Счастливое завтра

Эрика нет около двух часов. Я начинаю волноваться. Но мои опасения развеивает Максим, которые сообщает мне, что Эрик уже на подъезде к поселку.

Оставшееся время до приезда Эрика, я коротаю за игрой в карты с другом моего мужчины и Аней. Эта парочка решила играть на желание. Такие дурочки. Я соглашаюсь, ведь прекрасно понимаю, что буду всегда в выигрыше, так как эти двое захотят проиграть именно друг другу.

Первое желание загадывает Ани. Максим должен босиком пробежаться вокруг дома.

Мы все смотрим в окно, пока этот сорокалетний мужчина босиком огибает дом, юморно подпрыгивая на холодном снегу. Это так смешно, что от смеха побаливает даже живот.

Я не сразу замечаю возвращения моего мужчины, но, когда перевожу взгляд на припаркованный возле дома автомобиль Эрика, наши с ним глаза встречаются и я больше ничего не вижу кроме его одного. Меня пугает его отрешенный вид. Мне нужно поговорить с ним. Сейчас. Я быстро надеваю ботинки, накидываю куртку, шапку и выскакиваю на улицу.

— Ты приехал, — преодолеваю крыльцо и прямиком врезаюсь в тело Эрика. Мужчина на секунду замирает, но затем, словно опомнившись обнимает в ответ. Крепко. 

— Эрик.

— Софи, — почти одновременно.

— Я не должна была вчера тебя отталкивать.

— Я понимаю твое смятение, Софи, правда.

— Но это не оправдание моему поведению.

— Софи, не надо.

— Надо, Эрик. Нам нужно все обсудить. Не хочу никаких недомолвок.

— Не сейчас, Софи, — Эрик отстраняется, обходит меня и направляется к крыльцу.

— И это все? — повышаю голос. Не могу в это поверить, что он так просто поворачивается ко мне спиной. Я не знаю такого Эрика.

—  Все, — отмахивается мужчина, даже не повернувшись ко мне лицом.

И это как красная тряпка для быка. Я догоняю мужчину и дергаю его за рукав пальто, разворачивая к себе лицом.

— Ты, — тычу пальцем в грудь Эрика, — ушел куда-то на всю ночь! Тебя не было все утро! Где ты был?

— София, успокойся, тебе нельзя нервничать.

— Ты заставляешь меня переживать, — устало, все еще громко озвучиваю.

— Я не хотел. Мне нужно было побыть одному.

— Побыл? — ехидно спрашиваю, но тут же жалею о сказанном. Еще пару часов назад я не планировала разговаривать с любимым мужчиной в таком тоне.

— Что ты от меня хочешь?

— Поговорить. О нас. Это важно для меня. Я просто думала, что и для тебя это тоже важно.

— Хорошо, — и вижу, что Эрик будто выдохнул наконец всю ситуацию.

— Эрик, я не Марина, — произношу на одном дыхании.

— Я и не…

— Подожди, дай мне сказать, — смотрю в любимые небесные глаза и вижу там печаль. — Я другая.

Эрик кивает и дает мне продолжить.

— Я знаю это.

— И не дам тебе больше чувствовать себя лишним и нелюбимым. Я люблю тебя. Люблю частичку тебя внутри себя. Я люблю нас. Возможно неидеальных, но зато настоящих.

Эрик хочет что-то сказать, но прикладываю свои пальцы к его губам.

— Мы будем разговаривать о нас, о своих чувствах и страхах. Только так мы сможем построить семью. У нас были уже попытки, ни один из нас не справился, поэтому это наш шанс все изменить, — вот и все. Я вижу понимание во взгляде любимого мужчины. Для меня это сейчас самое главное. С остальным мы разберемся позже.

— Я люблю тебя, моя девочка. Пойдем, — Эрик переплетает наши руки и ведет в свой дом.

Мы за все дни каникул, там ещё не были.

Коттедж Эрика немного больше по площади, чем дом его родителей.  Или мне так кажется с виду. Два этажа, на втором также есть балконы. Мне очень нравится цвет домов. Кремовый. От этих домов веет светом и теплом. В таком доме хочется жить: наполнить его уютом и детским смехом, ароматом копченой курицы и картофеля, а еще вкусным травяным чаем.

Эрик открывает входную дверь и приглашает меня первой переступить порог.

Внутри немного прохладно, но не совсем холодно. Просто сразу видно, что тут пока никто не живет. Понятно, что Наталья Рудольфовна наведывается сюда и поддерживает порядок, но тишина дома будто кричит об одиночестве.

— Ты здесь жил вообще? — оборачиваюсь на Эрика.

— Ни дня.

— А хотел бы?

— С тобой да, — уверенно произносит мой любимый.

— Я тоже этого хочу, если ты этого хочешь. Мы может жить здесь втроем, — опускаю ладонь на свой живот. Видимо, это уже рефлекс, каждый раз при упоминании ребенка, руки так и тянутся прикрыть живот.

Эрик смотрит на меня долгим взглядом, пытаясь прочесть что-то в моем лице. Я не понимаю его. Мне даже становится немного неловко.

— Софи, — спустя, мне кажется, вечность начинает мужчина, — ты должна осознать сейчас одно, что дороги назад больше нет.

‍