Страница 27 из 113
- На самом деле, - замялся Суртаз, - тебе стоит это обсуждать не со мной. Оборону планирует Нэс-Ашшад с Реомаром, поэтому согласовывать планы лучше с ними...
- Но вы же не пропустите все веселье? Ваше присутствие замечательно повлияет на мораль войск.
Естественно, Вьеррн имел в виду не поднятие боевого духа верных воинов. Общеизвестная истина - у нежити нет морали. А живые обитатели Шалластхадара в воодушевлении не нуждались. Суртаз тонко улыбнулся в ответ.
- К сожалению, есть обстоятельства, которые я пока что не могу преодолеть, - он вздохнул и посмотрел на посох. - Слишком мало времени прошло после Испытания
- Конечно, - понимающе кивнул эрьет-тасс. - Думаю, мы и сами справимся, но когда есть возможность получить боевой опыт - ею сто...
- Думаю, будущий Повелитель сам решит, пользоваться ему этой возможностью или нет, - Реомар прервал Вьеррна на полуслове, плавно шагнув из затененного угла комнаты. - А тебя в библиотеке ждет Нэс-Ашшад.
- Скажи еще, что ты тоже не собираешься охотиться, - хмыкнул боевой некромант.
Высший вампир ничего не ответил вслух, но слегка склонил голову к плечу, и на смену его привычной маске отстраненной сосредоточенности пришло выражение лица, красноречиво сообщавшее о том, насколько планы Реомара являются неподходящим предметом для размышлений Вьеррна. Эрьет-тасс закатил глаза в гримасе наигранного негодования, но спустя секунду покинул кресло и пружинистым шагом отправился к выходу из комнаты. Суртаз, с интересом за этим наблюдавший, отметил про себя, что эти двое наверняка были друзьями.
- Прошу простить Вьеррна за его напористость, - ровно проговорил высший вампир, скрылся за дверью. - Перед боем он иногда бывает слишком... нетерпеливым.
- Не за что извиняться, - некромант улыбнулся. Его улыбка угасла, стоило снова прикоснуться к посоху в надежде, что древний артефакт на этот раз отзовется. Естественно, этого не произошло.
- Если позволите... Я могу дать вам совет, который когда-то помог Шаддаэру в такой же ситуации, - тихо произнес Реомар, неподвижной статуей застыв по левую руку от Суртаза.
Высший вампир нечасто называл покойного Повелителя по имени, а его осведомленность в вопросах обращения с зачарованными вещами настолько удивила Суртаза, что тот просто молча кивнул, не глядя на неожиданного советчика.
- Представьте, что вы соблазняете женщину.
Некромант медленно повернул голову и, глядя снизу вверх, одарил Реомара долгим задумчивым взглядом. Затем опустил глаза вниз, на посох. Снова посмотрел на вампира.
- Что?
Если Реомара и забавляла неловкость в голосе Суртаза, то он ничем этого не выдал.
- Важен ваш настрой. Азарт, страсть, желание овладеть. Если я правильно представляю ваше состояние, - уже более уверенно продолжил высший вампир, - то сейчас вами движет необходимость. Вы знаете, что должны подчинить артефакт, но не желаете этого по-настоящему. В вас нет страсти. Поэтому посох и не отзывается.
- Я знаю, конечно, что древние магические артефакты обладают своеобразным подобием разума, - сухо произнес некромант, - но никогда не рассматривал их… с этой точки зрения.
- Когда не срабатывают общепринятые методы, приходится прибегать к нетрадиционным, - Реомар неожиданно сверкнул заостренными зубами в широкой улыбке. - Что-то подобное сказал Шаддаэр, когда у него все получилось.
- Я тебя понял, - Суртаз поджал губы и снова посмотрел на посох, не имея ни малейшего представления, каким образом воспользуется советом вампира на практике, совершенно не имея соответствующего опыта. А тот, похоже, понял причину растерянности некроманта. Или просто прочитал его мысли.
- А еще каждый артефакт может стать бесценным источником опыта и новых знаний, - вкрадчиво произнес Реомар. Хитрец знал, о чем говорит. И это действительно могло сработать.
- Хорошая мысль. Спасибо, Реомар.
- Рад помочь, будущий Повелитель, - от недавней эмоциональности высшего вампира не осталось и следа. - Вы и сами со временем это поняли бы...
