Страница 8 из 24
С этими словами, пятясь весьма и весьма аппетитным зад… проклятье… пятясь спиной, она покинула их комнату, задвинула за собой бумажные створки и исчезла длинном коридоре.
Хаджар, выдохнув с явным облегчением, оперся на перила и посмотрел вниз. Ресторан, несмотря на явно завышенные цены (десять имперских монет за мясной суп!), был забит под завязку. На первом этаже, где стояли столики, было вообще не протолкнуться.
Причем народ, пользуясь специальным указом императора, спокойно оставлял оружие в специальной нише на входе. И в данный момент эта ниша была битком забита самыми разнообразными копьями, клинками, молотами, секирами, саблями, палашами и прочим.
Те, кто побогаче и владели пространственными кольцами, на первом этаже не останавливались.
– Ты стал очень на него похож?
– А? – очнулся Хаджар. – На кого?
– На Ор…
Еще до того, как Эйнен успел договорить имя наставника Хаджара, тот в одно движение сократил между ним расстояние и прикрыл рот другу.
Одновременно с этим он обнажил Черный Клинок и направил его на входную дверь.
Почти пять секунд друзья провели в такой позе, пока Хаджар, облегченно выдохнув, не развеял меч и не вернулся к перилам.
Эйнен с удивлением обнаружил в глазах своего друга нечто, похожее не просто на страх, а глубокий, животный ужас. А на его памяти Хаджар Дархан мало чего боялся в этом мире.
– Не произноси его имени, – прошептал Хаджар. – Высокое Небо, даже не упоминай. Если он сюда сейчас явится…
Эйнен почему-то не смог сдержаться и засмеялся. Причем не в своей привычной манере, которая мало чем отличалась от выразительности скалы, а прямо в голос. Так, что тряслись бумажные стены комнаты.
– Смеешься, значит, – скривился Хаджар. – Вот так вот – не видел лучшего друга два года и теперь смеется над его несчастьями…
– Прости, – поднял ладонь Эйнен. – Просто… немного непривычно видеть тебя таким.
– Каким?
Эйнен еще раз посмотрел на своего друга. Тот и раньше не был хлипкого телосложения, но теперь выглядел… Иначе. Хаджар стал одновременно и суше, и… массивнее. Но его мышцы не выглядели искусственными, они не были взращены специальными тренировками.
Нет, это была живая плоть.
Такая, которая появляется у хищного животного, когда то целыми днями борется с природой за то, чтобы ему нашлось что положить себе в желудок.
Мощный, но поджарый, в каждом движении Хаджара теперь виделась скрытая угроза. Даже в его расслабленной позе скрывалось зримое предупреждение: подойдешь слишком близко – и зверь обнажит когти. Сделаешь еще шаг – и познакомишься с домом праотцев.
Взгляд Хаджара стал более собранным. Цепким. Будто он подмечал каждую мелочь, каждое движение, и ничто не скрывалось от его внимания. К нему, как к любому зверю, нельзя было подойти незамеченным.
Дархан выглядел так, будто готов в любой момент использовать максимум силы для того, чтобы порвать своего противника.
Не одолеть или отправить к праотцам, а именно порвать. Растащить на куски, напиться кровью, а затем продолжить свой путь.
Он выглядел как хищник, надевший шкуру человека. Очень потрепанную, покрытую жуткими шрамами от когтей, клыков и людского оружия.
Эйнен не был хорошо знаком с Великим Мечником Оруном, но, видит Великая Черепаха, Хаджар теперь чем-то напоминал своего наставника.
– Изменившимся, – произнес Эйнен.
Хаджар посмотрел на друга. За прошедшие два года островитянин разве что стал чуть поокруглее в плечах.
– А ты все такой же лысый.
– Ну хоть твое варварство никуда не делось.
Хаджар криво улыбнулся и показал товарищу неприличный жест. Тот ответил смиренным кивком. Будто от друга-варвара ничего другого и не ожидал.
– Смотрите, там Эйнен Островитянин.
– Да быть не может… А нет, точно он.
– Может, пригласим выпить?
Хаджар, услышав характерные звуки, доносящиеся с первого этажа, перевел взгляд на товарища. Тот, не обращая внимания и не поворачивая головы, взмахнул рукой.
