Страница 12 из 169
— Нет, — покачал я головой, — я предсказатель, предсказываю всё, что случится в течение определённого периода времени.
— Вот оно что, — кивнул Олливандер, — тогда эта палочка просто создана для вас. Не возражаете, чтобы я описал своему коллеге к кому именно попала эта палочка. А ваш дар контролируемый?
— Да, — кивнул я.
— Понятно… Что же, с вас… Десять галлеонов. Кхм… Невероятно! Многие предсказатели всю жизнь тренируются, пытаясь вывести свой дар в ранг «контролируемый», чтобы предсказания были не спонтанными! А тут вы… Да ещё с такой палочкой. Она не особенна сама по себе, но тот, кого она выбрала — делает её особенной! — радостно сообщил Олливандер.
— Мистер Олливандер, — позвал я его, отсчитывая монеты, — а что вы можете сказать о древесине? Вы описали сердцевину, а влияет ли как-то древесина…
— Палочка выбирает волшебника, молодой человек, но лишь волшебник выбирает магию. Впрочем, аксиома то, что некоторые палочки предрасположены к определённому колдовству и имеют свой, как бы, характер. Одни послушны, вторые переменчивы, третьи — никогда не предадут своего хозяина, даже после его смерти, а их противоположности, наоборот, предадут… Палочка с жилой дракона - быстрее прочих склоняется к тёмной магии, палочка с волосом из хвоста единорога - почти не способны на тёмную магию, но взамен - довольно преданы своим хозяевам… В основном, именно эти характеристики зависят от материалов. Но стоит учесть ещё и то, что сама по себе палочка — «решает» кого ей избрать во владельцы. Это также зависит от предрасположенностей волшебника. Ваша палочка — уникальна тем, что её сердцевина из хвоста птицы-гром, хотя Американских волшебников — много с такими палочками, но это там, в Америке… Особенно её любят Авроры. А что касательно древесины… «Вишня - очень редка для волшебных палочек, это дерево создает палочки удивительной силы. Больше всего они ценятся студентами японской волшебной школы Махотокоро, где быть владельцем вишневой волшебной палочки считается особо престижным. Западные покупатели волшебных палочек должны выбросить из головы мысли о том, что розовые цветы живого дерева делают их легкомысленными или чуть ли не декоративными, потому что из вишни получаются палочки, обладающие действительно смертоносной силой, независимо от сердцевины. Но если она соединена с сердечной жилой дракона, то она ни в коем случае не должна попасть в руки волшебнику без исключительного самообладания и силы ума» — вот что я помню из выписки моего деда о древесине… А её соединение с пером птицы-гром — довольно уникальная ситуация, посмотрим, что выйдет, — завершил лекцию ободряющей улыбкой Олливандер.
— А можно мне ещё набор по уходу за палочкой? — робко спросил я.
— Конечно! — просиял Олливандер. — Набор с инструментами для полировки, лаком — стоимость пять галлеонов.
Монеты со звоном опустились в руку Олливандера, и мы покинули помещение.
— Теперь домой, уникальный ты наш, — сказал дед.
***
Домом он обозвал дом Рэйджев, в Саутенд-Он-Си. Стоило мне прибыть, как меня встретила мама с папой. Появились мы в богато украшенной гостиной. Рассматривая гостей, а тут были ещё люди, я нашёл серьёзно смотрящую на меня Талиссию, ряд мальчишек и других взрослых людей.
Взрослые тут же отделили детей от себя, сказав, что когда придёт время делить торт, нас позовут. Тогда же мне и выдадут подарки. Меня же, дедушка толкнул к детям, и мы начали общение. Самой старшей здесь была именно Талиссия Гринграсс, она же и попыталась взять негласное шефство надо мной и моими ровесниками, но быстро потеряла его, когда мы двинулись всей гурьбой играть в снежки…
Снежная баталия шла с успехом, в мою пользу, естественно. Мне нужно было именно это… Сбросить пар, хотя смерть тех ничтожеств-дампиров и помогла, но не полностью.
— А ну прекратите! — прокричала Талиссия.
— Да ну тебя, Талиссия, — возмутился Джой Селвин, чёрноволосый мальчик одиннадцати лет, — подумаешь, нашлась тут командирша…
— Мы должны вести себя подобающе! — прокричала Талиссия.
— А то что? — ехидно спросил Джейрис Малсибер, рыжеволосый, слишком большой для своих десяти лет, мальчик. — Заколдуешь нас? Нет, кишка у тебя тонка… Ты правила не нарушишь!
— Ах ты… — договорить она не успела — Малсибер вметелил ей снежком в лицо.
