Страница 45 из 101
Она лежала с закрытыми глазами и представляла себя вороной. Шум телевизора за стеной не давал ей сосредоточиться. В голову лезли посторонние мысли, которые появлялись из ниоткуда, и в самый ответственный момент отвлекали её, когда всего, — вот столечко не хватало, - чтобы войти в образ.
Геля открыла глаза. Ну разве так можно работать… Пойти, попросить бабушку, сделать звук потише? Бабушка добрая, она поймет… Ведь у внученьки на носу премьера.
Но стоит ли, строить из себя великую актрису? Может это просто, Гелины капризы и оправдания. А на самом деле – нет у неё никакого таланта… Потому что, настоящей актрисе для того, чтобы войти в образ - не требуется никаких специальных условий. Настоящий гений перевоплощений, способен проявить себя и так. А намеренное создание атмосферы – это условности для людей с недостаточным воображением. Так, - оболочка, а не образ - приспособления, костыли…
Настоящий актёр, способен сыграть роль так, - чтобы зритель сразу же безошибочно узнал в нем его героя, - даже без грима, сценических декораций, и без костюма. Это значит, что дело не в телевизоре, а в том, что она недостаточно над собой поработала. Нужно снова и снова собраться, настроиться и погрузиться в образ…
Хотя… звук телевизора можно было бы, конечно, убавить. Но нельзя, - убавить стук капель дождя по подоконнику или шум машин... Нужно просто принять окружающий мир таким, какой он есть… Успокоиться, набраться терпения, и попытаться снова.
Геля удобно устроилась на кровати, прислонилась спиной к мягкому изголовью, подобрала под себя колени и сверху положила на них подушку. Уперлась в неё локтями, опустила подбородок на ладони… Убедилась, что ей удобно, закрыла глаза, и в который раз, начала погружение…. Она надеялась – что сейчас, всё обязательно получится.
Для начала, нужно освободить сознание, от всего постороннего и ненужного. Мысли… - вон! Не нужно обращать на них внимания. Всё под контроль. Добиться полной пустоты, - до состояния чистого листа. А после, когда внутренний диалог утихнет – представить себе до мелочей, все детали… собрать их воедино, - и получиться желаемый образ…
Поначалу, было всё, как всегда. Гелю донимали мысли. Как непоседливые муравьи, они лезли со всех сторон – и при этом, от них не было никакого толку. То ей вспомнился ни с того ни с сего - соседский спаниель с каштановыми кудряшками, семенящий на поводке… то, - школьная подруга Катька, с её жалобами на Гошку с соседней парты (он нарисовал смешную рожицу у неё в тетради)… то - строгая Антонина Михална, которая вызывала Гелю к доске, когда она была к этому не готова… то, - поздравительная открытка с букетиком роз и цветными блёсткам ( скоро у бабушки День рождения, и её нужно не забыть поздравить)… то, - любимый торт наполеон (а, это – уже, вообще, ни в какие ворота), следом за ним - мороженное с клубникой… Мороженное!... (причём тут, мороженное – ерунда какая-то) ... потом - зоопарк, кинотеатр, книжный магазин… Да, сколько, можно! В конце-то концов… Хватит! Откуда столько мыслей? Ведь, я их не думаю. Они сами – лезут и лезут… Не голова – а, муравейник какой-то.
- Мысли! – скомандовала она, про себя безмолвно. – А ну, кыш отсюда. Мне сейчас не до вас.
И словно, по мановению волшебной палочки, мысли притихли, и начали таять как предутренний туман... Вместе с ними, ушло внутреннее напряжение. Геля почувствовала расслабление, и наступила полная тишина…
Она ещё никогда не ощущала такой тишины. Это было так необычно и так приятно. Вам когда-нибудь говорили, что тишину можно слушать? Так вот, это было именно такое состояние. Она слушала тишину и наслаждалась. Полная пустота и безмолвие. Ни звука телевизора… ни капели дождя… ни машин за окном. Нет, даже самого окна. Внутри себя, Геля оказалась совсем в другом мире. Настолько другом, - что здесь не было даже самой себя…
Вот теперь, - можно приступать. Только очень внимательно и осторожно, чтобы ничего ненароком, не нарушить.
С чего начать?
А начну-ка я с головы… Она представила - округлый лоб… длинный, острый, блестящий клюв… бусинки глаз, с озорным, любопытным взглядом…
Теперь, крылья… У основания - мелкие пёрышки, как чешуйки. Дальше, - перья побольше. А на концах, - совсем длинные… чёрные как антрацит, с кобальтовой синевой.
Лапки, - тонкие, но достаточно крепкие и сильные… с блеском черной лайковой кожи и с цепкими коготками.
Геля чувствовала, как наполняет себя подробнейшими деталями, и её сущность - плавно перетекает в этот образ.
И тут, её шея вытянулась, и голова повернулась в сторону. Она открыла глаза, но при этом - не смогла узнать свою комнату. Несмотря на то, что комната была всё той же, - она воспринималась по-новому. Геле было не знакомо это ощущение нового восприятия. Если раньше, она смотрела и видела только то, что было перед собой - то, теперь, благодаря, тому, что глаза у неё были, расположены, как у птицы, - она видела всю комнату, как на ладони. Окно… стена… письменный стол с монитором… книжные полки… - другая стена с входной дверью и встроенным одежным шкафом, - третья стена с фотообоями, а под ней, её кровать. Как такое, вообще, возможно – смотреть, не поворачивая головы, и видеть сразу все, со всех сторон?
- Ух-ты! – хотела она воскликнуть, но услышала лишь звонкое: – Каррр!...
Геля почувствовала, как у неё защекотало в гортани. После «каррр», она с удивлением услышала, как начала издавать непонятные курлыкающе звуки. Попыталась что-то сказать, но услыщала снова - «каррр» … И тогда, она решила проверить – не переборщила ли она с перевоплощением. Покрутив головой, Геля ощутила, как её шея послушно поворачивается в разные стороны, как на шарнирах. И от этого непривычного впечатления у неё едва не закружилась голова.
Это просто, невероятно. Разве так бывает? Может, это сон? Нет - не сон. Это всё по-настоящему. Все вокруг было настолько осязаемым и чётким, что куда там новейшим технологиям в кинотеатрах с их спецэффектами, передающими реальность.