Это был простой, будничный жест. Но в нем содержалось достаточно силы и воли, а еще каких-то мистерий, чтобы в окне комнаты, растянувшемся во всю стену, вспыхнул волшебный иероглиф.
За доли мгновения он сформировал непроницаемую пленку, сквозь которую не проходили ни звуки, ни свет.
Хаджар аккуратно дотронулся до волшебной мембраны. Та ответила явственным сопротивлением. Такая, пожалуй, смогла бы выдержать удар Небесного солдата начальной стадии.
И то, с какой легкостью Эйнен создал подобную завесу…
– Беру свои слова обратно, мой эмоциональный друг, – присвистнул Хаджар, – ты определенно изменился.
Эйнен отсалютовал пустой пиалой.
– Могу сказать то же самое и о тебе… Рыцарь духа, Хаджар Дархан.
Хаджар откинулся на подушки и вытянул ноги. Те были покрыты ничуть не меньшим количеством шрамов, чем торс. И лишь благодаря смуглому цвету кожи их сложно было различить без определенного угла света.
– А у тебя уже такое было?
Эйнен недоуменно “изогнул” бровь.
Хаджар облегченно выдохнул.
Ну хоть что-то за два года, проведенных на Горе Ненастий, будь она сожрана демонами и предана забвению, а вместе с ней и проклятый Орун, не изменилось.
– Смотря о чем ты? Если ты вновь о своих варварствах, то да – я уже возлежал с женщинами.
Хаджар едва воздухом не поперхнулся. Неужели его друг научился шутить? Хотя, судя по всему, Эйнен был абсолютно серьезен.
– Нет, я о подражателях.
– А, ты об этом, – чуть скучающе протянул Эйнен. – За то время, что я провел у Доры, – Хаджар мгновенно отметил для себя то, как островитянин произнес имя эльфийки, – появилось примерно двое. Один хотел взять за меня ссуду, а другой просто общался с народом и принимал приглашения на ужин.
Хаджар опять присвистнул. Абсолютно дурацкая привычка, которая прилипла к нему из-за Оруна, да полюбят его в разных позах самые немытые из бродяг…
– До тебя мне далеко. – А вот теперь в голосе островитянина прозвучала добрая насмешка. – Сначала я даже срывался на таких вот “черных мечников”, а затем перестал реагировать.
– И что натворили мои двойники?
– Долго перечислять. Но из самого запоминающегося – один взял ссуду на двадцать тысяч имперских монет. Его, кстати, недавно казнили. Второй – почти женился на дочери довольно крупного дворянского рода. Остальные – по мелочи.
– По мелочи, – повторил Хаджар. – Чуть было не женили меня без меня же самого.
– На самом деле все они были либо слабыми Небесными солдатами, либо и вовсе – практикующими. Только этот, заявившийся на турнир, выглядел убедительно. Видит Великая Черепаха, Хаджар, я едва сам не поверил, что это ты…
Хаджар внезапно нахмурился и стал серьезным. Эйнен тоже подобрался.
– О нем я хотел поговорить с тобой в первую очередь. Ты надежно спрятал ядро Ана’Бри?
Эйнен “кивнул”.
– Надежнее не придумаешь, – ответил он.
– Это хорошо, – выдохнул Хаджар. – Потому что этот самозванец… он пришел не просто так, а за тобой. Не знаю, каков был его план, вернее тех, кто за ним стоит, но они хотели тебя выманить.
– За мной, но с какой…
И только теперь Эйнен заметил, что пространственное кольцо на руке Хаджара отличалось от того, что ему “подарила” Дора.
– Мертвая Луна? – спросил Эйнен.
Хаджар ответил кивком.
– Она самая, – тихо произнес он. – Они не оставили попыток отыскать ядро и…
Хаджар внезапно оборвал речь. Он повернулся головой к входу. Потянул носом воздух и уловил в нем легкие, почти незаметные нотки чужого аромата.
Пожалуй, даже Повелитель не заметил бы их в том хаосе ароматов, что царил в ресторане. Но этот Повелитель явно не провел два года на Горе Ненастий в компании с больным на голову и душу мечником.
Хаджар был быстр. Быстр настолько, насколько ему позволяло тело. А позволяло оно теперь многое…
Он оказался в коридоре даже быстрее, чем Эйнен успел достать из артефакта свое оружие.
Когда островитянин поднимался на ноги, Черный Клинок Хаджара уже находился у горла незваного гостя.