Страница 50 из 95
– А она у тебя еще та штучка, – комментирует Дема.
– Не у меня, – отвечаю я, пожирая ее глазами.
– Ставки делать будете? – к нам подходит парнишка с каким–то гаджетом. – Поторопитесь, скоро старт.
– А на кого ставят больше всего? – спросил Демьян.
– Сегодня все ставят на Лизу, она победительница позапрошлого чемпионата.
– А прошлого? – сорвалось с моих губ.
– А в прошлом она не участвовала. Но никто не может побить ее рекорд, у нее самый высокий показатель.
– Ну, хорошо, ставлю на Лизу, – говорит друг, отсчитывая купюры.
Лиза, действительно, лучшая, то, как она прошла первый круг и вырвалась вперед, меня восхитило. Я следил только за ней. Дыхание замирало, как только она подъезжала к очередному крутому повороту. Но она плавно и на огромной скорости входила в них. Я впервые видел подобное. Она будто одно целое с байком, плавные движения ее корпуса в сторону и ее зверь подчиняется ей, входит в поворот и, не сбрасывая скорости, рвется вперед, она вырывается в лидеры. После второго круга преследователей за ней почти не осталось, а я укрепился в своем мнении, что она окончательно выветрила все мозги, напрочь. На такой огромной скорости творить подобное, надо быть отчаянной и обезбашенной идиоткой. Остался последний круг, я с замиранием сердца слежу, как рвется она к надписи «Финиш». Трибуны гудят и скандируют. Многие предвкушают огромный выигрыш.
Но в одну секунду ситуация меняется, рев мотора, клубы дыма и ее несет в сторону. Люди замолкают и в гробовой тишине я вижу, как ее выкидывает из байка, и она летит мешком на землю.
Я не помню, как сорвался с места, как перепрыгнул через ограждения, как бежал впереди всех. Я упал на колени перед ней и не мог больше пошевелиться. Я не знал, что делать. Только смотрел в ее глаза. А она смотрела в мои, точно так же, как еще вчера ночью смотрела на меня с нежностью и преданностью. Протянул руки, чтобы снять с нее шлем.
– Не трогайте ее, – услышал голос рядом.
– Что? – мне кажется, что я разучился понимать человеческую речь, мне что–то говорят, а я понять не могу.
– Ее нельзя трогать, вдруг поврежден позвоночник. Врачи уже здесь. Отойдите, не мешайте медикам работать.
Меня оттолкнули, и я с трудом поднялся на ноги, сделал несколько шагов в сторону и снова осел на землю. По телу шла такая дрожь, что я не мог даже осмыслить то, что только что произошло. Я не мог поверить, что это произошло с нами. Еще прошлой ночью я любил ее в своей постели, а сейчас она … жива ли? Её увезли на скорой, люди спешно покинули место несостоявшегося мероприятия, а я сидел один посреди поля и смотрел на ее шлем. Его все–таки сняли. Я поднял шлем с земли – это все, что у меня осталось от нее.