Страница 11 из 12
Я грозно сжала руку в кулак, совершенно забыв про зажатый в ней бутерброд, и тут же скривилась – где-то между слоёв ветчины, как выяснилось, была начинка в виде соуса, которая теперь благополучно вытекла, причём не на ковёр, а на платье…
Настроение сразу ушло в минус, однако решимости я не утратила. С магией или без, но я этого дикаря в вафельную трубочку скручу!
Вот прямо сейчас и начну!
Только пятна сведу и переобуюсь.
Глава 5
Соус благополучно испарился с ткани, подчиняясь нехитрому заклинанию, а вот туфельки… Их пришлось выбросить – мысы были настолько сбиты о камни, что чем тратить силы на восстановление, проще было новые купить. Проще, но обиднее – с такими «прогулками» никаких денег не хватит. Может, в дополнение к жалованию ещё и компенсацию на гардероб стребовать с Совета?
Это следовало основательно обдумать, а пока…
Я пихнула ноги в старенькие, разношенные, но очень удобные ботинки, которые обувала исключительно на практикумы по травоведению. Прикрыла их иллюзией – маги, конечно, разглядят и сквозь чары, зато у придворных дам не будет повода для насмешек – и отправилась к соседу.
Сначала я постучала деликатно, как и положено истинной леди. Дверь в покои дикаря осталась безучастна. Второй раз получился громче. Третий – на грани термина «ломиться», но никакой реакции не последовало.
Неужели Джервальт ушёл?
Я развернулась и оправилась ко входу в коридор – туда, где дежурила охрана. Милый, смущённо улыбающийся стражник сообщил, что кронпринц мимо него не проходил. Вернее, проходил, но исключительно в сторону своих апартаментов, когда возвращался с тренировки.
Вернулась к двери – побарабанила по ней снова. В ответ тишина.
Конечно, можно было предположить, что уставший от упражнений дикарь изволит отдыхать, но я склонялась к мысли, что надо мной просто в очередной раз издеваются – сидят у себя в покоях на мягком диванчике и посмеиваются над дурочкой, которую воспитание заставляет мяться за дверью.
Так, может, ну его, это воспитание?
Временно… Пока подопечный хоть чуть-чуть не воспитается? А то пока будешь с варварами раскланиваться, они на костре зажарят и съедят.
С этими мыслями я решительно повернула ручку и… И ничего! Заперто.
То есть от меня ещё и закрываются?
С чего бы это? Опять девиц приволокли? Я ведь не догадалась поинтересоваться у охраны, один ли вернулся принц. Приложив ухо к створке, прислушалась – было тихо, но мне ли не знать, как добротно построен дворец и сколько чар вложено в его отделку.
Можно было устроить неприличную сцену с пинанием двери ногами и швырянием в неё ваз. Можно было просто уйти к себе и смиренно ждать, пока позовут. Можно взломать замок и гарантированно пообщаться с магами из дворцовой стражи. Я предпочла четвёртый вариант.
К себе вернулась, но не стала ни устраиваться с книгой у окна, ни открывать учебник по кентарийским плетениям. Вместо этого прошагала в спальню, сдвинула запор на раме и потянулась к карточному вееру нарисованной дамы.
В этот раз путешествие через картину обошлось безо всяких вздыбленных волос и дёрганий за руку. Просто раз – и я уже в гостиной его высочества Джервальта Эрилара Четвёртого. В совершенно пустой гостиной. Ни самого принца, ни его свиты, ни дам фривольной наружности. Ни даже шума!
Пользуясь случаем, я обернулась и изучила выход из портальной двери. Ожидала увидеть мужчину, но с картины мне подмигивала всё та же неизвестная особа, только совершенно голая. Почти всё её тело прикрывали два веера, только не из карт, а из белых перьев, но от этого портрет приличнее не становился. А если ещё эти веера тоже осыпаются…
Словом, сплошной разврат! И быть застуканной за его созерцанием мне совсем не улыбалось. Пришлось отложить обследование и поиск запирающего рычажка до более удобного момента и заняться розыском иного рода.
