Страница 56 из 70
Вот к примеру мужик слишком уж заинтересовано посмотрел на грудь Терезы. Возмутительно. Поймав его взгляд, показал пальцами что я слежу за ним, после чего провел пальцами по горлу, типа ему голову с плеч если начнет что-то непотребное с моими монашками делать. К сожалению, я к ним уже привязался, трудно разорвать связь с теми, кто поддерживает твою волю и здравомыслие. Мужик удивленно округлил глаза и встал на месте, пораженно проводя меня взглядом.
Бродя по городу, стал задумываться о том, что монашек в церковь отбирали по красоте, ну или их церковная диета реально идет на пользу, женщины тут оказались средненькие. Монашки на их фоне, несмотря на полное отсутствие макияжа и закрытые одежды, просто блистали. Я заколебался мужикам угрозы раскидывать, обещая смертные кары и страдания.
— У-угх, похотливые животные, инквизиции на них нет. — негодовал я.
— Какой инквизиции? Нет никакой инквизиции. — забегали глазки у монашки, абсолютно не умеющей врать.
Ага, а то я не слышал вас во младенчестве. Меня если честно даже заинтересовала эта организация, вот только я не совсем уверен хочу ли я там быть. Они конечно любят позажигать, и повеселиться в компании с грешником, но я не уверен что это мне понравиться. В общем посмотрели мы на достопримечательности и поехали домой. Потом еще раз поехали в другое место, потом еще раз и еще, а потом…
— Какие вкусненькие монашки. — облизался ранимо выглядящий эмо, в затемненном переулке.
Нас окружило трое эмо-боя, как говорят в народе и скаля зубы сейчас показывали какие они плохиши, овеянные печальной романтикой.
— Кто вы такие? — строго, но несколько испуганно произнесла одна из монашек сопровождавшая нас.
— Хах, милашка. — попытался провести эмо рукой по щеке монашки, но та отшатнулась. — Лишь скромные носферату. — показал он как клыки выдвинулись из его рта.
Хм, я видел постер кинотеатра, где рекламировался фильм с мимишными и ранимыми вампирами, интересно, смотрят ли их сами вампиры. Если да, то на пользу им это не пошло, слишком они впечатлительные.
— О Боже, неужели это те самые носферату? — театрально воскликнул я. — Принцы Ночи, вынужденные питаться кровью невинных дев?
Глаза трех вампиров эмо-боев буквально зажглись, а грудь вздыбилась колесом, они даже приняли еще более театральную позу чем было до этого. Господи, почему стыдно только мне?
— Наша судьба незавидна, жизнь полна лишений, но голод тянет нас в глубь печалей. — таким трагическим голосом все это произнес один из эмо-боев, что даже одна из девочек в нашей группе всхлипнула от жалости.
— И что же вы намерены делать с бедными детьми и прекрасными монашками в столь темном и опасном переулке? — вскинув руки, театрально вопросил я, приблизившись к ним еще на несколько шагов, закрывшая нас монашка была столь сосредоточена на вампирах, что даже не заметила этого. И вообще, я случайно не переигрываю?
— Как не болит мое сердце от этих жестоких слов, вкусить кровь мы вашу должны. — продекламировал еще один эмо, видимо все нормально, эти тоже втянулись.
— О нет, прошу вас, носферату. Прошу… — резкое движение рукой и в пребывающего в каком-то своем мире вампира, в лицо бьется тонкая склянка со святой водой, я всегда настороже. — сдохните в мучениях! — еще одна склянка ударилась в лицо самому дальнему, а третий уже от меня получил ножичком по сухожилиям.
Какими бы они не были нелюдьми теперь, строение у них человеческое, потому пока остальные двое самозабвенно орали, сдирая со своих лиц сползающую кожу, я довернул упавшего на колени третьего вампира и резанул его по горлу освященным ножичком, после чего для надежности выколол ему оба глаза смертельным приемом большого пальца, задев немного мозг. Еще по пять секунд на каждого дезориентированного вампира эмо-боя, и мы видим как три тела постепенно рассыпаются в пыль. Круто, значит святая вода реально работает, я-то не знал о ее точных свойствах, может наврали во всех этих фильмах.
