Страница 52 из 95
– Ты о брате подумала?
– Только о нем и думала, – она растерялась, но все же твердо ответила.
– Почему у меня деньги не попросила?
– Я привыкла решать свои проблемы сама, а не навязываться человеку, которому на хрен не нужна.
Я не смог ответить. Потому что права. Во всем права.
Я вспылил, не разобрался, сразу вычеркнул ее из своей жизни.
Был не прав. Только пропасть между нами сейчас этими тремя словами не преодолеть. Все намного серьезнее.
– Не переживай, операцию Ване сделают сегодня или завтра, – меняю тему разговора.
– Я отдам тебе деньги.
– Они не нужны. Операция бесплатная.
– Но…
– Почему не сказала раньше о брате, почему? – нет, не могу промолчать. Мне нужны ответы. Сейчас.
– Потому что хотела немного счастья, – я непонимающе уставился на нее, при чем здесь счастье и брат. Лиза смотрела на меня безотрывно, по щеке катилась одинокая слеза. Я хотел подойти к ней, обнять, но она выставила вперед руку, показывая, чтобы не подходил. – Когда произошла трагедия, у меня был парень, мы жили вместе, снимали квартиру и собирались пожениться. Но он отменил свадьбу, когда на моих руках остался проблемный ребенок, – она вытерла слезы, сделала глубокий вдох и шумный выдох. – Он просто молча собрал мои вещи из нашей квартиры и выставил в подъезд. Вторым моим мужчиной стал брат владельца Максимума, он не был таким молчаливым, как первый. Он вывалил на меня все, что думает по этому поводу. А именно, что такие, как я, должны сразу предупреждать о наличии такой проблемы в семье, как инвалид. Я до сих пор помню, с каким призрением он говорил, что я могу быть только любовницей. На большее мне рассчитывать не приходится, так как ни один нормальный мужик не примет меня с таким грузом. Вот ты сейчас все знаешь, ты готов связать свою жизнь со мной? Готов?
– Прости… – я не могу ответить, не потому что не готов, а потому что просто до сих пор не соображаю. Семен, врач, брат, прежние мужики. Так и хочется закричать: люди, остановите землю, я сойду!
Но Лиза делает неправильные выводы.
– Ничего страшного. Ты не первый, – она опускает голову и больше не смотрит на меня.
И от этой фразы захотелось кулаки об стену разбить в кровь, я для нее сейчас такой же, как тот мудак, который бросил ее, как только с ней случилось несчастье. Я такой же, как и второй. И я не могу ничего возразить против. Но я на все готов, лишь бы она не смотрела на меня вот так, как сейчас, печально и разочарованно.
Я хочу в ее глазах видеть другое. Пусть пока не любовь, но хотя бы интерес. Я загибаюсь без теплоты в ее взгляде. Я сам не заметил, когда я стал завесить от него.
****
Я не спал всю ночь, утром приехал снова в больницу. Но зайти в палату так и не решился. Сидел возле нее и держал в руках маленький букет кустарных белых роз.
– Что ты здесь делаешь?
Я поднял взгляд с пола вверх и увидел ее, она стояла посреди коридора, на левой ноге гипс, сама она держится на костылях.
– Почему ты не в палате? – бесцветно и сухо спросил я.
– А ты уверен, что имеешь право задавать подобные вопросы.
– Знаю, что не имею. Но все равно спрашиваю.
– Надоело сидеть в палате. Захотелось свежего воздуха.
– Ты выходила на улицу?
– Да.
– Прохладно, на улице дождь моросит, – она сейчас такая маленькая и хрупкая, стоит в одной футболке, на коже блестят капли дождя. – Ты могла простыть.
– Не нужна мне твоя забота, Руслан. Не приходи больше, очень прошу.