдых, а после по новой. Сейчас вот вырезали гнездо расплодившихся вампиров, чертовы «Сумерки», обустроившихся в каком-то покинутом городке, куда туристы для развлечения ездят, но не всегда возвращаются. Дружбовера показала себя с прекрасной стороны, мои выкрики названий абсурдных приемов, абсолютно никак не сочетающиеся с тем что они творят, дезориентирует противника и уничтожает боевой и моральный дух, нанося кратковременную психологическую травму. К сожалению для них, они достаточно разумны, чтобы понимать всю степень происходящего абсурда. Но это для них, мы то инквизиторы понимаем всю хитрость. Луи был действительно мужиком понятливым и иногда даже подыгрывал мне, чем вводил еще большее разрушение духа в стан врага.
— Мы небесная команда Иоанна Спасителя, уничтожающая зло во имя Дружбы! — стали мы со стариком Луи в пафосные позы.
— Я молодой и прекрасный Ван Донат! — принял я соответствующую стойку.