Страница 26 из 112
И чем дольше он смотрел на меня, тем сильнее билось сердце в груди, потому что в его глазах стояло обещание – и отнюдь не только поцелуев. В спокойном взгляде на миг проскользнули истинные желания, и, пожалуй, я оказалась к ним не готова. Жажда обладания – и неприкрытый, вовсе не невинный, мужской интерес.
Здесь и правда жарко… слишком! Комната словно погрузилась в туман, словно утонула в синеватой дымке.
Мне вдруг стало страшно, потому что демон… был не похож сам на себя! Я, может, его мало знала, но он определенно никогда так вызывающе себя не вел! Я вздрогнула, когда его пальцы небрежно и нагло смахнули с моих плеч лямку платья.
- Знала бы ты, как мне хочется его снять… – прошептал он, гипнотизируя меня взглядом. Его зрачок будто пульсировал в глубине глаз, сверкал затаённым лихорадочным блеском. Он подхватил со стола бутылку, просмотрел ее рубиновую жидкость на свет. Его рука покоилась на моей талии, не испытывая дискомфорта, и он задумчиво произнёс.
- Вино двухсотлетней выдержки, вполне неплохо. Он на тебя не скупится, и вот что мы сделаем, чтобы ты смогла выбраться...
- Что ты творишь?! Нет, стой!
Он медленно перевернул бутылку, и вино красными струйками побежало по моей груди, ныряя холодными щупальцами в декольте и портя замечательное платье кровавыми разводами, будто я истекала кровью. Он с удовольствием наблюдал за этим, словно это доставляло ему истинное, ни с чем не сравнимое удовольствие.
И мне впервые за все время нашего знакомства стало на самом деле страшно. Одно дело – быть игрушкой в руках высшего.
Совсем другое – быть игрушкой высшего демона, лишившегося рассудка.
Отбросив бутылку, демон усмехнулся и прижался ко мне грудь к груди. Его глаза сверкали порочно и демонически, лишенные привычного спокойствия. Он склонился ниже… прямо к шее, по которой стекало вино…
- И вот что мы сделаем... – Повторил он, чертя дорожку ладонью вниз, от шеи до груди, от груди до низа живота, а потом и бедра. Он толкнул меня на стол, отчего тарелки зазвенели, а одна и вовсе разбилась, слетев.
Его пальцы впились в мою кожу, заставляя изогнуть ногу в колене – и тут же, не дав опомниться, он впился в мои губы решительным, злым поцелуем. Поцелуй на вкус был, как вино, с ноткой сладкой горечи, и недвусмысленно намекал на грядущее продолжение.
Я бы рада все это прекратить, но внезапно полностью утратила контроль над своим телом. Утратила, оставшись наблюдателем в собственной голове, лишним и не нужным – и совершенно беспомощным! Мои руки обхватили демона за шею, я ответила ему с жаром и пылом, взяв инициативу. Тихий стон сорвался с моих губ.
- Запоминай… – выдохнул демон. Его пальцы запутались в моих волосах, он до боли дернул за них, заставив меня отклонить голову…
И тут я увидела отражение в зеркале… Вскрикнув, резко оттолкнула демона. Всего на мгновение, уложившееся в одно биение сердца, вместо Велора мне привиделся другой мужчина. Его волосы были связаны в хвост и струились призрачным шлейфом по спине. Адэйр в отражении подмигнул и, перепугавшись до смерти, я отшатнулась, хватая со стола нож для самообороны…
Вот только ни Велора, ни Адэйра в комнате не было! Ведь я угрожала пустоте… вокруг ни души, ни движения…
Видение? Но как же…? Ведь совсем не похоже на видение… оказалось, что в моей руке нет ножа, а лишь осколок… а бутылка валяется на полу, и из нее медленно вытекает роскошное вино, расплываясь кровавой лужицей.
- Аврора?! – да и Амброзайос появился только сейчас, в вихре черной силы, и, кажется, обеспокоенный. Ему хватило на меня лишь взгляда, чтобы беспокойство сменилось растерянностью. Еще бы… моя затея с кровью сейчас увенчалась бы успехом.
Если бы мне было дело до торговли…
Я развела руки, осматривая красные дорожки, разбегающиеся по ткани. Лямка соскользнула с плеча, ладони изранены осколками от бутылки… платье безнадежно испорчено.
