Страница 16 из 101
Театр сильнее всего воздействует тогда, когда он делает нереальные вещи реальными. Тогда сцена становится перископом души, позволяющим заглянуть в действительность изнутри. (Франц Кафка)
- Кларрра, Кларрра, - прочитала с листа Ляля реплику из сценария.
Ляля. А точнее, Ляля Амировна. Она художественный руководитель детского драматического театра. Черноглазая красавица, с мягкой и доброй улыбкой, с бархатной кожей и лёгким румянцем на восточных скулах. В общем, настоящая персидская принцесса, ни дать, ни взять. Дети в театре её обожают.
- Карр, каррр… - ответила, а точнее, прокаркала в ответ ей Геля.
Геля, с виду, такая же, как и тысячи девочек-подростков её возраста - худенькая, стройненькая, с чёрными волосами, подстриженными в аккуратное каре, с большими зелёными глазами, и с широко распахнутыми длинными ресницами. В отличии от своих сверстниц, Геля почти не носит украшений. Кроме одного - речного камня, в форме отшлифованного сердечка. Она нашла его год назад и загадала, что когда-нибудь он принесёт ей счастье. С тех пор, так и носит его на шее, на шнурке. Из всех цветов в одежде, она предпочитает чёрный. Нет, это не из-за депрессии, и она не странная. Она не гот или какой-нибудь неформал. Просто, Геля, необычная. Она не похожа на остальных. Этим цветом, она подчёркивает свою индивидуальность.
Вообще, она девочка очень способная и одарённая. Правда, знает об этом, только её бабушка. Потому что, учителя и одноклассники, пока ещё этого не заметили. По успеваемости в классе, Геля находится в самой середине. Ребята не дразнят её «зубрилой», как некоторых отличниц и зануд. Но и к тем, кто едва справляется с учебой, она тоже, не относится. Учиться спустя рукава – это не в её правилах.
Чтобы девочка развивалась, а по возможности, даже открыла в себе талант, бабушка записала её в детский театр, на курсы актёрского мастерства. Не сказать, чтобы Гелю эта идея привела в восторг, но она отнеслась к бабушкиной заботе с уважением. Она вообще, очень-очень любила бабушку. И теперь, терпеливо разучивала роль, которая ей совсем не нравилась.
- Ты сейчас ракррроешь клюв от удивления, Кларрра, – Ляля намеренно произносит фразы с ярко выраженной вороньей интонацией, чтобы помочь Геле вжиться в роль и погрузиться в образ. - Эту девочку зовут Геррда.
- Герррда?! – Геля очень старается, она не хочет разочаровать Лялю Амировну, ну и конечно, бабушку (хотя сегодня бабушки нет на репетиции).
- Наша родственница, Сорррока, ужасная сплетница. Она все новости пррриносит нам на хвосте. Она ррасказала нам вашу историю, – обращается Ляля к пустому месту. Ну, на самом деле, на репетиции, подразумевается, что на этом месте стоит Герда. Но, у Лены Колоды, которая играет Герду, заболело горло. Она поспорила с девчонками и съела на спор три порции мороженного. И поэтому сегодня не пришла.
- Каррр… - отвечает Геля.
- Кларра, это ещё не всё. Я пррредполагаю, что жених принцессы это и есть Кай.
Тишина… Ответа от Клары не последовало. По кислому выражению лица Гели, и по последнему «карр». Которое прозвучало не как у вороны, а как у расстроенного и готового расплакаться воробушка, Ляля заметила, что с девочкой что-то не то.
- Геля, соберись. У нас ведь через два дня премьера.
Геля села на край импровизированного бутафорского дупла. Она очень старалась и сдерживалась. Но сейчас её терпение лопнуло. В знак протеста, она скрестила руки-крылья, с тряпичными лоскутами перьев, на покрытой чёрными блёстками груди, и возмутилась:
- Ну, сколько можно. Это не текст, а просто, издевательство какое-то. У других, слова как слова. А у меня, только «Каррр», да «Карр». И костюм этот… Мне в нём жарко и не удобно. А ещё, это клюв…
Она постучала по огромному импровизированному клюву, притороченному к шапочке на голове.
- Это разве клюв? Это рог, какой-то. Чувствую себя не вороной, а чёрным единорогом.
Ляля прыснула. И не в силах сдержаться, звонко рассмеялась. В подтверждение слов, девочка, стала скакать по сцене и действительно очень похоже изображала единорога.
- Может быть, тебе точно стоит сменить амплуа?
- Что, сыграть вместо вороны, единорога? – спросила она, хотя была уверена, в сказке «Снежная Королева» нет такого персонажа.
- Нет, – Ляля Амировна перестала смеяться, стала серьёзной и сказала. – Если тебе не нравится театр. И ты не готова принять и полюбить предложенную тебе роль. Тогда, отправляйся в цирк. Будешь клоуном. Пародировать лошадей у тебя неплохо получается.
Геля поняла, что была не права. И своим поведением, возможно даже обидела художественного руководителя. Но, её тоже можно понять. Она пришла сюда учиться актёрскому мастерству. А вместо этого, ей предложили сыграть какую-то ворону.
- Не хочу в цирк. Не хочу клоуном, – со стороны Геля была похожа на маленькую капризную девочку. – Мне очень нравится театр. Ну, почему, ворона? Что больше нет никаких нормальных ролей?
- А чем так плоха ворона? – это был даже не вопрос, - на лице Ляли Амировны читалось непонимание.
- Как чем? – Геля беспомощно помахала крыльями, как будто хотела стряхнуть с себя нелепое одеяние. От обиды она была готова расплакаться. – Ляля Амировна. Ну, вы сами посмотрите. Что это за роль? За весь спектакль, в обоих действиях, я выхожу на сцену всего три таза. Вот в этом…
Она продемонстрировала, свисающие до пола тряпичные крылья. И поочерёдно повернула голову. Сначала вправо, - а потом, влево. Тем самым демонстрируя огромный блестящий клюв. По спокойной реакции Ляли Амировны, Геля поняла, что не вызвала у художественного руководителя сочувствия. Обречённо вздохнула, подошла к декорации дерева, на котором по сценарию должен был сидеть Карл, и с размаху стукнулась в него клювом.
- Не нужно портить реквизит, – Ляля Амировна была непреклонна. – Успокойся и соберись. И вообще, между прочим, это очень хорошая роль. Ты даже себе не представляешь… Это же - ворона Клара!