Хрисалида

– Добрый, коль не шутишь, – прогудел гном с бородой, заплетённой во множество косичек. Каждая из них была перевязана симпатичной голубой ленточкой и украшена мелкими цветочками василькового цвета, поразительно сочетавшимися с васильковым цветом его глаз. Длинные ресницы накрашены в тон цветов, пестревших в бороде. Ярко-малиновая помада выделяла губы, прятавшиеся между усами и бородой. Волнистые каштановые волосы водопадом падали на плечи. А из мочек ушей свисали красивые серьги с ярко-синими камнями.

Хрисалида опешила. «Это, что ли, гномиха?»

Её удивлённый уморительный вид рассмешил докториху.

– Бедненькая, вероятно, гномов никогда не видела, – прогудела гномиха, рассмеявшись низким грудным голосом. – Меня Нария зовут, – представилась она, добродушно улыбаясь. – А моего мужа – Грор, – показала она на сурового низкорослого дядьку с окладистой, почти чёрной бородой. Его кустистые брови слегка прикрывали небольшие чёрные глазки, хитро смотревшие на дриаду.

– Очень приятно, – прошептала девушка. – Я – Хрисалида.

– Вот и замечательно, что все познакомились, – воскликнул эльф. – Пойдём дальше, и я дорогой расскажу, чем занимаются наши милые гномы. 

– До свидания, – вежливо попрощалась дриада и поспешила за магистром.

– Эти супруги – наши самые высококлассные хирурги. Лучше них в округе никто не оперирует. И в команде, и поодиночке они просто незаменимы в нашей клинике, – рассказывал маг, стремительно перемещаясь по лечебнице. – К сожалению, сейчас здесь нет  драконов. У них какой-то важный клановый слёт. Но как только они появятся, ты вряд ли пропустишь это фееричное событие. Астер Алусиян и Альдона Астерия – драконы огненной и водной стихий соответственно. Брат и сестра, помогающие страждущим силой своих стихий. Привет, Стебеликус, – поздоровался эльф в ответ на приветствие из открытой двери. – Это наш лаборант, – не останавливаясь, бежал дальше маг. – О, фея Флавия, добрый день, – улыбнулся он, притормозив возле хрупкой миловидной девушки с белокурыми волосами. Её огромные глаза отливали серебром непролитой росы. Розовые пухлые губки растянулись в радостной улыбке.

– Здравствуйте, магистр Летящий сокол, – поздоровалась она, слегка приседая в реверансе.

Её голосок звучал серебристой флейтой, а от неё самой исходил тонкий аромат розы.

– Знакомьтесь, Флавия, это дриада Хрисалида, наш новый сотрудник. Пока она практикантка, но надеюсь, в самом ближайшем будущем она будет нам всем помогать в лекарском деле, – порекомендовал маг девушку. – Флавия – наш фитотерапевт. Всех, кого угораздило заболеть простудой, мы направляем к ней, – представил он фею дриаде. – В основном её пациенты – люди. Маги редко простужаются.

– Уважаемый магистр Великий лекарь, – обратилась Лидди к эльфу, когда они отошли на приличное расстояние от феи. – А кто та красивая светлая эльфийка, навестившая вас во время сканирования моей ауры?

– Анариэль, – громко скрипнув зубами, произнёс маг. – Моя невеста. Она здесь не работает. Но появляется регулярно, чтобы навестить меня и, как она считает, развеять мою тоску. Хотя, поверьте мне, Хрисалида, скучать тут вам не дадут. Да и некогда!

– Простите меня за бестактность, магистр Великий лекарь, – грустно пролепетала девушка. – Я не подумала, что вам неприятно говорить об этом.

– Перестань, Хрисалида, – иронично усмехнулся маг. – Любопытство – не порок! Но знаешь, давай не будем больше затрагивать эту тему. Пойдём дальше, впереди у нас пациенты, – взбодрился магистр, набирая скорость.

По крытому переходу они прошли в другой корпус и попали в лечебный стационар. Палат было несколько, но не все заняты. Эльф открыл дверь в первую по ходу комнату и отступил, пропуская дриаду вперёд. Сначала удивлённо притормозив, девушка всё же нерешительно вошла в светлое и просторное помещение. Здесь было тихо. Вдоль стен разместились две кровати, но только одна была занята. На ней лежала молодая женщина человеческой расы со сломанной ногой, плотно обмотанной и вытянутой на растяжке.

– Добрый день, госпожа Николетта, – поздоровался маг.

– Здравствуйте, Великий магистр! – радостно отозвалась она.

– Как ваше самочувствие сегодня?

– Спасибо, хорошо, – весело сказала женщина. – С тех пор, как у нас появился аспирант, жизнь стала веселее. Он часто заходит ко мне и рассказывает новости и смешные истории.

– Замечательно, – усмехнувшись, сказал эльф. – Так и отмечу в его ведомости по прохождению практики. Выздоравливайте, госпожа Николетта, всего доброго.

– Великий лекарь, – обратилась дриада к шефу уже в коридоре. – А почему нога пациентки подвешена кверху?

– Для лучшего оттока крови от конечности, чтобы не было застоя, пока она находится неподвижно. В противном случае будут сильные отёки. Кости людей сращиваются медленнее, чем у магических сущностей. Николетта позавчера неудачно упала в погреб. У неё сложный перелом со смещением. Но думаю, через неделю она уже будет здорова, – обнадёжил маг дриаду.

– Благодарю вас.

– В этой палате у нас никого нет, больной выздоровел и отправился домой, – сообщил маг, проходя мимо пустой комнаты. – А здесь, – он остановился возле закрытой двери и тяжело вздохнул. – Тут у нас тяжелобольной полудемон. И вся уникальность этого пациента в том, что он уже несколько дней находится в коме.

– Не понимаю, в чём же необычность? – удивилась дриада.

– А в том, дорогая моя ученица, что у демонов или полудемонов регенерация настолько высока, что они практически неубиваемы. И повреждения подобного характера, как у него, просто исключительны! У меня есть несколько версий такого его состояния, но пока мы это с тобой обсуждать не будем, – твёрдо произнёс магистр, открывая дверь в помещение.

Эта комната, так же как и та, первая, была большой и светлой. Окна сияли чистотой, накрахмаленные светлые занавесочки, казалось, хрустели от одного взгляда на них. Кровать была тут только одна, но какая! Широкая полутора спальная, с высоким матрасом. Вдоль другой стены уютно разместились диван и два кресла. Маленький круглый столик на колёсиках скромно приткнулся рядом с ними. Пациент лежал неподвижно, словно спал. Только бледная кожа на лице, да синий ободок вокруг пухлых красивых губ говорили о том, что он не здоров и вовсе не спит. Его широкая грудная клетка тихо поднималась и опускалась во время нестабильного дыхания. На шее за шнурок был подвешен медальон, светящийся сейчас неярким фиолетовым светом. Казалось, что сияние идёт неравномерно, а будто бы пульсирует.