Страница 37 из 109
Дым заползал в нос, тяжестью оседал в лёгких, кашель такой силы, что, кажется, выплюну те самый лёгкие.
Лия упала на пол, давясь кашлем, я осела рядом, посмотрела на подругу, которая была уже без сознания.
Бедная девушка, она пострадала из-за меня. Нельзя дружить со мной, возле меня всегда ходит смерть. Видимо, Тасмин решила избавиться от меня таким способом, раз уж проклясть меня нельзя.
Столько раз стояла на грани смерти, у меня такая тяжёлая жизнь, но всё равно цеплялась за неё.
Неужели это конец? Сейчас я потеряю сознание, наши тела превратятся в пепел, и никто никогда не узнает, где мы.
Сквозь дым, устремившийся вверх, смогла рассмотреть голубое небо, по которому проплывали белоснежные облака. С пронзительным криком летела птица.
Не сбылась моя мечта, я так и не получила ипостась птицы, как у мамы.
Какое это счастье парить в небе, ощущать это пьянящее чувство свободы, как бы я хотела стать птицей.
Почувствовала острую боль в спине, оглянулась, огонь ещё не дополз до нас, доски на полу были мокрые, видимо, ночью шёл дождь. Лежать стало неудобно, как будто горб рос из спины.
Да что такое-то? Перевернулась, встала на карачки, за моей спиной с шелестом кто-то хлопал крыльями. Птица? Она же сгорит! Встала на ноги, оглядываясь назад, увидела огромные белые крылья.
Это что, мои? Махала крыльями вверх-вниз, странное чувство, словно ещё две конечности выросли, я их чувствовала. Такие сильные, они с каждым взмахом рождали поток воздуха. Ударилась головой, посмотрела, оказалось это стропила крыши, я взлетела до самого верха.
Это шанс! Я могу спастись! Надо как-то захватить Лию.
Нырнула вниз, как в воду, подлетела к подруге, обняла её за талию. Рукам было тяжело, но крылья легко подняли нас двоих в воздух. Мы парили над крышами. Внизу бушевало пламя, до нас долетал дым. Опустила Лию на землю, разминая уставшие руки, она заворочалась, закашлялась.
Нужно к врачу, срочно! Она умрёт от угарного газа.
Разминала руки, готовясь к долгому полету. Я смогу! Мы долетим до академии! Обняла её за талию и взлетела высоко над деревьями. По моему лбу бежал пот, хоть она и худенькая, всё равно тяжело. Огляделась, увидела башни академии, полетела к ним.
Мы миновали лес, показался двор, где у нас проходил урок физкультуры, там прогуливались студенты. Один из них, показал пальцем на меня и похлопал другого по плечу. На улицу выбегали толпы студентов, что-то кричали, задрав голову, смотрели на меня.
Опускаюсь на землю, нахожу в толпе удивлённого Кевина.
– Помоги, – очнувшись от шока, он подбежал к нам.
– Что случилось? – он берёт Лию на руки.
– Нас подожгли. Отнеси её к врачу. Я, как видишь, не могу, – оборачиваюсь на сложенные крылья, которые тянутся по земле.
– Может, расскажешь?
– Потом. Неси Лию к врачу, – кивнув, он идёт к академии.
– Миди! Откуда крылышки? – ко мне подошёл Фабио.
– На распродаже купила по случаю.
Меня обступили студенты, перешептывались, тыкали в меня пальцем, ощущение, будто я голая или какой-то урод.
Фабио с восторгом смотрел на меня, потом погладил крылья.
– Какие мягкие пёрышки. Красота!
– Угу, как теперь вернуться в обычный вид, не знаю.
– Миди! – меня резко развернули, смотрю на испуганное лицо Алонзо. – Что случилось?
– Мы чуть не сгорели, если бы не крылья, то ни меня, ни Лии не было бы в живых.
– Миди… – он обнимает меня, утыкаюсь носом в шею. В его объятиях так тепло и уютно, что я расслабляюсь, обнимаю в ответ. Ужас сегодняшнего дня накрыл меня, я чуть не умерла, и чуть не погубила Лию, но держалась, не разрешала эмоциям взять верх.
А теперь в тёплых, надежных руках Алонзо, меня накрыло, по щекам побежали слезы, катарсис очищал душу.
– Миди… – он стирает мокрые дорожки со щек мягкими подушечками пальцев. В его глазах столько тепла, так греет душу, что на мгновение я забываюсь, утыкаюсь носом ему в грудь, вдыхаю запах, по которому так скучала.
– Что случилось? – повторяет он вопрос, гладит меня по голове, запуская цепную реакцию, маленькие вулканчики взрываются по всему телу.
– Не будем ждать две недели?
Что? Ах, точно, наше дурацкое пари. Я сама его нарушила, прижималась к нему.
– Нет, всё в силе. Извини за это, – отстраняюсь, чувствую холод без его рук, обнимаю себя руками.
– Мисс Бишоп, пройдемте к директору, – говорит профессор Кюри.
Кивнув, следую за профессором, под пристальными взглядами студентов.
Вижу Тасмин, она стоит спиной, разговаривает с кем-то по магфону, увидев меня, она замолчала, образно говоря, у неё с грохотом упала челюсть.
Меня обуял такой гнев. Я уверена, это по её вине мы чуть не умерли.