Страница 10 из 14
- Отпусти! Мне больно!
Но Роман, казалось, не слышал свою сестру. Он вцепился в неё мёртвой хваткой.
Натан просто озверел, увидев эту сцену. Ладно, если оскорбили его. Это ещё можно простить. Он никогда не считал себя гордым. Но вот так, по-свински, да ещё с девушкой — это просто ни в какие рамки не вписывается.
Натан бросился на Романа, но тут же отлетел от него, словно от стенки, получив увесистый удар свободной левой рукой в челюсть. Во рту появился солёный привкус крови.
- Прекрати! Сейчас же перестань! Давай уйдём домой! - верещала сестра, явно сама находясь на грани нервного срыва.
Нисколько её мольбы, а просто скука положили конец невесёлому представлению Романа. Он вдруг отпустил сестру, сплюнул, ухмыльнулся и, ни слова говоря, быстрым шагом, зашагал прочь, продираясь сквозь толпу. Рагна пошла за ним, держась немного поодаль. Она постоянно оглядывалась на Натана и кидала тому, полный раскаяния, умоляющий простить, взгляд.
Натан пришёл в себя, отряхнулся и пошёл в сторону огромного парка искусственных деревьев. Он весь кипел от бессильной злобы. Не за себя (на себя ему было плевать), но за ту очаровательную девушку, которая вынужденна была терпеть выходки этого идиота только потому, что он являлся её братом. Как ни похожи они друг на друга!
Натан, казалось, не замечал ничего вокруг. Он полностью ушёл в себя. Он думал о том, стоит ли ему воспользоваться лицензией. Несомненно, Рагне станет только лучше, если её брат канет в Лету. Да, ей будет больно, она будет горевать по нему, но она найдёт в себе силы смириться с потерей. Почему такая добрая девушка должна страдать? Это нечестно, несправедливо. Разве не станет благородным поступком моя месть за неё? Не за себя, а за неё! В этом ведь принципиальная разница!
Он сидел на скамейке. Ветер трепал ему волосы, вокруг суетились люди и неуклюже передвигались роботы. Искусственные деревья разносили вокруг искусственный аромат. (Да сколько можно повторять это прилагательное!).
Сегодня он не пойдёт в то отвратительное серое здание. Рагна сразу же поймёт, чьих это рук дело. Он подождёт недельку, другую.
Натан почему-то боялся, что эта девушка возненавидит его. Чувство вины перед ней жалило ему сердце.
В последующие дни Натан был угрюм и молчалив. Он почти перестал общаться с внешним миром. Он думал, анализировал, размышлял — такая редкость в мире современных технологий, где за тебя думает (опять же!) искусственный интеллект. Он очень тепло вспоминал о Рагне последующие дни. Такая девушка не заслужила всего того, что ей приходилось терпеть. Он должен, ради неё же должен, поступить так, по справедливости! Может быть действительно неслучайно эта лицензия попала к нему в руки?
Через неделю, а может немногим больше, Натан вошёл в уже привычное ему здание филиала сокращения численности населения. Его встретила любезная сотрудница.
- Здравствуйте! Чем могу помочь? Чай, кофе?
- Спасибо, ничего не надо. Можно сразу к делу?
И опять та же самая процедура. Ужасный акт возмездия и человеческой глупости, на которой идти сознательно — высшая глупость. В этот раз рука не дрожала, голова была холодна, мысли не разбегались - всё было сделано чётко и без суеты.
В тот вечер Натан заперся у себя в комнате и ни с кем не разговаривал — сослался на болезнь. Его родители, по обыкновению, сидели перед плазмой. Шло какое-то семейное телешоу, но казалось они не следили за программой.
- Что с Натаном, дорогой? Может его девушка бросила? Никогда его в таком подавленном состоянии не видела.
- Оставь его, Елена. Он сам разберётся со своими проблемами.
- Я просто переживаю за него.