Страница 8 из 14
Четвёртая или низшая каста — это отбросы общества. Бомжи, преступники, наркоманы, алкоголики, инвалиды. Да, с людьми у которых были физические ограничения по здоровью — не церемонились. Их нещадно истребляли или ставили на них опыты. Впрочем у всех принадлежавших к этой касте жизнь не была сладкой.
Натаниэль Грим и Ральф Пан принадлежали к третьей, самой многочисленной касте. Стоит заметить здесь, что Фауст принадлежал ко второй.
Для Натана всё было как в тумане, когда он вошёл в серое здание филиала. Его встретила обворожительная блондинка.
- Добрый день! Чем я могу вам помочь? Может быть вы хотите кофе?
- Нет. Я...
- Присаживайтесь, пожалуйста. Сейчас я принесу вам журнал - перебила его блондинка и отправилась за журналом в соседнюю комнату.
Журнал представлял из себя тонкую панель приятного матового оттенка. Вам давали в руки тач-ручку и вы писали имя того, от кого бы хотели избавиться, не забыв расписаться. Роспись никогда не менялась и представляла собой универсальный код человека. Если вы вдруг неправильно распишетесь и компьютер не найдёт вашей подписи в базе, то это сочтут за преступление и вы немедленно отправитесь на околоземную станцию или куда подальше. Поэтому расписывались всегда не спеша и осознанно.
- Прошу вас, предъявите лицензию.
- Да, конечно — ответил Натан не своим голосом.
Взглянув на лицензию блондинка обворожительно улыбнулась и протянула Натану тач-ручку.
У Натаниэля Грима тряслись руки, но свою подпись рядом с именем Ральфа Пана он вывел довольно уверенно. Компьютер сверил подпись, а также касты обоих и не нашёл никаких препятствий.
- Спасибо большое, что воспользовались нашими услугами. Через сутки указанный вами человек покинет Землю. Будем и впредь рады видеть вас. Всего доброго и до свидания!
Как будто речь шла вовсе не об убийстве, а о простой коммерческой сделке. Многие вещи становятся нормальными, когда человек сам диктует мораль.
Натан совершенно не помнил, как оказался дома. Он помнил лишь сильный ливень и гром, которые неотступно следовали за ним, словно знали, что он только что совершил. Его домашние сидели перед плазмой и смотрели выпуск новостей.
- Натан, как прошла контрольная? Почему ты задержался?
- Всё хорошо, папа. Засиделся в библиотеке.
- У него наверное появилась девушка, но он упрямо это скрывает — подмигнула мама Натана его отцу.
- Вовсе нет — возразил Натан.
- Снимай одежду и под душ. Я подогрею тебе обед.
- ''Стало известно, что упрощение в получении лицензии неожиданно приняло негативный характер. Многие люди вообще выступают против неё, считая это бесчеловечным актом идиотизма. Что ж... А сейчас немного о погоде — вещал телеведущий новостей''.
- Неужели у кого-то хватило духу сказать то, что думают многие? Лицензия — это зло. Нельзя лишать человека жизни только потому, что он кому-то мешает.
Слова отца ножом полоснули сердце Натана. Ему показалось на миг, что его сейчас вырвет. В первую очередь от отвращения к себе самому.
После обеда он поднялся в свою комнату и попытался забыться сном. Куда там. Он представлял, как к Ральфу придут несколько человек в деловых костюмах и под благовидным предлогом предложат отправиться с ними. В случае отказа с ним церемониться не станут. Вмешательство близких или кого-либо приравнивалось к жестокому преступлению и каралось на месте смертью. В таком случае под раздачу могли попасть все родственники того, на кого была оформлена лицензия. Это было жестоко, но в тоже время к этому почти привыкли и старались не вмешиваться. Близкие лелеяли надежду, что их родственника не убьют сразу, а отправят на строительство околоземной станции с дальнейшим там проживанием. Но никто не знал точно, что случается с теми, на кого предъявляется лицензия. Точно известно одно — их больше никто и никогда не видел.
Натана грызла беспощадная совесть. Он так и не сомкнул глаз этой дождливой ночью. Но вместе с тем и ростки сомнения дали всход. Больше этот жирдяй не обидит Артура.