— Так тебе и надо! Тоже мне, курица-наседка, — загоготал Малсибер.
Обстоятельства требуют вмешаться и отстоять честь невесты. Что же, это может быть интересно. В следующую секунду белый снежок влетел уже в рожу Малсибера.
— Рэйдж, ты что творишь! — прокричал он, отплевавшись от снега.
— Ну… Она моя невеста, как мне сказали…
— О-о-о-о, — протянул один мальчик, — жених и невеста! А-ха-ха-ха-ха! — заржал он как конь.
— Ты вообще кто? — спросил Селвин.
— Что? — недоумённо спросил полноватый мальчик с каштановыми волосами. — Я Питер Петтигрю.
Ну привет, крыса, — пролетело у меня в голове.
— Понятно, — фыркнул Селвин, — тогда ты ничего не знаешь.
Я подошёл к Талиссии и помог ей отряхнуться.
— Аристократы заключают помолвки ещё в раннем детстве, и таким «магловским», — буквально выплюнул это слово Селвин, — способом пытаться кого бы то ни было из нас оскорбить — не стоит. Никто это не воспримет, как оскорбление. А Алекс — был в своём праве, — он взглянул на Малсибера.
— Леди, прошу меня простить, был не прав, — быстро сориентировался Малсибер.
Хотя — он имел право устроить со мной драку, и если бы победил — то претензий бы к нему не было, но тот, видимо, рассудил, что не стоит портить чужой праздник дракой.
— Дети, — позвал нас голос из дома, в котором я узнал голос своей матери, — пора кушать.
Вопреки нашему возрасту — никто не побежал, не ломанулся. Подтверждая утверждение Селвина, а именно то, что мы все аристократы — мы пошли ко входу, где Тиан, вздохнув, высушил нашу одежду и препроводил в гостинную.
Дальше пошли подарки. Семейство Селвинов — преподнесло красивую мантию. Хм, не придётся идти в ателье, чтобы купить её перед поездкой в Хогвартс. Кто-то подарил «Вредноскоп», кто-то амулеты, слабенькие артефакты. День рождения прошел на ура…
Я же всё время косился на Талиссию Гринграсс. Мне плохо давалось сканировать эмоции, но сейчас от неё фонило просто невероятной виной.
— Мисс Гринграсс, — я перехватил Талиссию в коридоре, — что-то не так?
— С чего вы взяли, мистер Рэйдж? — удивлённо спросила Талиссия.
— Я чувствую, вы как будто виноваты передо мной. И смотришь таким взглядом, будто извиняешься…
— Ум… Я не хочу об этом говорить, — сказала она, собираясь уйти.
— Это связано с Хогвартсом? — остановил я её. — Ты там встретила мальчика, который вам нравится, но ваше семейство — хочет, чтобы вы вышли за меня, мисс Гринграсс. И вы разрываетесь между своей маниакальной любовью к правилам, долгом аристократки и своими чувствами, — в конце концов — она просто ребёнок, таких просто прочитать.
— Откуда ты…
— Не стоит недооценивать мои способности к анализу, — сказал я, — вот что… Давай просто подождём.
— Подождём?
— Да, — кивнул я, — помолвку проводят, когда обоим супругам по четырнадцать лет, этого хватит и тебе и мне, чтобы определиться. Мы не нарушим правила, и ты сможешь разобраться в себе. Я даже согласен не говорить взрослым о твоём… положении.
Гринграсс начала удивлённо пялиться на меня.
— Что пялитесь, мисс Гринграсс? На мне узоров нет, и цветы не растут. У нас есть четыре года, чтобы определиться что для нас важнее — долг или чувства, — хотя я уже давно решил, что важнее чувства. Чувство независимости. Я старше своего деда в два раза, а он мне выбирает подружку! Неслыханная дерзость! Если Талиссия Гринграсс не будет привлекать меня, как девушка, к моим четырнадцати годам, я просто найду ту, кто будет, и плевал я на род Рэйдж, они мне никто и звать их никак.
— Хорошо, я согласна, — кивнула Талиссия. — Только если я в итоге решу…
— Итоговое решение будет за мной, — оборвал я её, — я всё равно получу всё, что посчитаю нужным и без помощи рода Булстроуд, и без помощи отца и матери, и без помощи рода Гринграсс. Если я поставлю себе цель — я её добьюсь вопреки всему, — сказал я, посмотрев в ясные глаза Талиссии, — и если в мои четырнадцать лет, я буду видеть в вас свою женщину — вы ей станете, мисс Гринграсс. Уж поверьте, — усмехнулся я.