— Прекрасные монашки, подлые кровопийцы повержены, моей недрогнувшей рукой. — чет я увлекся, нужно переключиться. — Убил я их в общем… вот. — закончил я, покачиваясь на пятках рассеяно оглядывая пораженную публику, та же девочка что вздыхала по вампиру, горько заплакала. Похоже кто-то в церкви смотрел контрабандные фильмы.
Буквально через пару часов я сидел перед несколькими представительными мужичками в тёмно-красных рясах, всех таких грозных, но одухотворенных. Задавали мне эти мужички странные вопросы, типа зачем носил с собой склянки со святой водой, зачем носил освященный нож и каким таким образом я смог укакошить трех молодых вампиров.
— Меня вела рука Господа нашего. — благостно произнес я, вмиг поскучневшим дядькам. — А еще то, что я помнил как монашки говорили о инквизиторах, плюс моя подозрительность, а также желание иногда выпить водички… а в церкви похоже вся вода освященная.
— Монахини не могли говорить при вас об инквизиции, ведь их теперь нет. — веско произнес потенциальный инквизитор.
— Как и вампиров. — понимающе кивнул я. — Мне было тогда меньше года, думаю они считали что я слишком мал, и не запомню их слова.
— А ты запомнил? — удивленно приподнял бровь мужичек.
— Конечно. — степенно кивнул я.
В общем мурыжили они меня, вопросы всякие задавали, и говоря о всяком, это вообще буквально все, вплоть до математики. Совершенно внезапно я оказался на какой-то устной контрольной, а я ведь даже не готовился.
— Ты одарен божественным благословением. — заметил почти стопроцентный инквизитор.
— Я дарованный Богом, ведь имя мне, Донат. — улыбнувшись, мягко произнес я.
Мужики посмотрели на меня некоторое время, после чего сказали собираться. Типа я поеду с ними.
— А если я не хочу?
— А ты не хочешь? — хитро улыбнувшись, спросил он.
— Бог даровал нам свободу воли.
— И какова же тогда твоя воля? — пронзительно посмотрел на меня мужик.
Недолгая пауза, во время которой я обдумывал варианты. Как я подозреваю, меня решили рекрутировать в стройные ряды инквизиции, что теперь доказано существованием всяких монстриков, кажется не таким и плохим вариантом.
— Я хотел бы попрощаться с остальными.
— Хорошо. Нам рекомендовали тебя, и похоже святой отец Анджелико был прав. — произнес мужичек. Давая мне выйти из комнаты.
Анджелико значит, это был тот самый очень святой отец, которому я искупил грехи. Как жизнь то повернулась.
— Я устал, я ухожу. — произнес я своим двум монашкам. — В несуществующую Инквизицию.
Монашки секунд пять смотрели на меня абсолютно нечитаемым взглядом, после чего молча обошли меня и пошли в сторону стоящих в стороне инквизиторов. Говорили они минут пять, вроде даже повышали голос, пока Тереза буквально не рявкнула на них:
— Это обещание перед Богом! Непреложный обет!
После чего они наконец о чем-то договорились и монашки вернулись ко мне.
— Мы не прощаемся Донат. Ведь мы обещали, что всегда будем с тобой, это наше обещание тебе и Богу. — присели Тереза и Анна передо мной, после чего вместе обняли. — И мы отправимся с тобой.
Все же я красавец. Как бы жизнь не повернулась, я себе обязательно женщин найду. Ван Донатинг, становится на тропу охотника на монстров.
Глава 14
Забравшись с ногами на деревянное кресло, я с некоторым волнением бил пальцами по подлокотнику, ожидая когда меня позовут. Это очень походило на собеседование на работу, которое я последний раз проходил еще в нулевой жизни, по вполне понятной причине, я больше никогда не работал. Прикол, что называется. Служил в разных военизированных структурах, учился, выживал, но на обычных работах никак, не быть мне пролетариатом. Теперь вот, вообще в церковный орган устраиваюсь, который если по бумагам, называется «Святой отдел расследований еретической греховности». Но так как это слишком долго кричать пока врываешься в дома еретиков, сократили просто до расследования или инквизиции. Чего только не узнаешь пока сидишь в приемной Великого Инквизитора. Тут даже постер висит, «А ты вступил в инквизицию?», с указующим перстом грозного этого самого инквизитора.