Страница 15 из 39
Оставалось надеяться, что Крис не узнает, куда я сбежала. Я ходила по пустынным залам ожидания. Было очень мало людей. Прогуливался полицейский с дубинкой, часто зависая в своём телефоне.
Я внимательно изучила свой билет. Оставалось совсем немного до прибытия поезда. Решила сходить в туалет.
В общественной уборной было чисто и тихо. Я долго умывалась холодной водой, долго сушила руки под обдувом. Вышла, оглядываясь по сторонам и даже не заметила, как наткнулась на мужчину.
Вросла в пол, с ужасом глядя на Кристофора. Он был зол и недоволен. Куртка накинута прямо на футболку, но он, в отличие от меня, не мёрз. Мы стояли глядя друг другу в глаза и молчали. Как он нашёл меня, осталось тайной. От страха затряслись колени.
— Я видела, кто вы. Ты меня съешь? — спросила я, обняв свою сумку.
Он уставился на меня, открыв рот. Потом закатил глаза и голову закинул.
— Чёрт, — выдохнул Крис и расхохотался в полный голос.
— Не съешь? — пискнула я.
— Нет, конечно, — он с трудом успокоился, усмехаясь, мотал головой. — Мы не людоеды. Мы сами, как люди. Просто имеем некоторые способности.
— Крис, я не смогу…не смогу после этого быть с тобой.
— Слишком поздно, Мышка. Мы обделены природой правом выбора. Пару свою находим по запаху. А твой запах, — он принюхался ко мне, лукаво поиграл бровями. — Ты обалденно пахнешь. Коля тронулся умом от такого аромата.
— Кто такой Коля? — нахмурилась я.
— Один из моих бойцов, голубоглазый такой, друг Флора. Жрать перестал, когда ты в доме появилась. Но у нас, как у волков в этом плане. Кто сильнее, тот и забирает себе сладкую девочку, — он это сказал, так плотоядно, что я вздрогнула. — А потом девочку надо пометить. Переспать с ней, и тогда она твоя истинная пара. У волков пары до смерти. Так что поздно, Мышка, ты попала. Хотя, ты попала ещё три месяца назад, когда я случайно тебя встретил.
— Три месяца?! — ахнула я. — Ты следил за мной три месяца?
— Присматривал. Появился, только когда наркоманы к тебе в подворотни пристали.
— И где ты меня увидел?
— У витрины ювелирного магазина, — он достал из кармана бархатную коробочку. А там, на белоснежной подушке лежало то самое кольцо, которое мне так однажды понравилось. Три тонких ободка, сливающихся в одно кольцо, россыпь изумрудов и брильянтов. Я даже вспомнила, как куталась от ледяного дождя в свою жалкую курточку, и боялась, что выйдут продавщицы и прогонят меня, глупую нищенку.
— Ты тогда его купил?
— Да, как только ты ушла, сразу зашёл и купил. А сегодня под размер подогнал. У тебя такие тонкие пальчики, — он взял мою руку, насильно отодрав её от сумки, и надел кольцо на безымянный палец. Зажал окоченевшие пальцы между своих горячих ладоней. — Мышка-малышка. Ты всем своим поведением, своими поступками меня привлекла. Я рядом с тобой дар речи терял от волнения. В общем-то, выбора у тебя не было.
— Крис, — заныла я. — У тебя хвост. Я не смогу, Крис. Я не буду с тобой.
— А я твоего мнения не спрашиваю, — с ухмылкой сказал оборотень. — Ты сейчас идёшь со мной в машину и не выпендриваешься. Люди не помогут.
Я посмотрела на одинокого полицейского, который прогуливался по пустым залам вокзала, и поняла, что никто меня не защитит. Такой уж худенький был блюститель порядка, а Кристофор с тремя бугаями в один присест справился.
Это был мой конец. От отчаяния я заскулила.
— Ну, что ты, — усмехался Кристофор, — я же не съем тебя, хотя иногда хочется.
Я заплакала.
— Глупая, Мышка, — он обнял меня, выпихивая сумку, что была между нами. — Моя Мышка. Ты так трясёшься, как во время оргазма. Я тебя хочу. Поехали домой, ты уже часть моей стаи.
— А можно, с мамой попрощаться? — шмыгнула я, замирая от его запаха, от его тепла. В нем две личности. Один — милый и внимательный мужчина, другой — властный и жёсткий деспот. Мне нравился первый. Второго я ненавидела. Я не хотела быть рядом с ним, боялась его, но не смогла устоять.