Было в этом что-то зловещее. Сердце кольнуло от тревоги, смутного беспокойства, даже предчувствия... До холода по коже, до мурашек.
Впечатление усугубил мигнувший свет; лампы в коридоре на минуту погасли, и мы остались в окружении черных свечей, чей дым расползался по комнате туманными щупальцами. Клубясь по полу, завиваясь кольцами, окутывая восточными ароматами…
- Я случайно… бутылка выскользнула… – потерянно отозвалась я, и сама не понимая, что произошло.
- Ты в порядке? – Велор пересек комнату, быстро осмотрел мои руки, но все порезы волшебным образом затянулись. Тогда он нахмурился. Цепко взглянул в сторону зеркала. Не говоря ни слова, сдернул со стола скатерть и быстро набросил ее на отражающую поверхность. Словно почувствовал, словно узнал…
- Велор? – тихо позвала я. Когда он обернулся, я хлопнула ресницами. Зябко обхватила себя руками и грустно прошептала: – Верни мне свитер, пожалуйста. Белый, с оленями… подарок Селены.
- Ловишь момент? – помедлив, усмехнулся он. Не желая увиливать, я лишь кивнула, и он покорно вздохнул. А подойдя, убрал за мое ухо локон, заботливо вернул лямку платья на место. Я действительно замерзла. Невесомое платье не согревало и раньше, а теперь липло мокрой тканью к ногам. – Так и быть… сделаю для свитера исключение, – помолчав, хмыкнул он. – Подожди здесь.
Он исчезал всегда так неожиданно, но теперь я даже не обратила внимания. Опустившись на стул, помолчала. Хотела бы я тоже улыбнуться, но на сердце легла такая тяжесть, что стало больно дышать.
Хуже видений – только предчувствия, когда не знаешь, откуда ждать беды, но знаешь, что она непременно нагрянет. Знаешь, что сбежать не выйдет. Что судьбу не обманешь.
Но понятия не имеешь, что произойдет.
Ненавижу это чувство. От него так беспросветно тоскливо, что хочется выть. Я медленно поднялась. Расправила складки платья. Подошла к зеркалу и одним резким быстрым движением сдернула с него скатерть.
В приглушенном свете свечей мне казалось, что по ту сторону отражается незнакомая девушка. Бледная, растрепанная, с жестким прищуром глаз. Я всматривалась в себя так долго, что отражение зажило собственной жизнью. Отделилось от меня, став частью теней.
- Я запомнила, Адэйр, – сорвалось с моих губ.
Девушка в зеркале медленно выпрямилась; ее губы сложились в жесткую линию, а в глубине синих глаз вспыхнул холодный огонек решительности. В звенящей тишине часы отмеряли время. Словно неумолимые вехи на пути, каждая секунда, как приговор. Их звук отдавался в пустой голове эхом. Мне стало так легко, словно я наблюдала за всем со стороны, распрощавшись с собственным, столь привязанным к реальности, телом.
В детстве мы были дружны с Селеной; никогда не расставались, чувствуя друг друга, словно единое целое.
Однажды это изменилось, сестра закрылась, отгородилась от меня глухой стеной. Тогда, много лет назад, я словно утратила часть себя. Но до сих пор искала ее поддержки.
Раньше я все повторяла за ней. Следовала, не обращая внимания на голос разума. Она говорила – я делала. Она совершала ошибки – я их повторяла.
Так вот. Селена наделала много ошибок.
И, кажется, я собиралась повторить одну из них.
Или нет? Я встряхнула головой, морщась от внезапной боли, моргнула, будто опомнившись... А потом, повинуясь странному порыву, отправилась по темному коридору, на ощупь шаря по стенам в поисках нужной двери. Толкнула ее, приложив немного усилий, и вошла в чужую комнату. Провела пальцами по ряду заброшенных игрушек...
Опустилась перед комодом и наугад выдвинула ящик. Понять бы еще, что ищу...
- Аврора? Что ты делаешь?
Демон застал меня в разгаре генеральной уборки. Я как раз зарылась в шкафу Селены, нетерпеливо отбрасывая в сторону лишние вещи, и услышав голос демона, пригнула голову, как нашкодивший котенок.
Хороший вопрос. Я и сама не до конца понимала, что ищу. Может, мне просто хотелось порыться в чужой комнате, вот такая блажь на ночь глядя? Спрыгнув со стула, я схватила подвенечное платье, прижала к себе и выгнула бровь.