Страница 30 из 95
Мы спускаемся на первый этаж, молча проходим мимо персонала, Сергей с ребятами провожают нас взглядами. Руслан всю дорогу молчит, а я и не спрашиваю, догадалась, куда он меня везет. У меня прекрасная память, дорогу я запоминаю сразу, стоит мне один раз проехаться по маршруту. Он везет меня к себе.
– Зачем мы здесь? – спрашиваю я, присаживаясь на диван в гостиной.
– Сейчас приедет доктор, осмотрит тебя.
– А мы не могли сами приехать в больницу?
– Нет, не могли, – он небрежно бросает пиджак на кресло. – Или тебе хочется заполнять кучу бумажек. Объяснять откуда у тебя на всю грудину синяк.
– Не хочу.
– Сильно тошнит? – уже более спокойным и обеспокоенным голосом спрашивает он, присаживаясь рядом со мной.
– Немного.
– Вот еще и сотрясение. Твою мать, – он встает и идет на кухню.
Возвращается через пару минут со стаканом воды в руках.
– Попей.
– Спасибо, – делаю пару глотков и ставлю стакан на столик рядом с диваном. –Мы уехали, в клубе никого из администрации не осталось.
– Серега там.
– Ты же его уволил.
– Он остался, скорее, как друг, нежели, как подчиненный.
Не понять мне мужской дружбы.
– Ты, правда, его уволишь?
– Я не меняю своих решений. Никогда.
От продолжения разговора нас отвлекает звонок в дверь.
– Доктор пришел, – Руслан уходит открыть дверь.
– Добрый вечер, Елизавета, – в комнату входит мужчина лет сорока пяти. Отлично одет, очки в золотой оправе, часы на руке минимум за тысяч пятьдесят. Ставит на столик рабочий кейс. – Приступим к осмотру.
– Да, – тихо отвечаю я, не решаясь раздеться перед Русланом. Знаю, что он уже не единожды меня видел в белье, но все равно смущаюсь. Руслан понимает все правильно и выходит из гостиной.
– Н–да, – смотрит врач на мой синяк. – Ну и угораздило вас. Сделайте сильный вдох.
Я покорно выполняю его просьбу.
– Больно дышать?
– Немного.
– Я осмотрю, хорошо?
Я киваю. Врач надевает латексные перчатки и ощупывает место побоя.
– Ничего страшного я не вижу. Перелома ребер нет. Грудь болеть будет. Все–таки удар не слабый был. Руслан сказал, что вы попали в аварию и сильно ударились о руль, так?
– Так, – тихо отвечаю я, избегая прямого зрительного контакта с доктором.
– Тошнота, рвота, головокружение?
– Все, кроме рвоты.
– Выпишу таблетки. А эту красоту будете мазать мазью. Мазь хорошая, поможет сразу, – он кладет рецепт на столик и снимает перчатки. – Руслан Дамирович, мы закончили.
– И как? – спрашивает прямо с порога мужчина.
– Ушиб и травма головы. Могло быть и хуже. О сотрясении говорить еще рано. Если ночью начнется рвота, то позвоните мне, предупредите. В этом случае я буду ждать завтра утром в отделении, проведем обследование.
– Ясно, – коротко отвечает он, выдыхая с облегчением.
– Разрешите откланяться. Выздоравливайте, Елизавета. И в следующий раз поосторожнее на дороге.
– Я постараюсь. До свидания.
Я осталась стоять в дверях гостиной и видела, как Руслан заплатил врачу за вызов на дом.
Прилично заплатил. Тремя пятитысячными бумажками Руслан расплатился не только за квалифицированную медицинскую помощь, а еще за молчание и конфиденциальность.
– Я верну тебе эти деньги, – говорю я, как только дверь за гостем закрывается.
– Отработаешь. Завтра же займешься поиском нового начальника службы безопасности, – я хочу снова попытаться уговорить его поменять решение, но он обрывает меня. – И это не обсуждается, – он идет на кухню, я плетусь следом. – Ужинать будешь?
– Буду, – я целый день ничего не ела, кроме двух чашек кофе.
– Давай тогда закажем что-нибудь. В моем холодильнике нет ничего, кроме минералки.
– Заказывай.
– Ты прям сейчас сама покорность, – он усмехается. – Почему, чтобы вы – дамы – стали покорными и послушными, вам перед этим надо конкретно накосячить?
Риторический вопрос. Оставлю без ответа.
– Руслан…
– Молчи. Лучше молчи, Лиза.
Он подходит ко мне вплотную. Не прикасается, только смотрит. А во взгляде черти пляшут. Он опускает голову, тянется к моим губам, но в миллиметре от них отворачивается, но не спешит увеличить дистанцию между нами.
– Лиза.
– Теперь, ты молчи. Ничего не говори, – мы смотрим друг на друга и понимаем, что не имеем право переступать эту черту. Он начальник, я его подчиненная. Это единственный формат наших отношений. Другого варианта нет. – Мне пора домой.