- Но у нас нет этого времени, - вздохнул некромант.
- Я могу идти?
Суртаз молча кивнул. Реомар плавно шагнул и растворился в тенях, наверняка тут же появившись в библиотеке, расположенной несколькими этажами ниже. Некромант не мог перестать любоваться естественной хищной грацией вампиров и восхищаться их возможностями. Порожденные магией первых некромантов Шалластхадара, эти существа со временем проявили удивительную самостоятельность и, что немаловажно, непоколебимую верность владыкам нежити. Суртаз вдохнул и понял, что отвлекся от действительно важного предмета для размышлений.
Долго некромант смотрел на лежавший на его коленях посох, внимательно, не отрывая взгляда. Потом закрыл глаза и осторожно, почти трепетно коснулся древка примерно посередине его длины, провел кончиками пальцев в сторону навершия. Суртаз не увидел - почувствовал - артефакт отозвался. Древко прильнуло к ладони. Перехватив Посох Власти поудобнее, некромант открыл глаза. Глазницы черепа-навершия ровно светились знакомым болотно-зеленым цветом.
Суртаз облегченно выдохнул, ощущая прилив сил то ли от воодушевления собственным успехом, то ли от вливавшейся в него через артефакт энергии Источника. В любом случае, это было не важно. Посох признал своего владельца, значит, признают и остальные составляющие Одежд Смерти. Улыбнувшись, некромант плавным манящим движением притянул к себе подушку с лежащей на ней Короной Памяти.
Глава 19. Эмоции и намерения
Шалластхадар готовился к обороне. Боевые некроманты и сур-тассы согласовывали грядущие маневры, вампиры и призраки патрулировали границы, личи из числа кширр-тассов поднимали скелетов и зомби, пользуясь запасенным в подвале крепости резервом тел. Суртаз наблюдал за всем этим с тщательно сдерживаемым любопытством - как за сложным механизмом, в отлаженную работу которого лучше не вмешиваться, если не понимаешь ее до конца. К счастью, все участники происходящего знали свои роли, поэтому приготовления шли быстро, но без суеты. И из-за этого Суртаз ощущал себя бесполезным.
- Глупос-сти, мой Повелитель, - прошелестел Нэс-Ашшад, когда некромант поделился с ним своими переживаниями в присутствии нескольких доверенных личей. После подчинения посоха и короны была проведена короткая церемония официальной коронации, и после нее к Суртазу обращались уже как к полноправному Повелителю. - Вы - воплощенная душ-ша Ш-шаллас-стхадара и проводник энергии Ис-сточника. А пос-сле полного подчинения Одежд С-смерти вы с-станете еще и с-самым могущес-с-ственным некромантом среди ныне с-сущес-ствующих в жизни и в пос-с-смертии.
Суртазу нечего было на это возразить, но сидеть без дела он тоже не мог. Найти себе занятие соразмерно не до конца восстановленным силам и пока что не столь обширным познаниям было непросто, и Корона Памяти пока что мало чем могла в этом помочь. Сны Повелителя были обрывочными и тревожными, а призванные наяву образы наслаивались друг на друга и сбивали с толку окончательно. В итоге Суртаз не придумал ничего лучше, чем спуститься в хранилище тел, чтобы помочь кширр-тассам с массовым поднятием, раз уж предполагалось, что он сам - один из них.
Противники некромантов часто недооценивали зомби и скелетов, и в этом была их ошибка. Не ощущая усталости, не зная страха и не чувствуя боли, бездушная лавина в буквальном смысле погребала под собой самых стойких воинов - тех, кого не обратило в бегство зрелище неотвратимо надвигающейся массы из плоти и костей. Стоя перед глыбами не тающего магического льда с вмороженными в него ровными рядами мертвецов, Суртаз задумался. Он помнил наставления Шаддаэра и теперь пытался определить, какую эмоцию или намерение использовать для поднятия нежити.
Некромант скользил взглядом по руническим символам, вырезанным на каменной кладке пола, будто они могли содержать подсказку. Возможно, если бы Повелителю пришлось самостоятельно выводить каждую надпись из тех десятков, что формировали вокруг него концентрические круги, то подобрать подходящую эмоцию было бы проще, но… Суртаз был избавлен от подобного труда неизвестными мастерами. Отчаявшись, он мысленно воззвал к Короне Памяти, и та отозвалась, но не так, как он ожидал.