— Поехали, — Крис посмотрел на свои часы. — Будить сама будешь.
— Она не спит по ночам.
Крис прищурил чёрные глаза, на губах застыла хитрая улыбка.
Он вывел меня из зала ожидания на улицу. Стоял трескучий мороз. И пока мы шли до машины, я продрогла. Крис усадил меня на сидение пассажира.
Когда мы поехали, кондиционер дул на меня горячим потоком, а попу подогревало снизу. Я смотрела на свой палец, на котором сияло золотое кольцо. Странно я вышла замуж.
— Мы оборотни, — стал говорить Кристофор, медленно вёл машину по пустынным улицам, мерцающего сотнями гирлянд, города. — Мы живём стаей. У стаи есть альфа, то есть вожак, которого все слушают и все ему подчиняются.
— Ты альфа, — догадалась я.
— Да, и ты теперь тоже.
Я поёжилась, хотя в машине было тепло. Но сам факт того, что я попала в клан оборотней, и являюсь парой вожаку, не хотело укладываться в голове. Хотя где-то внутри было лестно занять такую высокую ступень в иерархии скрытой расы.
— Мы не едим людей. Оборачиваемся в волков, каждый день. Иногда охотимся, проверяем свои территории, как обычные звери. Днём живём, как люди. Людей мы не трогаем, опасаемся их. У нас есть свои законы. И в данный момент, я поставлен, чтобы следить за исполнением закона. Оборотни не должны богатеть и вливаться в человеческий бизнес.
— Тебе сто двадцать два года? — вспомнила я, как проговорилась…
— Марта, — рыкнул Карачун. — Трещотка.
— Она ляпнула, — кивнула я. Ты меня старше на сто лет, — уму непостижимо.
— Я скажу больше, — улыбнулся он и подмигнул, — мы родились в один день с разницей в век.
— Да? — удивилась я и приободрилась.
Это мой Крис, странный такой, долгожитель. Но он мой!
— Да, Мышка. Моя сладкая, пугливая Мышка, — сладко протянул он. — Слушай и запоминай. Мы, оборотни враждуем часто. Те, кто доживает до ста лет, становятся Высшими волками. Название такое. Высший волк имеет силу, приобретает внутренний голос зверя, который называет своё имя. Имя моего зверя — Карачун. Если волк доживает до трёхсот лет, он обязан уйти от людей, силы его утраиваются, способности появляются неограниченные, такие становятся почти неуязвимыми. Их очень мало. Над всеми волками стоит тот, кто дожил до тысячи лет.
— Есть такой?! — удивилась я.
— Один есть. Он Альфа с большой буквы.
— Ты его видел?
— Никогда, — усмехнулся Крис. — И Вечного я видел только один раз, это он убил моего брата и его жену.
— Как же так? — возмутилась я, глядя на его спокойное лицо. — Крис! У вас нет полиции и тюрем? Это же незаконно!
— Это законно, — печально вздохнул он. — У нас свои законы. Тебе придётся смириться с этим.
— Но ведь Алёна помогла всем.
— Что ещё тебе Марта рассказала?
— Ничего, — буркнула я, сильно покраснев.
— Давай, договоримся. Если у тебя есть вопросы, ты задаёшь их мне. Марта… дрянь наша Марта.
— Она хорошая, — защищала я Марту. — Почему ты выбрал меня, ведь я не из ваших?
— Есть такие женщины, способные родить оборотню потомство. Вас называют Дамками. У вас привлекательный запах. Но в последние годы Дамок совсем не осталось. Все предпочитают жениться на оборотницах.
— Я Дамка?
Крис не ответил. Мы уже подъехали к дому моей мамы.
Недавно я покидала этот дом, в котором с рождения жила, двор, где с детства гуляла. Теперь они казались мне совершенно незнакомыми. Пару дней назад уехала отсюда, а столько событий произошло, столько эмоций я пережила, такое узнала, что казалось это место старым воспоминанием.
Кристофор припарковался рядом с машиной скорой помощи и машинами полиции. Нехорошее, дурное предчувствие не оставляло меня. Я выбежала из машины, и Крису пришлось меня догонять. Быстро набрав код на двери, я взлетела вверх по лестнице, где столпились у двери нашей квартиры соседи. И это в три часа ночи.
Я шла, как во сне сквозь толпу. Кто-то трогал меня, кто-то говорил печальные слова. А я заглядывала в открытую дверь. Полицейский опрашивал соседку, бабу Лену, записывал на бумагу её слова. Старые обои в прихожей от пола до потолка были вымазаны кровью.