В столовой никого не оказалось. И в небольшом уютном кабинете также. И в примыкающей к нему персональной библиотеке. И в зале с железками – вроде тех, с которыми упражнялись принц и его свита утром, только поменьше и числом, и размерами.
К спальне подходила с опаской, но удостовериться, что высокородный дикарь просто спит, было нужно. Просто заглянуть и с чувством выполненного долга вернуться к себе, оставив небольшое сигнальное заклинание. Чтобы мигом примчаться, когда Джервальт соизволит проснуться.
И сразу же составить расписание – хотя бы на ближайшие дни, – чтобы точно знать, где находится и чем занят подопечный начальник. Когда обед, с кем встреча и всё тому подобное. Вообще, этим следовало озаботиться сразу, и я бы так и поступила, если бы не перепугалась во время беготни за прогуливающимся принцем.
Дверь приоткрыла аккуратно и осторожненько заглянула. Ожидала всего – от мощного, сотрясающего стены храпа, до продолжения вчерашней оргии. Всего, кроме пустой кровати и распахнутого окна.
И что-то мне подсказывало, что открыто оно совсем не для проветривания.
Сбежал!
От меня!
Как мальчишка от гувернёра!
Наскоро слепленное заклинание памяти продемонстрировало, как размытый, сотканный из волшебного тумана силуэт принца выплывает из ванной, вытирает полотенцем волосы, быстро одевается и самым хулиганским образом перемахивает через подоконник. С ясновидением у меня всегда выходило не очень, что, с одной стороны, было скверно, ведь проследить я могла только очень небольшой промежуток времени и схематично, без деталей, а с другой – хорошо, потому что не пришлось созерцать раздетого Джервальта в натуральном виде.
Убедившись, что на клумбе внизу не валяется лепёшка из наследника престола (всё-таки третий этаж), я растерянно плюхнулась на краешек кровати – больше просто некуда было – и задумалась.
Чувствовала себя странно – как нянька, у которой ребёнок из колыбельки выпал и куда-то уполз.
Джер, конечно, был чуть посамостоятельнее и посообразительнее младенца, но сам факт побега намекал на некие неподобающие кронпринцу планы. Иначе зачем таким вот образом покидать свои покои?
От мысли, что мог счесть неподобающим дикарь, не постеснявшийся устроить во дворце бордель на выезде, мне стало по-настоящему дурно.
Ведь что бы ни устроил Джервальт, ответственность возложат и на меня. Так позорно не справиться работой в первый же день я никак не могла себе позволить. Принца следовало немедленно найти и проконтролировать.
Но как?
Бегать по дворцу и расспрашивать, не видел ли кто-то его высочество?
Ни за что!
Ждать и надеяться, что всё обойдётся?
Сомнительная идея.
И раз уж ни один приличный, одобренный законом способ не подходил, был смысл обратиться к не совсем приличному и совсем не законному.
На прикроватных тумбах ничего подходящего не нашлось, и я заглянула в ванную. Увы, и там меня постигла неудача. Ни перстня, ни хронометра, ни даже расчёски! Вернее, последняя была, но личной вещью не ощущалась. Пришлось, отбросив брезгливость, подобрать полотенце, которым Джервальт сушил голову, и снять с него волос – длинный, почти как девичий.
С этим сомнительным трофеем я поспешила обратно в гостиную – если уж применять запрещённое колдовство, то на собственной территории. Впопыхах даже забыла найти на портрете запирающий механизм. Впрочем, закрыть картину я всё равно пока не могла – пришлось бы выбираться из покоев через дверь. Да и мало ли когда ещё понадобится пробраться в стан врага.
Со своей стороны я сдвинуть рычажок не забыла и понадеялась, что этого хватит.
Заодно проверила, заперта ли дверь в мои апартаменты, и обновила сеть на входе в спальню. Затем свернула ковёр, установила рассеивающий купол и только после этого полезла в шкаф за инструментами.
Пентаграмму вычертила быстро, свечи по углам зажгла ещё быстрее – торопилась, пока не утрачена решимость.
В принципе, затеянное мною колдовство ничего особенного собой не представляло. Вернее, не представляло бы, если бы не было направлено на кронпринца.